Кэтрин Куртц - Год короля Джавана

— Все совсем не так! — начал Райс-Майкл.

— Да? Рад это слышать, — продолжил Джаван. — Потому что если ты свяжешься с девицей благородного происхождения, и она забеременеет, то ее отец, по определению, будет иметь над тобой власть и может заставить жениться. И как только ты сделаешь это, и она принесет тебе сына, то нашим врагам этого будет достаточно, чтобы разделаться с нами обоими и обеспечить себе еще четырнадцать лет регентства. Неужели ты думаешь, что после того, как они так долго наслаждались абсолютной властью, они с радостью от нее откажутся, и позволят твоему сыну стать настоящим королем? Он будет всего лишь игрушкой в их руках, Райсем, точно так же, как Алрой.

— Алрой не был никакой игрушкой, и они так никогда не сделают, — угрюмо возразил Райс-Майкл.

В ту минуту в комнату вернулся Гискард с новыми бокалами.

— Ты сломал регентам хребет, всего за пару недель нашел верных людей. И, кроме того, — пробормотал он, — ее отец давно умер.

— Чей отец? — спросил Джаван, принимая бокал у Гискарда.

— Это неважно. Ничего страшного не случится. — Райс-Майкл также взял кубок и сделал большой глоток.

Джаван мгновенно понял, о ком ведет речь его брат.

— Ты о Микаэле Драммонд, верно? — спросил он.

«Не пейте», — мысленно предупредил его Гискард в тот миг, когда их руки соприкоснулись.

Райс-Майкл сделал еще глоток и уставился в окно, не замечая, что Джаван отставил нетронутый кубок в сторону.

— Ну и что с того? — хмуро спросил он. — Она мне нравится. После того, как ты уехал из столицы, у меня почти не осталось друзей. К тому же она благородного происхождения.

— Да, и кроме того, она воспитанница Манфреда Мак-Инниса, и жила в его семье. Готов поручиться, что они с леди Эстеллан сделали все, чтобы вам было проще встречаться. Я прав?

Райс-Майкл уже начал заметно клевать носом, но все же, прежде чем ответить, выпил еще вина.

— Ты не понимаешь, — заплетающимся языком пробормотал он. — Все совсем не так. И к тому же мы… ничего не делали. А даже если бы… и она… все равно, не верю, чтобы регенты сделали то, о чем ты говоришь. Это чудовищно.

— Да, совершенно подходящее слово, — согласился Джаван. — А прежде разве они ничего чудовищного не делали? Разве руки их чисты… вспомни герцога Клейборнского и Деклана Кармоди, его жену и сыновей, и маленькую Гизеллу Мак-Лин, которую задушили во сне…

Не дослушав его, Райс-Майкл погрузился в сон, и Джаван взял бокал у него из рук. В тот же миг Гискард вышел из тени и прижал пальцами артерию у Райса-Майкла на горле.

— Как он? — шепотом спросил Джаван.

— Все в порядке, — Гискард опустился на скамью рядом со спящим принцем и взял нетронутый бокал Джавана. — Нужно дать ему еще немного вина, а затем посмотрим, удастся ли нам пробиться сквозь его защиты и убрать все лишнее из памяти.

Удивленный, Джаван смотрел, как Гискард запрокинул принцу голову и поднес кубок к его губам, и тот тут же начал глотать вино. Он едва не закашлялся, но все же осушил бокал почти наполовину, прежде чем Гискард наконец отставил его.

— Ну вот, этого будет достаточно, — объявил рыцарь-Дерини. — Глотательный рефлекс сохраняется даже когда человек без сознания. По счастью, защиты тут не могут помешать… к тому же у него они еще не слишком сильны. Они еще даже не встали до конца. Сейчас я уберу ненужные воспоминания. Полагаю, вы не ожидали, что все так обернется.

Джаван покачал головой.

— Это часть наследия Халдейнов, я в этом уверен. Скорее всего, все началось после смерти Алроя. — Он вздохнул. — Но сейчас у нас нет времени думать об этом. Он проспит до утра?

— О, да. Тут никаких проблем не будет… Если не считать влюбленности в эту девочку. Карлан, иди сюда и помоги нам перенести принца в постель, — добавил он чуть громче. — По счастью, во время коронации он будет слишком занят во всяких церемониях, так что у него не останется ни сил, ни времени на любовные приключения. Однако полагаю, после этого под каким-нибудь благовидным предлогом нужно будет удалить ее из столицы.

Подошел Карлан, и они с Гискардом подняли принца на ноги, подхватив его под руки, и повели прочь.

— Бедняга Райсем, — пробормотал Джаван, следуя за ними в опочивальню. — Боюсь, завтра утром у него будет ужасно болеть голова.

— Едва ли. Вы преувеличиваете опасность, — отозвался Карлан. — Если только не подействует снадобье, которое подмешал ему Гискард. Он довольно много пьет, с тех пор, как вы уехали из Ремута, сир.

Потрясенный, Джаван взглянул на Гискарда.

— Это правда?

Гискард поморщился. Они с Карланом подняли принца и уложили его на большую кровать.

— Ну, я бы не стал утверждать, что у его высочества проблемы с выпивкой. И все же он пьет куда больше, чем прилично в этом возрасте. Однако давайте обсудим это в другой раз. Пока что нужно раздеть его, и нам пора торопиться. Нас ждут.

— Да, конечно.

Взволнованный, Джаван смотрел, как они стягивают с брата сапоги и верхнюю одежду, а затем укладывают поудобнее на постели. Но к тому времени, как они закончили, король вновь сумел взять себя в руки.

Несколько минут спустя Карлан направился вниз по лестнице в комнату рядом с библиотекой, а Джаван с Гискардом торопливо двинулись в покои отца Фаэлана.

На стук в дверь отозвался заспанный, взъерошенный священник.

В такую жару и поздний час, когда он уже не ожидал посетителей, он снял с себя нарамник с капюшоном и расстегнул рясу на горле, а сейчас, осознав, что перед ним король, судорожно принялся приводить свое одеяние в порядок. За спиной у него, в крохотной молельне Джаван заметил открытый молитвенник, лежавший на подлокотнике скамеечки, и рядом толстую желтую свечу в витом железном подсвечнике.

— Я помешал вам молиться, отче? Простите, — произнес Джаван. Коснувшись запястья Фаэлана, он взял под контроль его сознание, и все втроем они вошли обратно в комнату. Гискард закрыл за ними дверь. — Мне понадобится ваша помощь в ближайший час. Вы готовы пойти с нами?

Фаэлан удивленно заморгал и, несмотря даже на то, что Джаван удерживал в своей власти его разум, на лице священника отразился испуг, но затем он уверенно вскинул голову.

— Да, мой господин, — шепотом произнес священник.

— Только пусть он оденется по полной форме, сир, — вполголоса предложил Гискард, подавая наплечник. — Я знаю, как вам это не нравится, но если кто-нибудь увидит его, то люди могут начать задавать вопросы.

Разумеется, он был совершенно прав. Джаван кивнул и, пока Фаэлан приводил себя в порядок, закрыл его молитвенник и погасил свечу. Гискард тем временем распахнул дверь, и Фаэлан первым двинулся к выходу.