Игра титанов - Казаков Дмитрий Львович

Внизу по улице кто-то пробежал, донесся и затих негромкий лязг. Крики перекрыл грохот, словно рухнуло огромное дерево. Что-то затрещало, и темный небосклон за окном озарился багровым.

– Что… – Рендалл не договорил, схватился за грудь, где будто расцвел ядовитый цветок размером с кулак.

Пронзенное болью сердце дрогнуло, он задохнулся, сам не заметил, что встал и уперся лбом в стену. Пришел в себя от прикосновения к плечу, услышал мягкий голос Рика.

– Кто-то пришел по твою душу, – сказал уттарн.

– По мою? – Шевелить губами было трудно, словно к ним привязали по гире. – Ты… так… думаешь?

– Я не думаю, я знаю. Видит Госпожа, надо выходить на улицу. Там сражаться будет легче.

Боль немного отступила, и дойти до лестницы Олен смог сам. Но тут его опять скрутило, да так, что на мгновение потерял сознание.

– Ничего… – прохрипел он, когда Юрьян попытался подхватить друга. – Я сам дойду… Сам…

Прошли зал, где бестолково метались слуги и вопил что-то хозяин. На улице, в ночной прохладе, стало легче. Но зато с болезненной четкостью ощутил, как с востока приближается нечто алчущее, поднимающее вокруг себя волну страха, и невероятно холодное…

Словно кровожадный айсберг полз по улицам поселка.

Со всех сторон доносились крики, в окнах загорались и гасли огни, в небе дрожало багровое свечение.

– Вон он, – сказал Рик, и в этот момент алый свет стал ярче.

Стали видны ковылявшие по улице невысокие фигуры. Длиннорукие и сутулые, они напоминали обезьян, но были лишены волос. Блестели лысые головы даже у женщин, белели лица, словно натертые мелом. Сверкали неестественно выпученные глаза, а широченные рты были открыты.

Тянулись стекающие на грудь ниточки слюны.

Над головой у каждого из незваных гостей пылало еле заметное кольцо пурпурного огня. Было видно, что многие ранены, но кровь из порезов не текла, а сочилась медленно, по капле.

Далеко за спинами карликов на мостовой лежали тела.

Стражники-хатору попытались остановить незваных гостей, но не смогли.

– Кто это такие? – Юрьян трясущимися руками вытащил меч.

– Фахто. – Уттарн пошевелил усами. – А вот кто управляет ими, я понять пока не могу…

Увидев Олена, сутулые карлики двинулись к нему, в их взглядах появилось нечто вроде злобы.

– И правда – по мою душу. – Рендалл поднял ледяной клинок, и тот показался неимоверно тяжелым, будто кость йотуна превратилась в сталь.

Краем глаза заметил, как блеснуло оружие Хельги, по другую сторону встал Харальд. Испытал нечто вроде благодарности к тем, кто готов вот так, без выгоды, сражаться за чужого человека.

Хотя Харальд мечтает о том, чтобы вырваться из Вейхорна, а Хельга…

В следующее мгновение стало не до отвлеченных рассуждений. Фахто оскалились и дружно бросились вперед. Сверкнули когти на выставленных лапах, зубы в громадных пастях.

Олен ударил, стряхнул с меча пробитое тело. Ледяной клинок запульсировал, по нему побежали волны голубого и белого огня. Следующего карлика перерубил пополам, третьему распорол шею.

Не отставали и другие: орудовал клинком Юрьян, стремительно атаковал Харальд, лиафри валила врагов одного за другим. Рик не лез в схватку, оставался позади, и рядом с ним сидел Рыжий.

– А… – Рука Олена дрогнула, когда он понял, что сейчас снесет голову маленькой девочке, но удар уже пошел…

Меч перерубил тонкую шею, и тело мешком рухнуло на землю.

– Не теряйся! – рявкнул Харальд, правильно оценивший замешательство соратника. – Это не живые существа! Ходячие трупы!

– Я понял! – Рендалл, сжав зубы, вонзил меч в грудь морщинистому старику, поспешно отвел глаза.

Фахто продолжали двигаться даже со смертельными ранами. Дергались, пытаясь подняться, обезглавленные тела. Тянули длинные руки те, у кого оказались подрублены ноги. Кровь, черная в свете взошедшей луны, медленно стекала по телам, капала на мостовую.

Олен рубил и колол, чувствуя себя не воином, а дровосеком.

Когда последний из карликов оказался изрублен на мелкие куски, уроженец Заячьего Скока вздохнул с облегчением.

– Рано радуешься, – заметил Рик. – Сейчас начнется самое интересное.

Багровые светлячки закружились над телами. Сотни огоньков сложились в толстый столб высотой с дерево. Тот, дрожа и покачиваясь, поплыл к Олену. Послышалось тихое, еле различимое шипение.

– Это еще что такое? – спросил Рендалл, поднимая руку с начавшим светиться Сердцем Пламени.

– Очередной Мертвый Бог, если я правильно все понимаю, – заметил Харальд. – Давай, спали его по-быстрому…

Перстень выплюнул поток огня, снежно-белого, невообразимо чистого. Копье из пламени ударило в облако из алых огоньков, разметало его на тысячи кусков. И исчезло, а «светлячки» цвета крови вновь закружились на том же месте.

– Что такое? – Олен почувствовал смешанное со страхом недоумение. – Этого просто не может быть…

Сердце Пламени никогда не подводило его. Служило безотказным оружием, позволяло одолевать кого угодно, разрушать магию любых колдунов и противостоять мощи богов.

– Давай еще раз! Быстрее! – крикнул Юрьян.

Но второй удар принес тот же результат. Похожее на рой мошкары облако лишь отбросило, но оно быстро обрело прежнюю форму.

– Попробуй мечом, – сказала Хельга. – И быстрее. А то скоро сюда соберется весь поселок.

Из окон постоялого двора и соседних домов таращились любопытные, из переулков слышался топот.

– Даже ледяной клинок тут не поможет. – Рик вышел вперед, оказавшись между Оленом и облаком. – Это даже не бог. Это тень бога. Ее можно рубить и жечь сколько угодно, толку не будет.

– Что же делать?! – Юрьян оглянулся, словно высматривая пути к бегству.

– Тень состоит из Тьмы, а я умею делать с ней все, что угодно. – Уттарн поднял мощные лапы.

Его фигура размазалась, словно с золотистой шерсти потек серый туман. Что-то полыхнуло – раз, другой, и облако из багровых огней замерло на месте. Долетел тонкий жалобный вой. Сердце Олена заболело вновь, грудь будто сжала могучая рука. Очередной вдох дался с невероятным трудом.

– Эй, что с тобой? – Юрьян подскочил, поддержал согнувшегося Рендалла под руку, с другой стороны подоспел Харальд.

– Все… нормально…

Смог распрямится, и в этот самый момент Рик нанес удар.

Сверху, закрывая звезды и луну, обрушилась волна тьмы. На мгновение все исчезло – дома, улица, трупы фахто, тень Мертвого Бога. А затем вернулось, но без пылавшего алым облака.

Вместе с ним исчезла мучившая Олена боль.

– То, что было Тьмой, во Тьму и возвратится, – пробормотал Рик и повернулся к спутникам. – Вот и все. Теперь осталось самое сложное – объяснить местным, что произошло.

– А стоит? – Рендалл перевел дух и убрал меч в ножны.

– Придется. Иначе нас могут отвести в храм Стража Проливов, а его служители – устроить долгое и нудное дознание. Так что валите все на меня. Всякому известно, что уттарны – жуткие колдуны.

– Чую, монет в моем мешке станет меньше, – проговорил Харальд и повернулся к выступившим из переулка стражникам. – Ну что, парни, будем разговаривать?

Ночь обещала быть какой угодно, но никак не скучной.

Ячий Нос стоял на вершине холма и смотрел на лежащий внизу город.

Он был велик, занимал все пространство между рекой, морем и грядой черных скал. Поднимались башни стены, толпились домики, разбегались во все стороны улицы. Гавань была забита судами, а дорога, перебиравшаяся через холм и уходившая вниз, к воротам – повозками и пешеходами.

Ран-Вестор не зря считался одним из крупнейших на Трехпалом материке.

Но Ячий Нос не мог оценить его размеров, поскольку видел город впервые. Арот не знали ничего крупнее поселков, а за пределы родных гор шаман никогда не выбирался. Просто даже не представлял, что это можно сделать по собственной воле.

– И тут они живут, – проговорил Ячий Нос. – Да, неудивительно, что все обитатели равнин такие безумные…