Наталья Медянская - Ночь упавшей звезды

Элвилиночка осторожно поднялась, похромала к двери и приложила ухо к заслонке:

-- Вроде тихо, а что?

Я, помогая себе зубами, отодрала лоскут от рубашки -- все равно она в клочья, лишней прорехи никто и не заметит. Сунула палец в повязку, стиснув зубы, сцарапала струп. Руны, начерченные кровью, растекались, но, думаю, меня сумеют понять. А, хуже не будет! Я вытащила из-за пазухи манок и тихонько свистнула. Пестрая красавица-летавка появилась в воздухе посреди камеры и, недовольно запищав, уселась мне на плечо.

Привязав лоскут к лапке, я задумалась, к кому же ее отправлять... Одрин мертв... я, точно наяву, увидела его светлые волосы, узкое лицо с серыми глазами, в темноте отливающими серебром и... птичка исчезла. А я тихо заплакала, привалившись к сырой стене.

-- О... а... -- Талька жалобно всхлипнула и, подойдя ко мне, молча приобняла одной рукой. Ее грязная рубашка неожиданно ярко и свежо пахла хвоей.

-- Они... его убили... -- громко всхлипывая, я уткнулась девушке в плечо. -- Куда она тогда... полетела?..

-- Летавки не ошибаются, -- девушка ободряюще погладила мое плечо. -- Тебя как зовут?

-- Триллве, -- неожиданно для себя ответила я.

-- О, как красиво... -- элвилиночка устроилась рядом и посмотрела в потолок, словно ожидала увидеть там звезды. -- А я -- Сандра-Талька Цмин эйп Лаариваль, старший подмастерье-менестрель, -- с гордостью отрекомендовалась она, взъерошив рыжую макушку. -- Можно просто: Талька-Веретено.

-- Приятно познакомиться. Действительно, приятно, -- улыбнулась я. Прозвище "Веретено" ей было в самый раз, и запомнить проще, чем все эти "Сандра-Талька и так далее".

-- И мне приятно, м-м... А откуда у вас это, -- Талька потянулась и дотронулась до печатки на моем пальце. -- Это же... мевретта, да?

-- Это... ты их видишь?! А... ну да... ты ведь элвилин... Да, это его. Торус меня сдал, так что можно не скрывать, -- я вытерла кровь, ползущую с прокушенной губы. -- Его нет, Талька. Совсем... Его утром... на дороге убили... Только во сне... остался...

-- Мевретт Мадре? -- осторожно спросила рыжая и, нагнувшись, начала осторожно закатывать штанину весьма потрепанных коричневых брюк. -- Но куда тогда полетела летавка?

-- К нему... Не знаю... Ему размозжили голову, я видела, -- жестко сказала я, чтобы не тешить себя напрасной надеждой. Вытерла слезы. -- И... давай лучше подумаем, как нам отсюда выбраться.

Талька помолчала, в задумчивости кусая губы, потом нахмурилась:

-- Да уж... ты видела рожу легата? Если выбираться, то как можно скорее. Пока его немного сдерживает Олав, но боюсь, что это ненадолго. Знаешь, какой Торус злыдень -- она криво ухмыльнулась и начала рассматривать свое распухшее, лилово-синего цвета колено. -- Уж можешь поверить моему горькому опыту...

-- Догадываюсь, -- посочувствовала я. Это относилось и к злодейству Торуса, и к тому, что Тальку хватали ордальоны. -- А как выбираться? Не думаю, чтобы мы за день успели сделать подкоп. И подкупить тюремщиков тоже нечем.

-- Вряд ли я смогу бежать, -- печально сообщила Талька. Она, точно маленький ребенок, сложила губы в трубочку и с разных сторон старательно подула себе на ногу. Потом выпрямилась, рукой откинула упавшие на глаза рыжие волосы и вскинула на меня зеленые глазищи: -- А ты знаешь что? Ближе к ночи позови охранника и скажи ему, что готова все рассказать про элвилин. В это время дознавателей в тюрьме нет. И тебя поведут в прецепторию, пока ты не передумала говорить. А по пути сбежишь.

-- Знаешь что, -- протянула я, -- я тебя тут не оставлю. Торус тогда на тебе оторвется и запытает насмерть. Он и так отцу простить не сможет, что тот не с его матерью, а со мной... был... -- я пальцем легко погладила обручальное кольцо. -- Нет, мы придумаем другое. Или вместе тут останемся.

Я откинулась к холодной стене, закинув руки за голову, и закрыла глаза.

-- Вот уж удумала, еще чего! -- фыркнула девушка, локтем легонько пихнув меня в бок. -- Не дури. Как я сбегу с таким коленом? В прошлый раз мне просто повезло.

-- Я тоже на одной ноге не сильно сумею упрыгать. И своих бросать не приучена. Все. В этот раз повезет двоим, -- непримиримо отрезала я и задумалась. -- Между прочим... ты сюда странным образом попала, через этот, как его... дольмен, да? А обратно так не получится?

-- Не-а... Это портал у мастера сломался... -- не слишком уверенно объяснила она, -- сиречь дольмен. А то бы я была уже в Дальнолесье, вместе с отцом... -- рыжая тяжело вздохнула. -- Интересно, он-то где...

-- Не знаю... -- Талькин отец действительно мог быть где угодно: в военном лагере, или в Твиллеге, или уже вести нам на выручку доблестные элвилинские полки. Ой, нет, только не это! И я вернулась к куда менее опасной проблеме:

-- А... этот портал... его как делают? Он у твоего мастера откуда?

Девушка задумчиво нахмурилась и слегка удивленно глянула на меня:

-- Вот странно... он мне никогда об этом не рассказывал. Ну... -- она наклонилась вперед и подперла голову руками, -- его не делают, наверное... а если делали, то жутко давно. Или находили. Такое место, где пространство ломается... ну, вроде бы... Точно у магов надо спрашивать... -- Талька пожала плечами и окинула взглядом камеру. -- Но тут-то портала нет!

-- Хорошо, не делают. Но почему он открылся именно здесь? -- продолжала настойчиво выспрашивать я. -- И еще... вот тут окон нет, дымохода тоже... и продухов... Откуда летавка взялась посреди камеры? Может, все-таки что-то такое есть? Только я не чувствую? Но я не элвилин и не маг... А ты... ну попробуй, поищи!

Девушка нехотя встала и, прихрамывая, медленно пошла вдоль стен, размышляя на ходу:

-- Летавки перелетают куда угодно -- на то они и летавки... А почему открылся здесь, не знаю, -- рыжая задумчиво потянула себя за ухо. -- Может быть... потому что категорически не имел права распахнуться в защищенном от магии остроге? -- выдала Талька на одном дыхании и захихикала.

-- Вообще-то, дольмены открываются только в определенное место, -- тянула она. -- Ты их когда-нибудь видела? Такие каменные круги со ступенями и стоячими валунами. То есть, ты входишь на один круг, и бац -- выходишь на другой. Или выпадаешь, как повезет. А еще и такие есть, с которыми не угадаешь, куда выкинет. Выплюнул тебя -- а второго дольмена и нет; а значит, обратно ты вернуться не сумеешь. Ужас, да? Вообще-то я в этом понимаю мало, магия порталов такая сложная, что и волшебник не всякий открыть его справится, только самый-самый.

Завершив лекцию о дольменах и обход камеры, Талька присела рядом, вздохнула:

-- Ничего я не почувствовала... И потом, даже, если бы и была возможность вернуться назад, мне туда нельзя... Меня выкинуло из Вениссы, из тамошней Школы изящных искусств мастера Орландо. И сейчас там полно ордальонов, -- она нахмурилась и сжала кулаки.