Илья Сирус - Сен. С матом.

— Ясно, — сказал я.

— А сами откуда? И куда? — спросил Крост.

— Мы тут на болоте обосновались, — ответил я, — идем в ближайший городок, за припасами.

— И откуда же вы тут такие взялись? Да еще и на болоте? Оно же непроходимое…

— Почему сразу непроходимое? — усмехнулся я, — уметь надо. А пришли недавно… сами мы беженцы из Вольных Баронств. Там сейчас лорды активно друг друга резать стали… сам понимаешь, что страдают при этом простые люди.

— И что, вас всего пятеро?

„Он достал уже своими вопросами!“

— К сожалению, да, — при этих словах я принял весьма грустный вид, — из семьи почти никого не осталось. Это вот мои братья и сестричка, а родителей убили во время налета соседнего барона. Так что похоронили мы родичей своих, да и двинулись сюда. Тут, говорят, потише…

— Далеко же вы забрались, — протянул Крост, — а в Эльране что не осели?

— Все равно баронства близко, — ответил за меня Тор.

Крост только покивал на наши слова, и как раз подоспела Марфа с ужином.

После ужина мы еще немного пообщались. Как я и догадывался, ближайшая местность за последние полвека претерпела изменения. И теперь тракт, который проходил невдалеке, был не таким оживленным, как раньше. Зато у него появилось ответвление, которое сокращало наш путь в Рекер с пяти дней, до двух. Что не могло не радовать. Лично я хотел оказаться снова в своей комнате в доме лича. Там цивилизация хотя бы есть…

— Папа, папа, мы закончили, — прозвучало от двери сбоку. Я повернулся посмотреть и увидел двух очаровательных девочек-близняшек лет тринадцати.

— Хорошо, девочки, — резко подобревшим голосом сказал Крост, — пошли, я вас отведу к маме.

— Сейчас приду, — это уже нам, и внимательно посмотрел на меня.

Как текли его мысли, было нетрудно догадаться, поэтому я просто кивнул в ответ. Дождавшись, когда он ушел вглубь дома, я повернулся с Родигесу и Феришу.

— В общем так, на девчонок не заглядываться! Если что-то случится, то клянусь всеми богами, женю вас на них и будете здесь до скончания времен овец пасти и редьку растить. Всё ясно?

После моих слов, парни как-то резко поскучнели.

— Я спросил, все понятно?

Дождавшись положительных ответов, я продолжил.

— Джула, ты займешь одну комнату, чтобы мы тебе не мешали. Тор с Феришем другую, а я с Родигесом третью. Тор, и проследи, чтобы Фериш сегодня вечером уснул и проснулся только завтра.

— Хорошо, — ответил Тор, с усмешкой глядя на парней.

На следующее утро мы расплатились с хозяином и двинулись в путь. Вчера Крост нас несколько раз предупредил, что тропа на Рекер не очень безопасна, но шесть дней лишнего пути перевесили вопрос безопасности.

К вечеру мы были у грязного постоялого двора.

— Переночуем в этой халупе? — поинтересовался я.

— Я бы не рисковал, — ответил Тор, — но зайти передохнуть можно.

Мы вошли и осмотрелись. Внутри был занят только один столик. За ним сидел дедок с длинной белоснежной бородой и лысой черепушкой. Около него был прислонен дорожный посох.

— Трактирщик, — обратился я к толстяку за стойкой, — мы сядем вон в том углу. Обслужи.

— Как бы эта шарага не рухнула нам на головы, — прошептал Тор мне на ухо.

Я только и смог кивнуть ему в ответ. Здание явно никогда не видело ремонта, даже косметического.

Пройдя в дальний угол, мы сбросили вещи и расположились. Причем все почему-то сели спинами к стене. К нам подошел трактирщик и сказал, что у него есть в наличии. Быстро сделали заказ, но трактирщик не уходил.

— Что тебе еще?

— У нас в заведении предоплата…

— Ты сначала принеси еду, если она выглядит также, как твой постоялый двор, ты мы предпочтем поголодать.

— Но…

— Свалил отсюда за едой! — раздраженно рыкнул я.

Трактирщик исчез.

— Что, тоже хочется врезать? — сочувственно спросил Тор.

— И желательно пару раз, — подтвердил я. Жирная морда трактирщика с быстробегающими хитрыми глазами вызывала ощущение, что он матерый прохиндей, — кстати у кого амулет для проверки яда? Проверьте нашу пищу, когда это чучело её принесет. А то мало ли…

Через пять минут трактирщик притащил еду и встал рядом.

— Поедим и оплатим! Исчезни! — Тору хозяин этой халупы тоже не понравился.

Амулет для определения яда был у Джулы, она споро проверила пищу и подтвердила, что это съедобно. Конечно, есть это я в доме лича не стал бы однозначно, но целый день в пути кого угодно сделают менее разборчивым.

Едва мы приступили к еде, как в трактир завалилось шесть мужиков. На роже каждого были печати всех известных человечеству пороков. К тому же они были увешаны различным режущим оружием по самые брови.

После их прихода, в зале резко стало шумно, да и запашок от их немытых тел не улучшал аппетита. Расположились эти подобия человека за ближайшим к входной двери столиком.

— Тор, — тихонько сказал я, — на всякий случай приготовьтесь, а то мало ли.

В дальнейшем обед проходил в молчании, мы настороженно рассматривали компанию орангутангов. Я аккуратно наложил стрелу на ложе арбалета, остальные положили на скамью около себя по паре ножей.

Так прошло около пяти минут. И тут оживился старик, который сидел в середине зала. Жестом он подозвал трактирщика, который мгновенно оказался около него, несмотря на свое изрядно располневшее тело.

— Что пожелаете? — донеслось до нас.

— Будь добр, повтори пиво, — ответил старик немного хриплым голосом.

— Будет сделано, — ответил трактирщик и ушел за стойку.

Нацедив и принеся пиво, трактирщик поставил его перед стариком и показательно остался стоять около него. Старик понял его намек правильно и достал внушительного размера набитый кошелек. Долго в нем ковырялся, достал пару медных монеток и бросил их на стол.

„Мда… зря это он сделал. Мне кажется, что светить деньгами перед той толпой орангутангов не самая лучшая идея“.

Вынужден с тобой согласиться.

В этот момент я очень внимательно наблюдал за трактирщиком, и от моих глаз не укрылись странные переглядывания между ним и одним из гамадрилов.

Шестерка у дверей начала разговаривать намного тише, параллельно бросая косые взгляды в сторону дедка, мы тоже были удостоены нескольких косых взглядов.

Они еще немного поговорили, а потом один из орангутангов встал и подошел к столику дедка.

— Слышь, бля, старик. Триединый велел делиться, — вонь от этой немытой обезьяны усилилась неимоверно.

— Да, неужели? — усмехнулся ему в ответ дедок.

„После того, как дедка на пику поставят, за нас возьмутся…“