Роман Холодов - Лазутчики. Становление. Дилогия (СИ)

   - Однако. - Вытирая слезы, сказал Захар. - Не ожидал.

   - Я тебе про них потом расскажу. - Мстительно сказал Черный. - Хотя зачем потом, прямо сейчас.

   - И что ты там можешь выдумать? - смеясь, спросил Серый.

   - А че мне выдумывать. - Черный надулся. - Я, что ли прилюдно обосрался.

   - Чего? - спросил Рыжий.

   - Того, ты что, не знал? - Черный махнул рукой. - Этот засранец прямо в строю в штаны навалил, да так много, что техники потом замучались скафандр чистить.

   - Заткнись! - зло сказал Серый.

   - Тебе, значит, можно, а мне нельзя? - Черного понесло. - Тебя еще неделю засранцем за глаза звали. А он, значит, типа не помнит.

   - С чего вдруг обосрался? - спросил Захар.

   - Да в одну каску банку сгущенки навернул, вот организм и не выдержал. - Признался Серый. - Я тогда даже сделать ничего не успел, клапан открылся, ну и дунул со всего маху.

   - Фановую трубу прорвало! - захохотал Рыжий.

   - Погоди, сейчас еще и про тебя расскажем. - Сказал Серый.

   - А что такое про меня? - удивился тот. - Я по каютам не попрошайничал и в штаны не валил. Даже и не знаю, чего за мной такого водиться?

   - Водиться и еще как! - У Черного загорелись глаза. - Думаете, чего он впрок жрет? Еще в учебке его сержант поймал за тем, как он ночью сухпай лопал. Нам на отделение выдали коробку пайка, так он один его стрескал. Сержант его поймал и давай "ночью" качать. Все спят, а Рыжий, толстожопый котяра, по спортзалу наяривает. А сержант его на весы загоняет и измеряет, сколько калорий он спалил, чтобы, значит, в норму уложился. Раз съел коробку сухпая, то должен двенадцать тысяч калорий спалить. Сержант грамотный был и сложил все вместе, что там было покалорийно. Рыжик, бедолага, до самого утра маялся, ему потом долго этот сухпай икается. Поэтому он всегда впрок наестся и на задание идет. Эти калории ему еще долго сниться будут.

   Рыжий что-то хотел сказать и уже открыл рот, но Захар поднял ладонь.

   - Ладно, на сегодня сеанс групповой психотерапии объявляю законченным. К тому же мы к станции какой-то приближаемся. Не забывайте, зачем вы здесь. Надеюсь, ваши воспоминания не повлияют на слаженность?

   - Да не беспокойся, Захар. - Сказал Серый и махул рукой. - У нас такие сеансы постоянно проходят. Мы же не дураки, понимаем, где находимся и что делаем. Никто ни на кого не обижается. - Он посмотрел на остальных. - Даже я.

   Серый был неформальным лидером в тройке и к нему прислушивались. У каждого из них было что-то, что дополняло другого. Иначе, как объяснить четкость их действий и выполнение поставленных задач? Только полным доверием друг к другу.

   Следующим в списке доступных станций была маленькая бартерная база компании "Космические масла Нортекс", реклама которой гласила - все для вашего корабля. Надежда на посадку была - кораблей возле нее немного - могли остаться свободные доки, ну а если таковых нет, то причальную штангу для грузовиков Виктор углядел издалека.

   - По какому вопросу? - хмуро спросил диспетчер. - Магазин уже закрыт и продавцы разлетелись.

   - Нам бы стыковочку произвести. - Попросил Виктор. - Устали с дороги, опять же груз имеется, который знающий человек может предложить кому-нибудь за подходящую цену.

   Диспетчер задумался. Он, конечно, на станции не один - управляющий, охрана, персонал мотеля, бара, несколько постояльцев, как этот бродяга-дальнобойщик, пара перекупов. Сообщить, конечно, нужно куда следует, недаром император заострил внимание на всех прибывающих кораблях - листовки о бдительности на их станции расклеивал лично первый помощник станционного смотрителя. Но что такого в том, чтобы принять груженый транспорт, пускай и издалека? Ведь таможня дала добро и пропуск у него в порядке, за подписью старшего инспектора. То что остальные диспетчера станций бояться и выдумывают всякую чепуху для того, чтобы отказать в посадке по любой причине, знает весь сектор. А эти парни, видно, очень издалека, раз тыкаются как слепые котята. Он за ними уже полчаса наблюдает. Они знали, куда летят. Только "Катрас" сейчас не принимает - там разместили этих поганых русских, которые вот уже третий день мусолят глаза на орбите Земли своими кораблями. И как Император это допустил? Бардак!

   Диспетчер постучал пальцами по консоли управления, выбивая незамысловатую дробь. Отказать, тогда парни полетят к кому-нибудь другому. Им все равно, кому товар спихнуть, а то что коробочка груженая это сразу видно, вон ее как на поворотах заносит - топлива тратят больше чем нужно. Опять же можно договориться о бартерной заправке - им деваться некуда, покупать горючку только здесь будут, цены самые низкие. Император крепко держит руку на жизненной артерии космоса. Наконец диспетчер принял решение.

   - Вторая причальная штанга, вектор захода - восемьдесят пять и сто десять, высота - пятьдесят по эклиптике, корректировка не более двух градусов, крен относительно станции - восемнадцать, скорость не более восьми. - Он щелкнул выключателем, не дожидаясь, когда Виктор поблагодарит его. Надо связаться с шефом.

   Пилот выполнил в точности все указания. Пятисот метровый кораблик мягко ткнулся носом в причальный буфер и зафиксировался в магнитных захватах. Кишка причальной штанги, подвешенная на сложенных балках, распрямилась и выдвинулась к шлюзовому отсеку. Присоски гермозатвора прилепились к корпусу корабля, давление уравнялось, шлюзовые створки раскрылись с той и другой стороны - корабль как пиявка вцепился в тело станции.

   На станцию сошли четверо. Виктор и Захар отправились к управляющему решать вопрос о продаже руды, а Светлана с Серым, которого ей в провожатые назначил Захар, в ближайший бар, который был открыт круглосуточно. Слухи и сплетни всегда собираются в таких вот местах, а главным информатором выступает бармен. К тому же перекупы любят такого рода места. Это если управляющий станцией не согласиться.

   Серый, конечно, был не в восторге от такого соседства, но и он понимал, что стоит немного потерпеть ради общего дела. Пока девчонка молчит, его это устраивает. Пусть лучше диалог ведет она, а штурмовик будет на подхвате. Если какая-нибудь гнида попытается надуть их или напасть.

   Бар на маленькой станции был один и вся находящаяся здесь публика собиралась только в нем. Кричащее название "Ракетный выхлоп" говорило само за себя какие напитки здесь предлагают. Только матерые космические волки могут промочить горло "Особым космическим", "Палевом" и "Тройным ядерным". А хлюпикам сюда вход заказан. Светлана услышала дикий рев изнутри и, внутренне собравшись, подошла к двери, которая отъехала в сторону. Серый тенью следовал за ней.