Рональд Колд - Великий поход

Люди-Крысы выбирались из воды и, отряхнувшись, устремлялись в битву. Их появление спасло от окончательного уничтожения глитов, но дрогнувшие наемники уже кидались в реку и плыли в сторону баркасов. Торжествующие му'аманы метались в полосе прибоя, словно демоны мести. В это время разбитая конница Ревунов все же появилась на побережье, поредевшая и деморализованная. Нестройной толпой она врезалась в фалангу флоридян, расшвыряла ее по полю, стоптала последний сражающийся отряд наемников, и так же вплавь ринулась к баркасам.

Победоносные ряды лемутов, сражающихся против Нечистого, приближались, в очередной раз поразив Артива четким строем и слаженностью маневров. Ни холмы, ни наполненные мутной водой ямы не могли нарушить монолитность строя. Фаланга разделялась, обходя препятствие, и тут же смыкалась вновь. Командор отметил, что специальный отряд Ушанов, вооруженных длинными саблями, выдвигался в места разрывов в шеренгах, после чего вновь возвращался на свое место в тылу строя.

— Мне бы таких солдат, — вздохнул командор, потерпевший поражение в самом крупном своем сражении. — Стрелометы, по фаланге… Пли!

С воем и гудением устремились вперед метательные снаряды, и мутантов не спасли даже тяжелые щиты, что несли Люди-Росомахи.

Первую шеренгу выкосило почти полностью. Фаланга подалась назад, и это дало возможность глитам и Людям-Крысам, отбившись от му'аманов, вплавь вернуться на галеры.

— Кто же ты такой, враг Зеленого Круга? — спросил Артив, обращаясь к воинству лемутов, которое медленно отходило в сторону леса. Относительно других врагов Нечистого определенности оказалось больше. Артив увидел, что не ошибся — действительно, му'аманы несли знамена принцессы Лучар.

— Чудеса! Эдак, не ровен час, к нам пожалует еще и сам Иеро. Только его и не хватает, чтобы окончательно запутать всех слуг Великой Цели на полуострове.

Артив махнул рукой, и тяжелые галеры, жалобно скрипя днищами о песок, стали отчаливать. Прощальный залп по му'аманам, сделанный из всех метательных машин, не дал желаемого результата. Легконогие пехотинцы разбежались по полю и издалека голосили, подбрасывая вверх шапки и воинственно потрясая мечами.

Армада Нечистого встала у пристаней покоренной Бухты, и командор направился в покои, некогда принадлежавшие Хозяину, чтобы связаться с мастером С'лорном и доложить ему о разыгравшемся сражении.

— Пожалуй, я немного преувеличу численность войск, которые дерутся под знаменами принцессы. Пусть получат по заслугам те, кто позволил им прорваться так далеко на юг.

Артив приладил к вискам черные шнуры и закрыл глаза, призывая главу Зеленого Круга.

Глава 25

СЕЧА НА БОЛОТЕ

— Отец Вельд, а откуда у вас уверенность, что лысый некромант, если приживется внутри осьминога, будет продолжать оставаться пленником? — спросил Кен у сидевшего с закрытыми глазами эливенера.

Тот встрепенулся, словно атвианский разведчик вывел его из состояния транса, и довольно безразлично ответил:

— А куда ему деваться?

— Он что же, не сможет просто сбежать от нас, или даже напасть?

— Вряд ли. Подумай сам, мой мальчик, какой ему резон поступать подобным образом! Зеленый Круг пытался его уничтожить, а я вернул его к жизни.

— Выходит, эливенеры верят в то, что убежденный адепт Зла может испытывать чувство благодарности? — северянин скептически хмыкнул.

— Не думай о людях хуже, чем они есть, если речь идет даже о колдунах, — наставительно произнес старик. У Кена свело скулы от его нравоучительного тона, но, посмотрев исподлобья на эливенера, он заметил, что Вельд весело улыбается.

— У меня есть свои маленькие секреты, мой мальчик. Поверь мне, Карк не расстанется с нашим отрядом по своей воле.

— Это какая-то тайна Братства Одиннадцатой Заповеди?

— Совсем нет. Просто лысый некромант, обглоданный демонами почти до костей, в первую очередь ученый, а уже потом — адепт Зла. Как ты думаешь, что приводит подобных ему к Нечистому?

Кен только развел руками на этот неожиданный вопрос. Потом метс неуверенно пробормотал:

— Я простой ратник, не мое дело вглядываться в бездны демонологии. Полагаю, что они по своей природе склонны ко злу и ненавидят все живое.

Старик усмехнулся:

— Объяснение вполне в духе какого-нибудь маститого аббата, никогда не покидавшего стен тихого монастыря. Жажда премудрости, тяга к знаниям, присущая людям, вот что влечет талантливых людей в сети Нечистого. Что бы ни говорили про его Братство черных мастеров, но они, вне всякого сомнения, ученейшие люди планеты.

— Я сомневаюсь, что это так. Но это не важно. Скажи, какое отношение высоколобость лысых некромантов имеет к дальнейшей судьбе Карка?

— Самое прямое. Раньше он видел лишь один источник знания — коллективный разум адептов Великой Пустоты. Сейчас же он начал понимать, что может самостоятельно изучать окружающий мир, не прибегая при этом к некромантским штучкам и не служа какому-то туманному Делу, о котором толком не знает ничего даже мастер С'лорн.

Кен упрямо тряхнул волосами и насупился:

— Все это слишком туманно.

— Отчего же, все изложенное мною — чистейшие факты. Победив Карка в телепатическом поединке, я проник в его мозг, и довольно неплохо представляю себе, как он думает и о чем. Не знай я его изнутри, вряд ли стал бы рисковать, вернув ему часть способностей в «сердце болот», когда мы чуть было не налетели на всадников Хвоща.

— Вы хотите сказать, что из одной лишь любви к знаниям Карк увяжется за вами, куда бы вы ни пошли?

— Первое время дело будет обстоять именно так. Его интерес к Внутренней Флориде был неподдельным.

— Но не вечно же мне торчать на этом гниющем полуострове! — вскричал Кен. — Я поклялся доставить колдуна в Канду!

— И доставишь. Только не сразу. — Вельд погладил метса по голове. — Его поведет за тобой любопытство. Он никогда не бывал севернее Пайлуда. А представь себе, какой ты произведешь фурор, притащив беглого, заметь, именно беглого, а не пленного, колдуна, живущего в симбиозе с болотным спрутом!

Кен попытался представить себе картину их появления в лагере пограничной стражи Атви, и не удержался от улыбки.

«Нужно будет уговорить Карка прокатить меня на осьминоге. Раз у меня ничего не вышло с лорсами, то, может, хоть с Конем повезет. Эх, прокатиться бы по Пайлуду на спине восьмилапого! Тогда никакие тамошние хищные головастики будут не страшны.»

Рядом с ними мирно похрапывали Ирм и Ушан, которые лежали бок о бок. Вагр возился с пучком новых стрел (ему наконец удалось разыскать относительно твердый тростник), а Аграв спал, подложив под голову топор.