Сергей Джевага - Посох для чародея

— Ты кто такой, старик? — угрожающе спросил Шед.

Я взглянул на товарища. Он напряжен, на лице вздулись желваки. Темные глаза поблескивают из-под насупленных бровей. На всякий случай тоже взялся за клинок, приготовился активировать все плетения. Рыцарь не стал бы так себя вести, если бы не было угрозы.

— Я лесник, — с улыбкой ответил дед.

— Твой лес давно погиб, — сказал Шед. — Что ты здесь делаешь?

Дед развел руками в недоумении, пожал плечами. На лице лишь выражение дружелюбия и участия. Я при смотрелся к нему — есть такой тип стариков, что не ругают молодежь, политиков, богов, не брюзжат по любому поводу, а просто доживают свой век, радуются каждому деньку, каждой минутке жизни. Лесник был из этих самых, этакий старичок — божий одуванчик. Лицо похоже на печеную картошку, морщинистое, темное, но открытое и доброе. Светлые молодые глаза сияют, словно голубые звезды. Одет просто, но опрятно и чисто. Длинная седая борода уложена волосок к волоску, тщательно вычесана. Если бы встретил такого деда в лесу под Гентом, не обратил бы никакого внимания. Но в Преисподней, средь пепла и разрухи, под этими страшными небесами он выглядел очень странно.

— Все леса погибли, милок, — печально улыбнулся дед. — А этот я любил. Не хочу его бросать.

Он показал на заросли мертвых деревьев, глубоко вздохнул. На лице отразилась грусть и застарелая боль. Рыцарь убрал ладонь с рукояти меча, но взгляд темных глаз не отпускал старика, ловил каждое движение. Руки подрагивали, чувствовалось: Шед готов при первом же признаке опасности выхватить клинок и взорваться вихрем разящих ударов.

— Ты нас ждал, — сказал воин, скорее утверждая, чем спрашивая.

— Дык вы столько шума наделали, — ответил старик. — Вспышки, дым до небес. Вот я и понял, что ко мне гости идут. Вышел встречать вместе с Мурлыкой. Мурлыка, ты рад гостям?

Кот сладко потянулся, на нас посмотрел сонно и равнодушно. Потом неспешно встал, важно задрав хвост, подошел к рыцарю. Потерся о ногу, приветственно мяукнул.

— Вот-вот, — радостно затараторил старик. — И Мурлыка рад. У нас давно гостей не было, совсем истосковались по общению.

Рыцарь брезгливо оттолкнул кота ногой, полосатый обиженно мяукнул, но отбежал. Сверкнул желтыми глазищами и принялся точить когти о бревна избушки. Воин даже не глянул на кота. Лицо превратилось в холодную непроницаемую маску. Глаза — две колючие ледышки. Крылья носа подрагивали, ловя запахи, рот превратился в тонкую бледную линию. Больше чем когда-либо он походил на волка, хищного и опасного.

— Мы ищем Ключника, — медленно произнес Шед, сверля взглядом старика.

Дед едва заметно вздрогнул, улыбка медленно потухла на лице. Он испуганно съежился, огляделся по сторонам, потом карикатурно вытянул губы трубочкой и приложил к ним указательный палец.

— Тс-с-с… тихо, — громким шепотом сказал лесник, — Он многое слышит. Вы почти добрались.

— Значит, ты знаешь, где его дом? — спросил Шед.

— Недалеко, — кивнул дед. — Но зачем он вам нужен, путники?

— Есть серьезный разговор, — неопределенно пожал плечами рыцарь.

Старик на секунду замер, потом засопел, потянул носом воздух. На сморщенном лице отразилось великое удивление.

— Батюшки! — всплеснул руками лесник. — Вы что, живые?!

— И этот туда же, — проворчал я.

— Тише, маг, — прошипел рыцарь, — Я говорю.

Я пожал плечами. А я что, я ничего! Тихий как мышка.

— Как вы здесь оказались? — воскликнул старик.

— Долгая история, — увильнул Шед. — Если знаешь где дом Ключника, скажи нам.

— Хорошо, — кивнул лесник. — Я все расскажу. Заходите в избу, располагайтесь. Будьте как дома, путники. Я вам ни в чем не откажу. У меня где-то еще осталась пища живых, угощу, так уж и быть.

Старик дружелюбно улыбнулся, поманил за собой. Весь из себя добродушный, милый. Рыцарь нахмурился, поколебался. Везде и во всем ему виделись подвохи заговоры, злобные монстры. Вытащил меч из ножен взглянул на старика предостерегающе, медленно шагпул к входу в избу. Лесник не обратил внимания на жест Шеда, закряхтел, мелко засеменил вперед.

— Сейчас чайку заварю, гости дорогие, — зачастил дед, — посидим, погутарим. А вы согреетесь, отдохнете…

Он распахнул дверь избушки, вбежал внутрь. Рыцарь на миг задержался. Обернулся ко мне, подмигнул и улыбнулся краешками губ: мол, живем, Эскер. Скоро дома будем, чуть-чуть осталось. Воин шагнул внутрь, исчез в полумраке помещения. Я взглянул в темное мятущееся небо, погрозил ему кулаком. Вот тебе, уродина! Не сожрешь нас, не выпьешь! Мы сделаны не из мягкой глины, мы крепче. Где-то здесь, среди пустошей Преисподней, сидит на черном троне Мрон — властелин тьмы и, распахнув клыкастую пасть, жрет души умерших людей. Но мы ему не достанемся, ни сейчас, ни после. Рыцарь уйдет в Поднебесный замок Алара, я как безбожник после смерти просто исчезну, растворюсь. Но ноги моей здесь больше не будет.

В душе теплым молоком заплескалась надежда. Мы не сдохли тут, нас не сожрали демоны. Осталось немного — найти Ключника и каким-то образом заставить его отправить нас назад. Орк предупреждал, что этот человек или существо очень опасно, но мы с Шедом справимся.

Странно как-то… Рыцарь, конечно, гад, но я почти не злюсь на него за то, что чуть не убил меня в поединке. Хотя еще какое-то время назад готов был задушить за то, что наставил мне синяков, унизил при всех. Шед — неплохой парень, честный, гордый и сильный. Мы дрались спина к спине, отбивались от полчищ нежити. Он вытащил меня, обессиленного, в обморочном состоянии, хотя мог бы оставить подыхать. Причем руководствовался не выгодой, а чем-то другим… чего я еще не понимаю. Но пойму, обязательно пойму! Мы вернемся в наш мир, а там… может, останемся друзьями… Хочется надеяться на это.

Я улыбнулся сам себе, шагнул в избушку. Страшный зубодробительный удар сотряс меня. Что-то тяжелое врезалось в затылок, едва не пробило череп. Я жалобно охнул и полетел в пустоту. Мир расцвел разноцветными искрами, а потом погрузился в кромешную тьму.

Очнулся от прикосновения к лицу чего-то пушистого: словно большим махровым полотенцем тыкали и нос. Я застонал, попытался отпихнуть головой полотенце, но оно упрямо тыкалось в лицо, мурлыкало, терлось. Движение отдалось жуткой головной болью. В затылке кольнуло огненной иглой, позвоночник жалобно заскрипел. Я замычал. Веки были тяжелые, свинцовые, но каким-то образом я все же открыл глаза и испуганно вскрикнул. Предо мной маячила усатая кошачья морда, желтые насмешливые глаза. Мурлыка — вспомнил я. В голове пронеслись сцены, предшествующие удару. Шед, промелькнуло в голове, надо найти рыцаря. Попытался вскочить, но не смог. Запястья и голени рвануло крепкой веревкой, содрало кожу. Я глянул — так и есть, связан.