Татьяна Толстова - Дети двух Миров

- Уходим отсюда, - шепотом скомандовал Конэ-Эль выйдя, из ментала.

Стараясь не привлекать к себе внимания, они мелкими перебежками попытались уйти от преследователей.

- Чего им от нас надо? - на бегу спросила Ева.

- А я почем знаю? Одного понять никак не могу - каким образом им удается идти по нашему следу?

- Может они нас слышат? - предположила Ева.

- Вряд ли, если судить по расположению контуров, то мы от них на приличном расстоянии.

- Давай проверим, вдруг отстали, - предложила Ева.

Выход в ментал показал обратное: обладатели грязных контуров не отстали, а наоборот, значительно сократили дистанцию

- Что за фигня, - возмутилась Ева, - Они что, прилипли к нам как банный лист, - девушка осеклась, некрасиво как-то выражаться в присутствии эльфа.

- Чего-чего? - переспросил Конэ-Эль,- Что ты имела ввиду?

- Проехали, - отмахнулась Ева, - Давай лучше прибавим ходу.

Не соблюдая больше осторожность, они в ускоренном темпе рванули среди деревьев. Бессмысленная беготня продолжалась достаточно долго. Не разбирая дороги, эльф уводил Еву от преследователей.

- Все, давай передохнем, - запыхавшись, попросила девушка, - Может эти уже отстали?

Опустившись на землю и тяжело дыша, Ева просканировала ментал. Увиденное заставило невольно вскрикнуть.

- Они вокруг нас! Этого не может быть! Причем их стало больше.

- Ерунда какая-то, - согласился с ней Конэ-Эль и приготовил мерцающий бледно-зеленым цветом меч к бою.

Преследователи не заставили себя долго ждать. Вскоре их фигуры замелькали среди деревьев.

- Вот пиявки, - с досадой в голосе произнесла Ева, - Постараюсь сделать так, чтоб до драки дело не дошло, попробую урезонить их с помощью магии.

И она принялась плести связки атакующих заклинаний.

- А у тебя получится?

- Должно, я в этом уверена, - ответила Ева, сплетая очередную связку и держа ее наготове.

- Вот они! - указал рукой эльф на первого вышедшего из-за дерева преследователя.

- Мать моя женщина… - вырвалось у Евы, - Это что еще за тварь?

Со всех сторон, смыкая круг, к ним приближались омерзительного вида типы. То ли человекообразные, то ли животные, вставшие на задние лапы. Их тела покрывала густая, сбившаяся в колтуны грязно-коричневая шерсть, сплошь и рядом облепленная колючками. Кривые лапы, непропорционально маленькие по отношению к массивному телу, и словно в противовес им длинные когтистые руки.

Но самым омерзительным зрелищем являлись их головы, полностью покрытые наростами - короткими и толстыми, словно пивные бочонки, а так же длинными и извивающимися, словно змеи на голове Медузы Гаргоны. Ко всему прочему, длинные змеевидные наросты заканчивались крохотными ротиками с острыми мелкими зубками в несколько рядов. Короткие в свою очередь имели на конце гнойники, которые ежеминутно лопались, выстреливая фонтанчиками серо-зеленой слизи.

На вытянутых мордах располагался небольшой сплющенный нос с широкими ноздрями, со свистом втягивающими воздух, и непомерно круглые глазищи. Заканчивалась морда массивной челюстью.

- Вот это мутанты, - брезгливо сморщилась Ева.

- Первый раз таких вижу. Понятия не имею, кто это, - сплюнул на траву эльф.

- Ну, держитесь, гады, мало вам не покажется, - пообещала Ева и пустила в ход первую связку.

Энерго удар прошелся по нападавшим. Замерев на долю секунды и издав противный пронзительный вой, мутанты с жадностью впитали в себя брошенное Евой заклинание. Змеевидные наросты на их головах резко выпрямились и сменили серый цвет на черный.

Ева метнула вторую приготовленную связку заклинаний, но ожидаемого результата не оказалось. Уродцы, с жадностью голодных псов, накинулись на брошенную в них энергию. Рты на кончиках наростов щелкали зубками, словно просили добавки. Девушка пошатнулась, проложив ладонь ко лбу. Затем взяв себя в руки, бросила в тварей еще пару приготовленных заклинаний. Те словно ждали. Вой разорвал воздух.

- Прекращай, - остановил Еву эльф, - Они только этого и добиваются, хватит их кормить.

Конэ-Эль огляделся. Тварей оказалось целая дюжина.

- Придется применять грубую физическую силу, - усмехнулся эльф, выставляя перед собой меч.

- Драться, так драться, - согласилась Ева и приняла облик волчицы.

Твари накинулись разом, словно стая шакалов, не давая возможности перебить их по одному. Конэ-Эль рубанул мечом, и голова первого из подбежавших к нему монстров, отлетела в сторону, разбрызгивая кровь и слизь. А дальше, как поется в песне "завязалась кровавая битва".

Волчица рвала глотки тварям, стараясь при этом избегать соприкосновения с хищными наростами на их головах. Ей это не всегда удавалось, и, получая болезненные укусы, она стервенела еще больше. Конэ-Эль плел мечом смертоносное кружево, шинкуя нападавших, сшибая им головы, словно капустные кочаны. Краем сознания он неотрывно следил за волчицей, не позволяя тварям одолеть ее.

Бой не на жизнь, а на смерть продлился недолго. Вскоре дюжина трупов валялась у ног эльфа. Ощетинившаяся волчица продолжала скалить окровавленные клыки, оглядываясь вокруг себя. Эльф, тяжело дыша, опустил меч. Одежда висела на нем клочьями, кое-где на теле виднелись кровоточащие раны. Когтистые лапы тварей умудрились поработать над ним.

- Кажется все… - выдохнул Конэ-Эль.

Просканировав ментальное поле, и убедившись, что поблизости нет больше мутантов, эльф устало опустил Конхен.

Волчица, перестав скалиться, вдруг неожиданно чихнула. По всей видимости, шерсть тварей попала ей в нос. Опустив голову, она принялась безудержно чихать. Со стороны это выглядело довольно забавно, и Конэ-Эль рассмеялся. Еве стало немного обидно, и волчица легонечко прихватила зубами за ногу развеселившегося эльфа.

- Все, все, больше не буду, - пообещал тот.

Солнце медленно ускользало сквозь ветви деревьев. Еще раз, оглядев поле боя, эльф высоко поднял меч над головой и издал победный клич:

- Квен хе но мей!!! - разнеслось окрест.

Задрав к небу морду, волчица вторила ему протяжным воем. Выплеснув небу эмоции, Ева приняла свой облик.

- Мда… - протянул Конэ-Эль, разглядывая ее лицо, - Досталось тебе…

- Что? Очень жуткое зрелище? - поджав губы, поинтересовалась девушка.

- Не совсем чтоб жутко, но сострадание вызывает, - закивал головой эльф.

Фыркнув, Ева сотворила себе небольшое зеркальце.

- Ну и рожа у тебя, Шарапов, - присвистнула девушка, рассматривая себя в зеркале, - Прям-таки ужасть на крыльях ночи.

Ссадины и небольшие рваные ранки от зубов змеевидных отростков с голов тварей, слегка кровоточили, а места укусов постепенно заплывали синяками.