Нелли Видина - Лепестки холода (СИ)

Полотенце полетело на кровать, а я поспешила спуститься. Надеюсь, с моими всё хорошо. Надо бы разобраться, что со мной сейчас было. Я спустилась вниз, перепрыгивая через ступеньку. В кухне были плотно задёрнуты шторы. Это первое, что бросилось в глаза, пока я осознавала открывшуюся мне неправильную картину.

Сев скрючился на полу, и от него исходил почти первобытный страх. Источник паники, которую я испытала найден. Коленями вампир стоял в коричневой луже. В ней же лежали куски моей чашки, разбитой. Алан возвышался у плиты и выглядел на редкость довольным. Он вроде пытался скрыть радость, но не выходило.

— Фокси, этот разбил твою любимую чашку, — сказал лис. Вампира передёрнуло. Всё время забываю, как с ним обращался создавший его вампир. Сев явно ждал с моей стороны расправы. Но что-то не вязалось в увиденной мной картинке, что-то было неправильно.

— Сев, ты разбил чашку? — спросила я.

— Да, мастер, — ответ едва слышный. Кажется, Сев хотел попросить прощения, но голос ему изменил. Я бросила быстрый взгляд на Алана и снова посмотрела на вампира. В каком-то смысле Сев часть меня, и я точно знала, что про чашку он солгал.

Я опешила. Врать мастеру недопустимо, за это только смерть. Почему Сев ответил ложью? Я посмотрела на самодовольного Алана. Случившееся проясняется. Сев, как я и сказала, делал мне кофе. Вошедший на кухню лис разбил мою чашку. Алан у меня живёт дольше. По логике я должна была бы поверить в его историю, вот Сев её и подтверждает, чтобы выглядеть правдоподобно. Вряд ли он знает, насколько я его чувствую.

Теперь я была в замешательстве. Спустить Алану его выходку я не могла, стало быть, я должна раскрыть ложь своего вампира, а он и так напуган. Так, сначала успокоить паникёра, если уж на то пошло, воспользуюсь своей силой.

— Сев, — позвала я, одновременно касаясь его живущим в моей груди холодом. Прикосновение обещало, безопасность, заботу. Я очаровывала, отключала страх, чувствовала, как по телу вампира расходится искусственное успокоение. Он смотрел мне в глаза, наверное, так он должен смотреть на свою богиню. Жестом я подняла его на ноги, заставила шагнуть ко мне ближе.

— Расскажи мне правду, Северьян.

Алан уже не улыбался, он смотрел зло и раздражённо, словно дикий зверь, попавший в ловушку и выжидающий, когда охотник подойдёт, чтобы прыгнуть на него и атаковать. Подождёт. Я переключилась на Сева.

— Расскажи.

Всё случилось так, как я и предполагала. Алан в очередной раз продемонстрировал дурной нрав. Я бы могла простить, если бы гадости он строил мне, но он жертвой выбрал, как бы дико это ни звучало, беззащитного вампира. Я продолжала успокаивать Сева, гладила его по спине, затем приказала сесть на стул. Он занял указанное место и уставился на меня доверчивыми глазами, ожидая дальнейших указаний.

Теперь Алан. Я повернулась к лису. Мне нужна минута на размышления. Он оскалился. Будь на моём месте оборотень, как и положено Фокси, он бы перекинулся и бросился на Алана, трепал бы его, драл зубами и когтями, пока мозги на место не встанут. У оборотней повреждения заживают только так. Я не могла перекинуться, не могла вцепиться в него зубами и мотать по комнате, ударяя обо все углы подряд. Я в полной мере ощутила, насколько я слаба как Фокси.

Алан это понимал. Его улыбка становилась всё более насмешливой, в глазах читалось превосходство и наслаждение моим бессилием. Он, к моему величайшему сожалению, поймёт только грубую силу, и не потому что дурак, а потому что оборотень.

Я не могла его ударить. Нет, Алан не дал бы сдачи, он бы просто посмеялся над моими потугами, силёнок мне явно не хватит. Можно бы воспользоваться некромантией, но тут две проблемы. Во-первых, мы в доме, и поступить с ним, как со змеями, я не смогу. Во-вторых, я сама толком не знаю, на что способна. Я не хочу его ненароком покалечить.

— Не уходи никуда, — вздохнула я и вышла с кухни. Я вернулась с серебряным ножом. Алан не оспорит место Фокси до полнолуния, сейчас он мне не опасен, надеюсь. Он просто отказывается подчиняться, и мне надо его приструнить. Одна беда: если в ходе воспитательного процесса я сейчас его разозлю настолько, что он перестанет адекватно соображать, то мне придётся иметь дело с разъярённым хищником, а это уже смертельно опасно.

Я подошла к Алану вплотную. Нож я прижала рукой к боку, так что оборотень его не видел. Посмотрела Алану в глаза, вкладывая в свой взгляд всю твёрдость, на которую была способна. Место лидера стаи чаще всего занимает не столько самый сильный физически, сколько тот, у кого воли больше. Вот эту волю я должна показать.

Я резко выбросила руку вперёд, и ударила Алана по лицу. Ничего смертельно я не делаю, даже особой боли не причиню. Почти пощёчина. Примерно так должен выглядеть результат удара когтистой лапы, с той лишь разницей, что кровавых борозд будет не одна. Заслужил. Алан схватился за лицо. Не ожидал? Смотрел он на меня с искренним удивлением. Я продолжала буравить его взглядом.

Одной пощёчины за то, как Алан поступил с Сеовм, было однозначно мало. Удивление сменилось ожиданием. Алан не был напуган, он спокойно принимал наказание, скорее, он испытывал меня — смогу ли я его поставить на место. Толковых идей у меня всё ещё не было. Ясно, что я прикажу Алану стать постоянным кормом для вампира. Лис взбеленится, но проглотит, если я сейчас справлюсь.

Бить ножом дальше — жестокая бессмыслица. Мысль поставить Алана в угол носом чуть не заставила меня улыбнуться. Я должна быть серьёзна. Надавить морально? Можно попробовать, только я не уверена, что смогу это сделать правильно, не уверена, что смогу найти границу между разумным наказанием и простым унижением. Если вдуматься — стояние в углу унизительно, но это именно наказание, если не превращать его в пытку. Что же, по крайней мере, я не сделаю ничего того, что Алану ещё не доводилось испытывать.

Я провела пальцами правой руки, стирая и в тоже время размазывая кровь. Теперь ладонь у меня была мокрой и красной.

— Сев.

— Да, мастер? — вампир мгновенно оказался рядом.

Я чуть повернулась к нему, и была теперь в пол оборота к каждому.

— Он тебя очень обидел? — вроде бы вопрос, но слова в ответ мне были не нужны. Я поднесла руку к лицу вампира, и он тотчас коснулся её губами, сцеловывая кровь. Алан задышал чаще, во взгляде мелькнул испуг. К такому он вновь не был готов.

Идей по-прежнему не было. Пора заканчивать спектакль. Я полностью обернулась к Алану.

— Тебе не следовало покушаться на Сева. В наказание ты должен давать Северьяну кровь по первому его требованию.

Чтобы клыкастик не усердствовал, я скажу ему наедине. А сейчас впечатлились, причём оба.