Николай Туканов - Голова оборотня

– Ха-ха, – засмеялся Вилт, – все болтают о короне и золоте, а о завещании ни слова.

– Вряд ли кто осмелится спросить у Керсала, что в нем было написано, – заметил Тейрам.

– И нам об этом болтать не нужно, – предупредил всех Мерги. – Мне не охота добывать серебро для Керсала на его рудниках из-за капли чернил давно умершего старика. Лучше давайте подумаем, как побыстрей найти Бригса, братца Лиссарта.

– В этом городке должно быть не так много Бригсов, – с ленцой протянул Вилт, – не больше двух-трех дюжин, имечко довольно редкое. Из них половина под стол пешком ходит, еще четверть неграмотны. Так что найдем родственничка быстро.

– У меня нет никакого желания встречаться с каждым Бригсом и спрашивать, не он ли имеет кузена в столице, – возразил Мерги, сворачивая исписанный кусок пергамента. – Я лучше схожу на почтовую станцию и разузнаю, кто из Бригсов получает письма из Сар Берата.

– Вилт легких путей не ищет, – насмешливо сказал Хемилон. – Представляю, как он искал бы Бригса в Сар Берате, где не десять тысяч жителей, а все триста, если не больше.

– Тогда я бы нашел первого попавшегося судью по имени Бригс, – огрызнулся лекарь, – мне этого хватило бы.

Мерги обмотал свернутый пергамент тесьмой, соединил ее концы зеленоватым воском и не мудрствуя, запечатал ее медной монетой.

– Письмо от любящего Лиссарта готово. Я иду на почтовую станцию, а вы пока подумайте, как посильнее припугнуть Бригса, чтобы нам не пришлось заставлять его пить эликсиры Вилта.

Оставив за дверью возмущенного коротышку, сапожник осведомился у прохожего о месторасположении станции и направился в восточную часть городка, решив идти через центральные улицы. Времени это обещало занять больше, но сапожник рассудил, что путь через незнакомые закоулки часто оборачивается долгими блужданиями и встречей с нелучшими представителями человеческого рода. Большая часть Допала состояла из низеньких одноэтажных домишек, к центру переходивших в двухэтажные дома зажиточных торговцев, чиновников, жрецов и контрабандистов. Идя мимо крепостного вала, Мерги увидел, что на стенах города, несмотря на жаркую погоду, кипела работа. Каменщики укрепляли защитные стены города, заменяя многочисленную разбитую кладку. Мерги нахмурился – когда он с друзьями был недавно в городе, сопровождая принца в Сар Берат, никто не возился с потрепанными временем стеной. У южных ворот, через которые авантюристы вчера въехали в город, стоял усиленный караул во главе с сотником-гвардейцем. Сапожник вспомнил о золоте империи и усмехнулся. Его забавляла демонстративная показушность Фегана. «Пока последний бродяга не узнает, что именно великий Феган нашел реликвии исчезнувшей империи, маг не уедет из города. И так будет в каждом городе до самой столицы. Представляю, что будет твориться в Сар Берате. Это не встреча лучшего скакуна Урмана. Ради этого Керсал выстроит в шеренгу всю свою семейку и весь цвет аристократии», – с улыбкой подумал Мерги.

Дойдя до конюшни почтовой станции, сапожник вошел в небольшую пристройку, в которой ютился немолодой мужчина с усталыми глазами и редкими седеющими волосами.

– Добрый день, почтенный, – произнес Мерги, набросив на себя простоватый вид. Он подошел к почтальону, сидящему за большим столом, заваленным пергаментами. – Я Сертан, торговец из Сар Берата. Мой приятель Лиссарт попросил передать письмо своему кузену Бригсу, он здесь где-то живет, – сапожник показал мужчине изготовленное час назад письмо. – Только где он живет, совершенно вылетело у меня из головы, зря я тогда выпил столько вина, – смущенно улыбнулся Мерги.

– Если твой приятель настолько беден, что не может оплатить работу королевской почты, то должен хотя бы выбирать для отправки друзей с памятью получше, чем у тебя, – резко ответил почтальон. – А теперь я еще бесплатно должен искать для тебя какого-то Бригса. У нас четверть города зовут Бригсами.

– Я готов заплатить за твою работу, – смутившись, просительно ответил на отповедь «друг Лиссарта». – Сколько стоит обычная доставка письма из столицы в ваш город?

– Три бератула, – оживился почтальон.

Мерги со вздохом выложил на стол три монеты и сказал:

– Лиссарт частенько пишет письма Бригсу. Вряд ли у вас каждый Бригс имеет кузена в столице.

– Сейчас мы это узнаем, – довольно прокряхтел «почтовый голубь», пряча в кожаный клюв серебро. – Бригс, Бригс, а не тот ли это Бригс, который живет на улице Суконщиков? – обратился к самому себе почтальон. Из всех Бригсов он чаще всего пишет в Сар Берат. Есть еще Бригс с Мыловаренной улицы и Бригс с улицы Немых.

– Он точно не немой, – поспешно сказал сапожник.

– На этой улицы живут самые горластые, – успокоил его почтальон, листая толстую книгу, где регистрировались вся почтовые сообщения горожан. – Где живет его кузен? – спросил он Мерги.

– На улице Писцов.

– Немые отпадают, мыловарня тоже, – пробормотал почтальон. – Точно! Твой Бригс живет на улице Суконщиков, в прошлую луну он отправлял письмо в столицу, второй дом на улице Писцов, Лиссарту лично в руки, – прочитал вслух «голубь». – Бригсу почему-то не жалко расстаться с десятью бератулами, чтобы рассыльный мальчишка полдня ждал этого Лиссарта, а не бросил письмо в руки его служанки. А сам Лиссарт скупится из-за трех бератулов.

– Я полностью с тобой согласен, уважаемый, – быстро сказал Мерги. – Спасибо за быструю работу, за это не жалко заплатить и десять монет. Мне пора идти, хорошего дня.

Сапожник покинул довольного служителя почты и пошел искать улицу Суконщиков. Она оказалась в четырех кварталах к северу от гостиницы, где они остановились. Район небогатый, но относительно чистый. Улица могла похвастаться тремя коваными масляными фонарями, один из которых висел у входа в приличного вида таверну, а остальные висели на разных концах улицы, равнодушно освещая здоровенную лужу с одной стороны и кучу мусора с другой. Хорошо, что домик суконщика-винодела стоял на порядочном расстоянии от фонарей и давал Мерги надежду на незаметное для посторонних общение с его владельцем. Двоюродный брат Лиссарта вместо кирпичной ограды и мордоворота с мечом у ворот довольствовался неприметным забором из необструганных и потемневших от времени толстых досок. Ворот не было, видимо с хозяевами карет Бригс не водился. Деревянная дверь, обитая несколькими железными полосами ничем не выделялась на фоне соседних дверей.

«Скромный владелец обычного дома со скромной кучкой лазури», – подумал сапожник, в последний раз осматривая жилище контрабандиста. То, что Бригс контрабандист, у него не вызывало сомнений. Чтобы выйти на людей, обладавших секретом делания лазури, нужно иметь связи обширнее, чем у скромного ремесленника.