Раймонд Фейст - Ученик

Паг пристально посмотрел на него.

— У тебя нет настоящего имени?

— Много, так много, что несколько я даже забыл. Когда я родился, мне дали имя, как и тебе, но в моем племени это имя должно быть известно только отцу и магу-священнику.

Паг поразмыслил над этим.

— Это очень странно, как и этот дом. А кто твой народ?

Странник добродушно рассмеялся.

— У тебя любопытный ум, полный вопросов, Паг. Это хорошо, — он помолчал мгновение, потом сказал:

— А откуда ты и твои товарищи? Корабль в заливе под наталским флагом Бордона, но твое произношение и одежда — Королевства.

— Мы из Крайди, — сказал Паг, и кратко описал человеку их путешествие. Человек задал несколько простых вопросов, и не сознавая этого, Паг вскоре понял, что рассказал все, что привело их на этот остров и план на дальнейший путь.

Когда он закончил, странник сказал:

— Действительно, удивительная история. Надо думать, произойдет еще больше чудес, прежде чем эта странная встреча двух миров завершится.

Паг вопросительно взглянул на него.

— Не понимаю.

Странник покачал головой.

— Я и не жду, что ты поймешь, Паг. Скажем, случаются вещи, которые можно понять только проанализировав впоследствии, когда участников отделяет от участия некоторый промежуток времени.

Паг почесал колено.

— Ты говоришь как Калган, когда он пытается объяснить мне, как действует магия.

Странник кивнул.

— Подходящее сравнение. Хотя часто единственный способ понять, как действует магия, — это приводить ее в действие.

Паг просветлел.

— Ты тоже маг?

Странник погладил свою длинную черную бороду.

— Некоторые считали меня магом, хотя я сомневаюсь, что мы с Калганом разделяем понимание подобных вещей.

Выражение лица Пага показывало, что он не считал это объяснение удовлетворительным, даже если он этого и не говорил. Странник наклонился вперед.

— Я могу сотворить пару заклинаний, если это отвечает на твой вопрос, юный Паг.

Паг услышал, что со двора кричат его имя.

— Идем, — сказал странник. — Твои друзья зовут. Лучше пойти и заверить их, что с тобой все в порядке.

Они вышли из купальной комнаты и пошли к открытому двору и внутреннему саду. Большая передняя отделяла сад от фасада дома, и они вышли через нее наружу. Увидев Пага в компании странника, остальные быстро огляделись вокруг и вытащили оружие. Калган с принцем пересекли двор и встали перед ними. Странник поднял руки — всеобщий знак того, что он безоружен.

Принц заговорил первым.

— Кто твой спутник, Паг?

Паг представил странника.

— Он не замышляет зла. Он прятался, пока не убедился, что мы не пираты, — он протянул нож Мичему.

Если это объяснение и было неудовлетворительным, Арута не подал виду.

— Что ты здесь делаешь?

Странник развел руками, зажав посох в локте левой.

— Я живу здесь, принц Крайдийский. Надо думать, мне такой вопрос приличествует больше.

Принц напрягся, услышав такое обращение, но тут же расслабился.

— Если так, то ты прав, потому что это мы вторглись сюда. Мы искали отдыха от этих корабельных клетушек, ничего больше.

Странник кивнул.

— Тогда добро пожаловать в Вилла Беата.

— Что такое Вилла Беата? — спросил Калган.

Странник обвел вокруг правой рукой.

— Этот дом — Вилла Беата. На языке его строителей это означает «благословенный дом», и таким он и был многие годы. Как видите, он знавал лучшие дни.

Все чувствовали себя легко со странником, потому что его свободное поведение и дружелюбная улыбка действовали на них успокаивающе.

— А что случилось с теми, кто выстроил это странное место? — спросил Калган.

— Умерли… или ушли. Они думали, что это Инсула Беата, или Благословенный Остров, когда впервые пришли сюда. Они сбежали от ужасной войны, которая изменила историю их мира, — его глаза затуманились, как будто было очень больно об этом вспоминать. — Великий король умер… или считался умершим, потому что некоторые говорили, что он может вернуться. Это было ужасное и печальное время. Здесь они искали мирной жизни.

— Что с ними случилось? — спросил Паг.

Странник пожал плечами.

— Пираты или гоблины? Болезнь или сумасшествие? Кто знает? Я увидел этот дом таким же, как вы видите сейчас, а те кто здесь жил исчезли.

— Ты рассказываешь о странных вещах, друг странник, — сказал Арута. — Я мало знаю о таком, но, кажется, это место покинуто уже многие века. Как это ты знал тех, кто здесь жил?

Странник улыбнулся.

— Это было не так давно, как можно вообразить, принц Крайдийский. Да и я старше, чем выгляжу. Это от хорошей и обильной пищи и регулярного купания.

Мичем все это время изучал странника, будучи из всех вышедших на берег самым подозрительным.

— А как насчет Черного? Он тебя не беспокоит?

Странник посмотрел через плечо на верхушку замка.

— Макрос Черный? У нас с магом нет причин, чтобы плохо ладить. Он терпит, что я хожу по острову, пока я не вмешиваюсь в его работу.

Пага вдруг осенило подозрение, но он ничего не сказал, а странник продолжил:

— Такому могущественному и ужасному колдуну нечего опасаться простого отшельника, уверен, что вы согласитесь с этим, — он наклонился вперед и заговорщицким тоном добавил:

— Кроме того, я думаю, его репутация сильно преувеличена, чтобы держать пришельцев подальше. Сомневаюсь, что он обладает всем тем, что ему приписывают.

— Тогда, возможно, нам следует навестить этого колдуна, сказал Арута.

Отшельник взглянул на принца.

— Сомневаюсь, что вы будете в замке желанными гостями. Колдун частенько по горло занят работой и очень не любит, когда его прерывают. Он, конечно, не может быть легендарным творцом всех мировых бед, но все-таки может тем, кто его посетит, доставить больше неприятностей, чем пользы. В целом, он плохая компания, — в его словах была едва заметная ирония.

Арута посмотрел вокруг и сказал:

— Думаю, мы здесь увидели все интересные вещи, которые могли. Наверное, нам следует вернуться на корабль.

Никто не спорил, и принц сказал:

— А ты, друг странник?

Незнакомец развел руками.

— Я продолжу жить в одиночестве, ваше высочество. Я получил удовольствие от этого маленького посещения и новостей о событиях во внешнем мире, но сомневаюсь, что завтра вы найдете меня, если будете искать.

Очевидно было, что больше от него ничего не дождешься, и Арута вдруг ощутил, что его раздражают рассеянные ответы человека.