Анджей Ясинский - Стихийник

Неподалеку от гномьей столицы

Вряд ли кто-нибудь мог предположить, что мирно посапывающий на лесной опушке человек сейчас не просто спит, а занимается формированием позиции далеко не самой последней организации на Лунгрии по целому ряду вопросов. Вернее, не человек, а, судя по наличию третьего глаза, демон.

Уже лет пять Балаватх не работал в таком бешеном темпе. Подстегиваемый исследовательским азартом и чувством грядущей опасности, главный аналитик Лиги выжимал из себя и своих подчиненных максимум того, на что те были способны. Вот и сейчас, вместо того чтобы спокойно выспаться на мягкой кровати своих комфортабельных апартаментов, он вместе с витиевато ругающимся по поводу ночных путешествий (а чего ругаться, если сам вызвался сопровождать, хотя достаточно было просто выдать достойную охрану?) Махасом отъехал подальше от гномьей столицы и, удостоверившись в отсутствии слежки, свернул в лес, где расположился на небольшой, сокрытой деревьями полянке. Ему нужно было отдалиться от источника силы земли, чтобы вход в астрал стал более комфортным. Можно, конечно, было расположиться в одном из тайно арендованных агентами Лиги охотничьих домиков, однако в свете последних событий никто не мог гарантировать, что их расположение еще не вынюхали.

Балаватх видел перед собой сложную загадку, требующую решения в самые кратчайшие сроки. Нужно учесть много, разобраться в хитросплетениях интересов самых разных сторон и смоделировать большое количество гипотез и сценариев развития событий. Удерживание всего этого в голове требовало недюжинных усилий и концентрации.

Разумеется, нужной степени сосредоточенности можно достигнуть медитативными практиками и воздействием на ментальное тело, однако Балаватх предпочитал идти путем наименьшего сопротивления. Зачем напрягать себя магичиньем и медитациями, когда такого же состояния способности воображать целые миры можно достигнуть легко и непринужденно, во сне!

Погрузившись в сон, главный аналитик Лиги через некоторое время перешел к осознанному сновидению, как обычно не сразу заметив пересечение границы.

«Мы раскачаем этот мир!» – подумал Балаватх и начал раскачивать свое тело в воображении. Почти сразу он ощутил, как по телу прошлись вибрации и его резко выкинуло куда-то вверх. Что ж, не самый удачный выход из тела, нужно исправлять. Балаватх мысленно представил, что с огромной скоростью падает вниз, прямо сквозь нижнюю черту, ограничивающую восприятие. Очень скоро падение затормозилось, и демон провалился в одно из своих личных сновидческих пространств.

Степь от горизонта до горизонта и небо, полное быстро летящих куда-то туч. Ощупав пространство вокруг себя и осмотрев заросли высокой травы, демон всеми своими чувствами слился с ветром, гудящим в поле. Услышав шуршание травы, Балаватх углубился в пространство сна, максимально увеличив силу и реалистичность ощущений. Постояв и убедившись, что детализация не ухудшается и ощущения не теряют силу, Балаватх начал отыскивать небольшие волны ряби в окружающем его пространстве. Находя таковые, он стал доставать оттуда, как из воображаемой складки пространства, те или иные предметы, рискуя вылететь в реальный мир из-за увеличения уровня детализации. Однако демон знал, когда остановиться, чтобы не допустить этого. Пространство время от времени тускнело и искривлялось, но после каждой вытащенной находки приходило в порядок. На самом деле это были амулеты, специальным образом воздействующие на его ментальное тело во сне. Наловчившись определять результат того или иного воздействия и настроив амулеты на разные колебания своего ментального тела, Балаватх добился возможности управлять амулетами прямо из сна, силой мысли и воображения.

Очень скоро воображаемое во сне тело Балаватха обвешалось различными кольцами и браслетами (каждый из которых был или своеобразным датчиком, или управляющим активатором функций реальных амулетов), а на плече вальяжно разместился трехглазый хамелеон. Эх, знал бы Махас, в каком виде он его (а точнее, амулеты, идущие от Махаса для связи с Балаватхом) изобразил во сне! Затем настала очередь «вспоминающих» амулетов, которые, воздействуя на ментальное тело во сне, вызывали те или иные (пускай и довольно невнятные) образы. Опираясь на них, Балаватх с помощью мнемотехник (для каждого образа, вызываемого амулетом, главный исследователь Лиги запоминал каскад из пяти – семи образов) за считаные минуты полностью заполнил окружающее себя пространство людьми, зданиями, войсками, символами. В процессе расстановок пришлось один раз повторно воспользоваться техникой углубления сновидения, поскольку выведение большого количества новых объектов на сцену ослабляет глубину сна и повышает вероятность просыпания.

Разобравшись с заполнением пространства элементами, Балаватх приступил к главному. Тому, ради чего пришлось отъезжать от столицы, подальше от источника, – сооружению мостов в астрал. Осознанные сновидения по состоянию сильно напоминали нахождение в астрале (граница между ними почти ничтожна), демон даже вспомнил, как в молодости, еще на заре своего ученичества, пару раз даже путал их.

Тем не менее вхождение в астрал из сна даже проще, чем традиционный вход из медитации, и, более того (при наличии соответствующих навыков), их можно даже совмещать, соединяя вымышленное и реальное, во сне рисуя целые миры и с помощью астрала соединяя их с воображаемыми мирами других магов.

Не забыл Балаватх и про астральную ищейку, поставленную на гномий источник, представив ее для себя в виде нити, уходящей куда-то в сторону солнца. Нить ощутимо дергала палец, однако Балаватх уже не нервничал. Поначалу это жутко раздражало, не давая ни минуты покоя. Но потом он привык. Видимо, с источником кто-то постоянно работает, однако или сила воздействий недостаточно сильная, или чувствительность ищейки слабовата (а возможно, и то и другое вместе), она все время что-то чувствует, но крепко ухватиться не может. Подготовив личное сновидческое пространство и настроив астральные мосты для прихода гостей, Балаватх стал ждать.

Через некоторое время из пелены астрала к Балаватху прямо внутрь сна сразу телепортировался один из его друзей, Лубдхака Свапна, могущественный астральщик и сновидец. Именно он разработал методику скрещивания сна и астрала, которой Балаватх сейчас решил воспользоваться. Секунд через десять оттуда же появилась и Лилиейла, любимая жена.

Пару минут ушло на то, чтобы через астрал состыковать вместе сновидческие пространства друг друга. После этого началось активное обсуждение, хотя правильнее сказать – совместное воображение. Пространство вокруг тускнело, искажалось, искривлялось, вспыхивало, появлялись и исчезали новые детали, разрешенные хозяином сновидения – Балаватхом. Без такого позволения вмешательство в его личный мир сторонними было бы безрезультатным.