Энн Маккефри - Кровь драконов

Лорана и не заметила, когда вернулись М'тал и остальная часть Вейра.

— Где Туллеа? — спросил предводитель.

Она только покачала головой и вернулась к ране, которую обрабатывала. Только позже, намного позже до нее дошло, что Туллеа должна была помогать ухаживать за ранеными.

Внезапно ее перехватил К'тан.

— Вымой руки, — сказал он. Лорана заметила, что ее ладони запачканы кровью раненого всадника. — Кровь не должна смешиваться, — предупредил целитель Вейра.

Лорана поднесла руку к лицу, но вовремя опомнилась и широко раскрыла глаза.

— Извини, — сказала она. — Я не вымыла руки, когда перешла от Джолинт'а к Лисалт'у.

К'тан покачал головой и похлопал ее по плечу.

— Ихор дракона — это другое дело. Его смешивать можно — заверил он. — Проблемы бывают только с человеческой кровью. Смешивание крови разных групп может вызвать Лихорадку.

— Запомню, — пообещала Лорана, окуная руки в ведро, которое по кивку К'тана поспешно принес один из жителей Вейра.

Когда немного спустя Лорана встала, перевязав кончик крыла другому дракону, у нее закружилась голова. Ее поддержали чьи-то руки, и она увидела перед собой Киндана.

— Когда ты в последний раз ела? — спросил он. Лорана попыталась вспомнить, но не смогла. Она слабо покачала головой.

— Идем, — решительно сказал Киндан. Лорана пробовала сопротивляться, и он добавил: — К'тан вернулся; какое-то время он справится сам.

— Поешь! — крикнул К'тан, перевязывавший раненого всадника.

— Мы пришлем и тебе что-нибудь! — пообещал Киндан, уводя Лорану к пещерам.

— Мне нужно вернуться как можно скорее, — сказала Лорана.

— Нет, — твердо ответил Киндан. — Ты должна отдохнуть. На сегодня с тебя хватит.

— Но… но у Алиарт'а перелом, — возразила Лорана.

— Этим займется К'тан, — сказал Киндан. — Или Алиарт' подождет, пока ты не придешь в себя. — Он удивленно покачал головой. — Ты работала десять часов!

— Ты тоже, — парировала она. Киндан смягчил тон.

— Ну да! — согласился он. — Странно, что я не упал в голодный обморок.

Едва они уселись, как перед ними поставили по чашке густого бульона и кружке разбавленного вина. Рядом с чашкой лежала дощечка со свежим хлебом и маслом.

— Там есть еще, — с широкой улыбкой сказала обслуживавшая их немолодая кухарка по имени Тилара.

— Спасибо, — ответил Киндан и жестом показал Лоране, чтобы та принялась за еду.

— Не за что, — ответила Тилара, с восхищением глядя на Лорану. — Я видела, как ты сшила крыло Джолинт'а. Никогда бы не поверила, что такое бывает, но, похоже, он снова будет летать.

Киндан помнил, что эта девушка была подругой К'лара, всадника Джолинт'а.

— Ну что, К'лар отдыхает? — спросил он.

Тилара хитро улыбнулась и подняла большой кувшин.

— Теперь да. Я подмешала в его вино сок кошачьей травы.

— Сейчас отдых для него — самое главное, — согласилась Лорана.

К'лар получил сильный ожог лба и щеки; к счастью, для его лечения было достаточно чистой повязки и небольшого количества холодилки, смягчавшей боль.

— Ох, надо же! — спохватилась Тилара. — Людям нужно поесть, а я мешаю своей болтовней!. — Она отвернулась и сказала: — Ешьте. Сейчас я принесу второе. И десерт.

Лорана только сейчас почувствовала, что страшно проголодалась и изнывает от жажды. Бульон исчез в мгновение ока. Девушка потянулась к хлебу, намереваясь отрезать себе кусок, но Киндан перехватил ее руку.

— Держи, — сказал он, передавая ей большой ломоть.

Лорана благодарно кивнула и стала намазывать хлеб маслом. Тилара вернулась и незаметно снова наполнила их чашки.

— А как насчет чего-нибудь повкуснее? — спросила она. — Есть хороший кусочек пряного цеппи. С клубнями и свежим горохом.

— С удовольствием, — сказал Киндан и подмигнул Лоране.

Та перехватила его взгляд и кивнула с полным ртом.

— Еду на двоих! — раздалось поблизости.

Лорана узнала голос Туллеа и подняла взгляд. Всадница королевы выглядела свежей и отдохнувшей. Стоявший рядом Б'ник тщетно пытался ее утихомирить.

— Эй, ты! — крикнула Туллеа Тиларе, не обращая внимания на Б'ника. — Ты меня слышала?

— Я занята, — ответила Тилара и добавила так, что было слышно только Киндану и Лоране: — Обслуживаю тех, кто помогал Вейру.

Она ушла, не обращая внимания на вопли Туллеа. Наконец всадница королевы встала и двинулась за Тиларой, но тут вошел М'тал.

— Туллеа, я искал тебя, — окликнул предводитель Вейра. Покраснев от гнева, Туллеа повернулась к нему. Б'ник положил ладонь на ее руку, пытаясь успокоить. Этот жест не ускользнул от взгляда усталого М'тала.

— Каков список потерь? — спросил он, подойдя к Туллеа вплотную.

— Что?

М'тал перефразировал вопрос.

— Сколько всадников и драконов ранено слишком тяжело, чтобы принять участие в следующем Падении, и сколько времени уйдет на их излечение?

— Не знаю, — бросила Туллеа и показала рукой на Лорану. — Спросите ее.

В пещеру вошел В'рен, заместитель командира первого крыла М'тала, и встал рядом с предводителем Вейра.

— Я спрашиваю тебя, — сказал М'тал. — С потерей Брет'ы ты стала госпожой Бенден-Вейра. Забота о раненых — твоя обязанность.

Слова М'тала заставили Туллеа отпрянуть. Но она тут же пришла в себя и злобно улыбнулась.

— Да, я госпожа Вейра, не так ли? — с нескрываемым удовлетворением сказала она, красноречиво посмотрела на Б'ника, а затем снова повернулась к предводителю. — А кто станет предводителем Вейра, когда Майнит'а поднимется в полет, еще неизвестно. Осторожнее, М'тал. Ты ведь не хочешь расстроить вашу королеву, не так ли? — промурлыкала она.

М'тал смерил ее пронизывающим взглядом.

— У тебя есть долг перед Вейром.

— Я выполню свой долг, — бросила Туллеа, — когда моя королева найдет себе пару. А пока что — спросите ее. — Она кивнула на Лорану.

— Туллеа… — умоляюще сказал Б'ник, но та посмотрела на него сверху вниз и тряхнула головой.

— И в пещерах тоже кое-что изменится, — вызывающе сказала она и села. — Я устала, Б'ник. Сходи за едой.

Бронзовый всадник посмотрел сначала на предводителя Вейра, потом на Туллеа, вздохнул, извинился взглядом перед М'талом, встал и пошел к очагу.

В пещеру вошел К'тан, заметил М'тала и устремился к нему.

— Предводитель Вейра… — с поклоном сказал он.

— Что, плохо? — спросил М'тал.

По дороге сюда он уже видел, что все дно кратера занято ранеными драконами и всадниками. Предводитель Вейра даже не пытался скрыть слезы. Он шел от всадника к дракону, утешал, хвалил, подбадривал, делал все, что мог, чтобы успокоить и показать, что он не просто разделяет их боль. Он чувствовал себя ответственным за каждый ожог. Нити. Более того, знал, что именно его решение о том, что кашляющие драконы должны принимать участие в вылете против Нитей, неизмеримо увеличило потери.