Иван Казаков - Найдёныш

Нед снял и рубаху, оставшись в одних полотняных трусах, довольно широких и не мешающих двигаться. Затем вышел на площадку, служащую для занятий в те дни, когда не шёл дождь.

Это была ровная каменная поверхность, вымощенная плитами, сквозь которые местами проросла тонкая трава, нещадно искореняемая учениками, но всё равно лезущая к солнцу и свободе.

Нед встал на площадку, и забыв обо всех, кто был вокруг, начал ритуальный танец.

Он наклонялся низко к земле, переливался, как ртуть, подпрыгивал и застывал в немыслимых позах, отключив своё сознание и отдавшись тому, что хранилось у него в мозгу. Нед чувствовал, как в него через множество невидимых пор и канальцев вливается энергия, именуемая «цу», энергия вселенной, энергия силы и радости. Он наполнялся ей, как сосуд, давно не видевший этого пьянящего напитка, сила вливалась в Неда как горный поток, как морской прилив, наполняя мышцы могуществом.

Ученики наблюдали за Недом, раскрыв рот — его тело блестело в свете фонарей, покрытое капельками пота, выступившими из пор, а шрамы, до той поры невидимые, проявились, и стали видны, как сетка, нарисованная на Неде безумным художником.

Мастер Тираз смотрел на Неда, широко раскрыв глаза. Он даже оставил свою разминку, чтобы понаблюдать за незнакомцем, и не пожалел об этом. Происходило что-то странное — мастер, который знал, как он думал, всё на свете о боевых искусствах — НЕ ЗНАЛ того, что делал Нед! Нет — он понимал, что тот принимает в себя силу цу, накачиваемую специальными упражнениями, но этот его стиль соединения с цу был совершенно незнаком Тиразу, и он, потрясённый, следил за парнем, уже раскаиваясь, что так грубо с ним обошёлся.

По всему было видно — это Мастер. Никто иной не мог бы с такой оточенностью, с таким умением совершать все эти переходы, нырки, удары руками и ногами. Все движения были выверены до совершенства — ничего лишнего, никакой размашистости, свойственной молодым ученикам — даже перспективным, но занимающимся не очень давно — нет, каждое движение выверено до мельчайшей его стадии, до самой точки, в которой тело в очередной раз застывало в немыслимой позе.

Наконец, Нед закончил свои упражнения и встал перед мастером, опустив руки по швам:

— Я готов!

Мастер кивнул головой, не подходя к Неду, встал в боевую стойку, и сказал:

— Бой будет закончен, если один из противников, или оба не смогут его продолжать. Или если один из противников заявит о том, что он сдаётся. Начали!

Мастер короткими приставными шагами пошёл вперёд, на спокойно стоявшего парня, и вдруг тот издал громкое шипение, от которого вздрогнули несколько парней на скамейке, и низко наклонившись к земле, принял странную позу, которую обычный человек не смог бы повторить. Его руки извивались, напоминая клубок змей, носились в воздухе, будто нанося удары ядовитыми зубами, а тело перемещалась, перетекая из позы в позу.

О боги! Откуда?! Как? Стиль змеи? Утерянный и забытый! — мгновенно понял мастер — парень, ты кто?

Но на раздумья времени не было — если, конечно, он не хотел получить плёткой по спине.

Тираз вошёл в боевой режим, и его меч замелькал, как ласточка, пытаясь ужалить эту «змею», извивающуюся и мгновенно перемещающуюся в пространстве. Меч скользил между «голов» «змей», пытаясь их отсечь, но каждый раз они мягко отводили лезвие в сторону, и оно, то клацало по плитам площадки, то утыкалось в пустоту, находя вместо живого тела, крови которого мечтало напиться, лишь разочарование и досаду.

Мастер максимально ускорил скорость движения. Его меч слился в сверкающую веерную полосу, и вдруг — рраз! — вылетел из руки мужчины, застывшего неподвижно, как статуя.

Никто, и даже он сам, не успели заметить мгновенного удара в точку на предплечье и другого удара в область шеи. Это были даже не удары, это были точечные касания двумя пальцами.

«Укус змеи» — так назывались эти касания, через которые сила цу хлынула в противника с невероятной скоростью и силой, воздействуя на организм и парализуя его мышцы. Если бы Нед хотел — он мог убить мастера Тираза. Или сделать его калекой. Или…в общем — сделать всё, что ему нужно. И тот не смог бы противопоставить ничего. Тот, кто был когда-то Недом, был настолько выше мастера Тираза по мастерству, насколько мастер Тираз возвышался над своими учениками.

Меч, вылетевший из руки мастера, мелькнул в воздухе и с такой силой ударил в скамью рядом с оцепеневшими от увиденного парнями, что несмотря на закруглённость клинка, вонзился в деревяшку и отколол от неё большую щепку.

Нед подошёл к Хагену, посмотрел в его лицо чёрными, запавшими глазами и тихо спросил:

— Ты доволен? Или хочешь ещё каких-то доказательств?

— Извини…те — хрипло сказал парень, закашлявшись, будто в глотку ему набился кулёк пыли — простите нас! Честное слово — я сожалею!

Нед ещё раз испытующе посмотрел в глаза парня, потом удовлетворённо кивнул головой и подойдя к неподвижно застывшему мастеру провёл серию точечных касаний в разных частях тела. Последнее — в область виска.

Тираз осел на подставленные руки Неда, тот аккуратно подхватил его, и отнёс к скамье. Мастер судорожно хватал ртом воздух и кашлял, отходя от паралича — всё то время, пока он стоял парализованным, дыхательная система не работала. Он задыхался, понимая, что сейчас умрёт. Сведённые судорогой мышцы не подчинялись, ещё немного, и Тираз скончался бы от удушья.

Мастер отошёл минут через пять. Его лицо из бледного стало розово красным, руки перестали дрожать, и все мышцы пришли в норму.

Тираз поднялся на ноги и посмотрел на Неда, собирающего свои вещи, и прикидывающего, как бы ему сполоснуться — не хотелось одевать чистую новую форму на потное тело. Потом зашёл в здание, через несколько секунд появился и твёрдым шагом подойдя к Неду, упал на колени, уткнувшись лбом в камни площадки. Затем, под гробовое молчание учеников, сказал:

— Мастер! Простите меня за мою самонадеянность! Простите, что я был недостойно груб с вами и не поверил вашим словам! Вы вправе отхлестать меня плёткой! Я заслужил это! Возьмите!

На протянутых руках Тираза лежала кожаная чёрная плеть, сплетённая из тонких нитей, длиной около метра. Ей он иногда гонял нерадивых учеников, а теперь сам должен был подвергнуться наказанию.

Нед принял плётку, повертел её в руках, затем с усмешкой отбросил в строну:

— Да перестаньте. Встаньте, пожалуйста. Лучше скажите, где я могу помыться, а то пахнет от меня, как от козла. Тут есть душевые?

Тираз встал с коленей, незаметно вздохнул — всё-таки неприятно, когда тебя бьют плёткой, даже если и за дело, затем сказал: