Павел Кошовец - Три удара колокола

Что он собирался сделать с ним, гоблина уже не интересовало, ибо чаша терпения его была переполнена - это раз, исполнить задуманное оратор с ножом в глазу уже не мог - это два. Сзади раздалось характерное хеканье - второй нож ушёл в сторону седого, а очень приятный шипастый шарик кистеня полетел в лицо третьего... И это сбило прицел. Щёлкнула тетива, болт прошёл чуть выше, едва не пробив ухо, отчего Худук непроизвольно зашипел, и как есть, сидя на корточках, перескочил буквально на плечи незадавшемуся стрелку, лицо которого нехорошо помяли иглы кистеня и... запустил когти в глаза... Глубже... Арбалетчик захлебнулся криком. Отряхивая от крови пальцы рук, Худук повёл головой. "Бармена" не было видно - значит тролль постарался.

- Я не лягушка и уши у меня не лопухи, - пробормотал про себя, будто оправдываясь.

Из пятёрки бойцов на ногах остался лишь седой, которому удалось уйти от брошенного ножа. Да зашевелился самый первый, вырубленный Рохлей.

- Придержи его, малый, я сейчас, - Худук спрыгнул в проход и загнал в затылок поднимавшегося амбала кинжал - чтобы не беспокоиться за тыл.

Кода гоблин вынырнул из-под стола с окровавленным ножом, седой не выдержал и рванул в сторону выхода. Но тяжёлый табурет, пущенный Рохлей, буквально пригвоздил его к стене, а потом, стремительно приблизившись, на этот раз скамьёй размозжил тому голову.

Услышав хруст кости, Худук даже не повернулся, ибо его взгляд был направлен в иную сторону - туда, куда не пробивалось ни зрение, ни колдовской взгляд. Сейчас всё было нормально, то есть видно... В общем, никого уже не было. Обыкновенный угловой стол, вот только осталась бутылка вина и полупустой бокал.

- Ушёл, дракон, - ощерился Худук, двигаясь в том направлении.

Конечно же, совсем недалеко была дверь на кухню. Выглянув за неё, гоблин только вздохнул и вернулся обратно: искать или догонять смысла не было.

- Эй, малыш, - обратился он к бесцеремонно вытаскивающему из-под стойки бочонок пива, - не бережёшь ты своё здоровье. Иди, пройдись по дому аккуратненько - может ещё где засранцы драконьи хоронятся, так ты их гони ко мне, а я пока по карманам покойничков пошарю - может они действительно птицы серьёзные, как сами тут распинались, так и золотишком, глядишь, угостят. Ведь денег лишних не бывает. Нам-то ой как обустраиваться придётся... - Рохля его давно не слушал и ушёл по заданию, гоблин сам себе бормотал - ведь, как ни говори, приятно поговорить с чутким и понимающим существом.

Первым делом он прошёл к столу, где сидел незнакомец... или незнакомка? - в человеческой криминальной среде нередки были и женщины. Понюхал место, на всякий случай запоминая запах, который вряд ли бы подошёл самке. Ну а потом состоялось самое чудесное - срезание кошельков!

Шаги Рохли он услышал, но разогнуться и вылезти из-под стола пока не мог - перстень с пальца гномоподобного бандита всё никак не желал слазить. Непонятный какой-то писк заставил его насторожиться, и он, не мешкая более, отмахнул покойнику парочку зловредных фаланг, и с этой добычей появился перед троллем. Но тот вновь удалился к пиву, зато перед Худуком стоял белый, как мел, Изил, с раскрытыми от ужаса глазами глядя на руки гоблина.

- О, привет, давно не виделись, - добродушно буркнул Худук, снова наклоняясь, отхватывая кусок рубахи у покойника и начиная терпеливо оттирать кровь с перстня, кинжала, рук. Настроение у него стремительно улучшалось. - Мы выполнили условия договора?

- И-ик...

Поняв, что добиться ответа будет сложно, Худук повернулся к Рохле.

- Где ты отыскал это чудо, малыш?

- Я... жрать охота... - тролль, оказывается, отыскал что-то съестное, и сейчас усердно набивал рот, словно боялся, будто отберут еду, - в кла-а-адовой... там вся семья-а-а.

- Так ты действительно хозяин этого трактира, дракон облезлый? - заинтересовано уточнил гоблин. Тот усиленно закивал головой. - Рассчитаешься с нами, как договаривались. И не вздумай платить этим ссыкунам, когда снова припрется - зови сразу нас... если мы к тому времени не свалим в другое место... пошуршать. А вообще, - улыбнулся во весь рот, отчего бедный трактирщик от неожиданности пустил газы и отпрянул, - мы станем у тебя частыми гостями - во всяком случае, пока не закончится бардак в связи с беспорядками в столице. Думаю, - подмигнул Рохле, - Ройчи и светлые оценят бесплатную кухню и пиво отличного, - проакцентировал слово, глядя на перепуганного Изила, - качества, заработанные нами с потом и кровью. Короче, будем дружить семьями. Приберёшь тут, а то мы с малышом немного насорили. Заработок на улице подождём, а то тут дерьмом попахивает, - и направился к выходу.

Рохля тоже заспешил, держа подмышками по бочонку. Худук вдруг резко остановился, будто вспомнив что-то, обернулся.

- Не помнишь, кто сидел за тем столиком? - спросил вкрадчиво.

Изил отрицательно закивал головой. За пеленой сплошного ужаса в глазах человека гоблин вроде не увидел фальши. Оно и понятно: задействован был очень сильный светлый, скорее всего эльфийский амулет, которой при правильной активации и глаза отводит.

- Верю, что не видел, так что не тужься - и так дышать нечем.

* * *

Глава 4.

Ройчи.

Ройчи с удовольствием вытянул ноги и устало прикрыл глаза. Ну и длинный денёк! Носишься, как угорелый в бесконечном лабиринте коридоров, залов, галерей, ходов и тупиков без гарантии, что выход есть в принципе. Голова была пуста и чуть ли не звенела, словно колокол, когда влетала в неё какая-нибудь заполошная неприкаянная мысль. Вон даже чудесная Матильда, помогая ему устроиться вздремнуть (хотя что там помогать, когда в их условиях даже сапоги на случай вероятного бегства не стоит снимать: в общем, падаешь на что-либо мягкое - и все постельные манёвры), всё норовила заполнить внутричерепное пространство своими эффектными формами. Оно конечно приятно, когда вместо мозгов у тебя одна большая грудь, с другой стороны, когда оную все кому не лень (во всяком случае все встречные) норовят сковырнуть чем-нибудь длинным и острым, то не до мягкого и розового содержания - Ройчи от девушки с трудом удалось отбиться без применения резкости и внушения. Он понимал, что "бедная" служанка таким образом пытается реабилитироваться за своё нехорошее поведение и наушничество во время ссоры с амазонками, тем не менее её пышущие жаром губы и так способны были воспламенить остатки его благоразумия, так что пока - нет, осязательную экскурсию по тайным местам придётся отложить на потом.

- Ройчи, - негромко позвал Листочек, сидевший вполоборота, и наёмник приоткрыл один глаз.

- Что?

- К нам направляются...

Ройчи мысленно застонал - его уже достали люди! То ли дело перворождённые расы - если чувствуют, что не хочешь с ними общаться, то либо сами начинают тебя игнорировать (светлые), либо вначале лезут в драку, а потом повторяют действия светлых (тёмные). Людям же хоть кол на голове теши, хоть отправляй в пасть самого кровожадного дракона, всё равно вернутся и будут капать на мозги своим виденьем мира и прочим заумным дерьмом, от которого смердит с первых же слов.