Сергей Житомирский - Будь проклята Атлантида!

— Как же мы поступим, братья? — закончил Промеат.

Собравшиеся молчали. Некоторые думали, другие озирались, надеясь подсмотреть ответ на лицах соседей, третьи смотрели на Промеата.

— Три года я рыл землю на Канале, — заговорил пеласг с искривленной шеей, — и каждый день растил в людях гнев на Хроана и его проклятый подвиг. Какими словами уговорить их вернуться туда?

— Гии давно знают, что духи стужи бьются с духами огня, — сказала Гезд. — Мы поддерживаем горячих духов песнями и лучшими оленями из наших стад. Но правда ли, что эта страшная канава поможет им?

— Да, — кивнул Промеат. — Ферус верно угадал желание духов.

— Тогда чего же размышлять! — вскинулся один из ибров и тут же покраснел под взглядами старших.

— Не верю я, что от этой ямы земля согреется! — сказал хмурый Икт. — А вот люди отшатнутся от нас.

— К Севзу, — кивнул Сим.

— Про тепло и мне не верится. — Кривоносый смущенно глянул на Учителя. — Но, — он сжал кулаки, — если вода вправду зальет эту землю, то канаву лучше бы закончить.

— Учитель, ты вел нас на два подвига, — заговорил Сим, — освободить людей ог рабства и вернуть их на родину. Первый близится к концу. Впереди второй, не менее трудный. И вот тебе говорят: «Возьми третье дело — еще более тяжелое». Люди ненавидят Канал. Сумеешь ты их переубедить? Севз ждет, чтобы ты споткнулся. Сумеешь устоять? Решай один — выполнять будем все.

— Выполнять? — Промеат пристально посмотрел на япта.

— Ну вот! Впервые за десять лет проговорился! — развел руками Сим.

На следующий день Промеат собрал Совет Вождей. К удивлению многих, Севз не кинулся в схватку. Он сказал спокойно, что не верит в эти сказки. Но он, Севз, помнит уговор: пусть люди сами выбирают!

Так и решили: кто хочет идти с Промеатом на Канал, пусть идет!

— А что, эти стены, которые надо поджечь, высокие? — заинтересовался вдруг Айд, громче всех плевавшийся вначале.

— Десять рослых коттов один на другом до верху не достанут.

— Эх! — махнул рукой негр. — Пойду с тобой! Люблю хорошие пожары!

— Ф-фух! — вздохнул Промеат, выходя из шатра. — Осталось совсем немного: собрать людей да срыть перемычки.

— Мне лучше остаться здесь, — тихо сказал Сим, глядя на Севза, широко шагающего к шатру Майи.

— Зря ты ему не доверяешь, — укорил япта Промеат. — Но, если считаешь, что так лучше, оставайся. Поможешь снаряжать корабли. А ты, — Промеат обернулся к Ору, — скачи в Долину Древа, бери Феруса, других, кто согласится, и веди на Канал.

Гезд настояла, чтобы Ор взял шестерых воинов.

— Видишь, как Приносящий все устроил: через три ночи увидишь жену, потом достроим твой Канал. Чего хмуришься?

— У жены на Юге родичи. Боюсь, худо им приходится.

— Хорошие люди?

— Не злые. Отец ее меня заставил знаки учить, с братом мы из одной чашки ели. Малолетки есть…

— Надо помочь! — кивнула Мать. — Я на юг как раз крепкую стаю шлю. Дадут твоим защйтный знак.

— Ловко Бык обошел Промеата! — засмеялась Майя. Они сидели с Акеаном у входа в синий шатер.

— Но Промеат добился своего!

— Себе на беду! Порывшись в земле, дикие быстро остынут и сразу вспомнят, что Севз был против этой затеи. А мы тем временем оттолкнем от Промеата диких, которые останутся в Атле.

— А надо ли губить Промеата? — Акеан задумчиво почесался. — Севз хочет спалить Срединную, а Промеат — спасти, что можно. Ты что, предпочитаешь ходить в шкурах и жрать сырое мясо из деревянной плошки?

Майя рассмеялась, представив себе такую жизнь. Проходившие мимо борейцы покосились на развеселившуюся колдунью. И чего нашел Молниеносец в этой краснорожей? Причуда Бога!

— Вот ты говоришь, — Майя переждала, чтобы бородачи прошли, — Промеат хочет спасти Атлантиду. А к чему она нам? На этой земле три поколения будут рождаться бессильные трусы! Сила уходит на Восток. Бык чует это и рвется вслед. Знаешь, в чем сила Быка, та, что делает его вождем? — Она приостановилась, подбирая слова. — Нужное ему он умеет изобразить как великое дело для общей пользы. И, главное, — сам верит этому! А когда прежнее объяснение становится невыгодным, он, отшвырнув его, как рваную тряпку, находит новое. И опять верит ему и заставляет верить других. Понимаешь?

— Что-то слишком мудрено, — покачал головой Акеан.

— А вот смотри: в рабстве он возненавидел бронзу, которая сильного делает слабым, а слабого сильным. В слабых-то оказался он! Значит, убей бронзу!

— Но сейчас мощь вернулась к нему.

— И он хочет ее сохранить. Значит, нельзя дать тайну бронзы всем племенам. Поэтому сейчас лучше никому, чем всем! А потом, когда понадобится прижать непокорных, найдутся другие слова. — Майя наклонилась к собеседнику. — Бык послал тысячу кудлатых разорить главное гнездо знатоков.

ГЛАВА 11. ПОДВИГ

Чувствуя нетерпение хозяина, Бурый то и дело переходил в короткий галоп. Шестеро детей Лисы — рода самой Гезд — едва поспевали следом. Ору было радостно и тревожно. Завтра он увидит Иллу, дочь, расскажет Ферусу о решении Промеата.

— Старший! Впереди много воинов проехало, — окликнул Ора один из детей Лисы.

Мощенный плитами путь кончился. На пыльной дороге впереди тянулись свежие следы конских копыт.

В груди у Ора заскреблась беспокойная мышь: что за воины, куда едут? Выше по ущелью маленькое селение, где дом Тейи, а потом Долина Древа. Что там делать воинам?

Ор, спешившись, пощупал конский навоз. Чуть теплый!

— Скорее, Бурый! — бормотал он, взбираясь на коня. — Боюсь, это недобрые следы!

Время близилось к закату, когда гии нагнали бо-рейцев.

— Что ищете на этой тропе? — приветствовал их старший задней сотни.

— Говорят, тут в селе есть рабы из нашего рода.

— У-у! Наверху не простое село! — ухмыльнулся бореец. — Там живут самые зловредные из узкоглазых, те, что обучили медведей, придумали бронзу и горящую воду. Чурмат сказал, что они даже некоторых наших околдовали. Знаешь, тех, рогатых, что Промеат с собой привел.

— Как это околдовали?

— А вот так! Заставили себя охранять. Ничего! — Вождь подбросил и поймал копье. — Мы их быстро расколдуем. Езжайте и вы с нами! Наверное, ваши земляки в рабстве у этих колдунов.

В сумерках Севзовы каратели остановились у выхода из ущелья, где весной пасли скот пастухи из Внешнего Круга. Ор со своими гиями стал выше по склону, поодаль от борейских костров.

Едва стемнело, семеро гиев тихо повели коней в обход и выбрались на дорогу выше лагеря борейцев.

Назад уходили башни скал, на поворотах кусты цеплялись за одежду. Впереди показался синий от луны дом Тейи. Не слезая с коня, Ор забарабанил в дверь. Дом ответил гулкой пустотой. Значит, укрылись в Долине.