Кристофер Раули - Драконы войны. Книга 1

– Так почему же вы думаете, что Мать оставила вас своей милостью?

– Не знаю, верю ли я в нее. Старые боги ощущаются более реально, потому что они принадлежат всем. Они дышат, едят, занимаются любовью и сражаются. Старина Каймо со своим вином и игрой в карты. Или Асгах со своим мечом. Я думаю, он охраняет моего дракона. Как-то мы попали в тяжелую переделку у горы Красный Дуб. Асгах услышал нашу мольбу и пришел к нам на помощь. Он скатил камень на троллей.

Сестра Дассни задержала дыхание.

– Мать проще, чем какой-то бог или богиня, дитя. И слово Ее – Милость.

– Я знаю. Я борюсь за Ее мир. Он означает конец несправедливого насилия и неумеренной жадности. Я учил все это в школе. Но после того, как я покинул свою деревню, я видел только хаос и постоянное убийство. Мне нет еще и восемнадцати, а я уже видел сражения, осады – все. Как это может быть – Великая Мать и так много убийств и ужаса в этом мире?

Молодая ведьма улыбнулась и подошла к нему поближе:

– Наверно, это долгая и тяжелая работа – очистить мир от ужасов. Их так много, и они еще надолго останутся в этом мире. Работа Великой Матери едва только началась.

– Но нам говорили, что мир создан Великой Матерью. Если Она создала мир, так почему же ей было не создать его без ужасов и убийств? Отчего он должен быть таким жестоким?

– А вы задаете эти вопросы старым богам?

– Ну нет. Старые боги, они совсем как обычные люди. Они капризны. Иногда они жестоки. Каймо носит нож и готов перерезать тебе горло, если ты проиграешь свое наследство. Они часть этого мира, поэтому я их и понимаю. Они не сидят где-то в стороне от мира, критикуя его и устанавливая невозможные нормы поведения для каждого человека.

– Хорошо, драконир Релкин, вы можете быть уверены, что, если вы отнимете во имя старых богов чью-то жизнь при необходимости, Великая Мать не будет сердиться на вас. Она понимает необходимость в старых богах. Они привносят некоторую энергию и интерес в мир, который верит в них. Но, как вы сказали, Великая Мать придерживается более высоких норм жизни, чем это делают они. У нее нет ножа, чтобы испортить жизнь безнадежного игрока. Она воплощает в себе вечное и бесконечное.

Релкин выслушал, но не мог это принять.

– Это трудно, – спокойно сказал он.

– Я знаю, но такова судьба всего хорошего в мире. Зло легко принимается, а все, что воистину ценно, тяжело.

Релкин пожал плечами:

– Полагаю, что так.

Она извинилась и покинула его. Он вздохнул. Храм был так прекрасен, такой простой, без украшений. Ему просто не повезло. Легких ответов не существует.

Он оставил храм и по залитой лунным светом тропинке отправился к лагерю. Его дракон сидел на задних лапах и глядел на небо. Звезда дракона, красный Разулгеб, поднялась высоко в зените.

– Добро пожаловать обратно к нам, – сказал Базил.

– Я не думал, что ты все еще не спишь.

– Красная звезда высоко. Никто из нас не спит.

Релкин оглянулся вокруг. Так и было. Все драконы сидели на задних лапах, их глаза были устремлены к небу.

– Итак, драконопас, научился чему-нибудь в храме?

– Да, – сказал он, скользнув под свое одеяло. Усталость во всех членах звала ко сну.

– И чему же?

– Нет ответов, Базил, вот чему.

34

ГЛАВА

ежду Кенором и провинциями Аргоната через длинную цепь Мальгунских гор протянулись только две дороги. Одной была расщелина, занятая рекой Арго, которая текла между горами Красный Дуб и Ульмо. Другой путь лежал на юг и был известен как перевал Высокий.

Здесь горы Ливоль и огромный Мальгун образовали ущелье почти квадратного сечения. Ширина его была чуть меньше мили, высота стен – чуть больше. Серые скалы, лишенные растительности, тянулись к небу. Только немногие козы выживали здесь в тумане. Наиболее сильным впечатлением для человека было полное одиночество. Только ветер выл над безлюдными скалами и свистел в расселинах.

Империя Розы проложила через перевал ровную дорогу шириной в сорок футов. Эту дорогу разделял на две части четырехугольник форта Роланд, обращенного наиболее укрепленной стороной к западу. В прохладном утреннем свете капитан Холлейн Кесептон стоял над воротами на парапете с бойницами. Вид на запад был закрыт низкими облаками, которые превращали дорогу в воронку в стене тумана.

Из тумана, спустившегося на дорогу, выползали бесконечные толпы испуганных беженцев, тысячи и тысячи женщин, детей, стариков и инвалидов. Шли стада крупного рогатого скота, овец, табуны лошадей, большие повозки и даже немногие роскошные экипажи, запряженные шестью или восемью прекрасными лошадьми. Всех их гнало одно и то же непреодолимое желание пройти сквозь большие ворота Роланда и попасть в безопасные провинции Аргоната. Но Холлейн знал, что безопасность была иллюзией, потому что за беглецами ползло громадное, все пожирающее животное, которое войдет в долину Лиса, перевалит через горы и пожрет города Аргоната – если не будет остановлено именно здесь. А для того чтобы остановить эту страшную угрозу, здесь находилось всего несколько сотен воинов, включая его самого.

Он повернулся на звук шагов – кто-то поднимался по лестнице в башню – и увидел знакомое мрачное лицо, появившееся из темноты. Лейтенант Лиепол Дьюкс вытянулся по стойке смирно и приветствовал командира.

– Вольно, лейтенант, – сказал Холлейн. Дьюкс наконец получил повышение и перешел на одну ступень выше в офицерском звании.

– Не думал, что так скоро снова увижу вас, капитан. – Дьюкс улыбнулся своей знаменитой холодной улыбкой.

– Кажется, это судьба. Я поискал бы здесь какие-нибудь признаки, какие-то знаки, что во все это вмешивается рука Матери.

– Вы не найдете ее. Эта война – поле для более сильных игроков. Наш враг становится все мощнее после каждого своего поражения от нас.

– Вы не были пораженцем раньше, сомневаюсь, что вы стали им теперь.

Лиепол Дьюкс ухмыльнулся. Он был высоким и светловолосым, а Кесептон носил темную бороду средней длины, подстриженную скобкой. Лейтенант был старше капитана, поднялся из простых солдат и тяжелым трудом заслужил офицерские лычки. Он служил с отличием в кампании против Рока в Туммуз Оргмеине.

– Вы правы, капитан.

– Мы сможем сделать это?

– Можем ли мы отделаться от них? Да, сэр.

– Нет, сможем ли мы их задержать достаточно долго, чтобы к нам подошли подкрепления?

Дьюкс взглянул на стены.

Они были выстроены на совесть и правильно расположены. С несколькими сотнями людей здесь можно было противостоять целой армии. Но то, что надвигалось на них, по всем расчетам было поистине гигантским войском.