Залы Штормового Предела - Лиза Смедман

- Это запутанная сеть, друг мой, и она слишком тяжела для одного. Я не знаю, как ты это сделал.

Кейл придержал язык. Неожиданно он почувствовал огромную усталость.

- Тебя ведь зовут даже не Эревис Кейл, так? – тихо сказал полурослик. – Назовёшь мне настоящее имя?

Кейл покачал головой.

- Ты не хочешь его знать.

Джак медленно кивнул, принимая ответ.

- Наверное, всё равно неважно, как я буду тебя называть. Я уже знаю, кто ты внутри.

Полурослик задумчиво потянулся в свой кошель и достал свою трубку из резной кости. Кейл молча смотрел, как его друг набивает и раскуривает трубку. Вся его жизнь зависела от следующих слов Джака. Спустя какое-то время тот заговори.

- Это ничего не меняет, Кейл. Я по-прежнему твой друг и по-прежнему в деле.

Он выдохнул облачко ароматного дыма.

Кейл просто кивнул, не в силах найти слова. У него будет шанс выжить.

- План? – спросил Джак с трубкой в зубках.

Кейл улыбнулся.

- Ты когда-нибудь правил каретой?

* * * * *

Около полуночи Кейл вернулся в мрачные стены Штормового Предела и обнаружил поместье погружённым во тьму. Он тихонько вошёл через дверь для слуг и прокрался по спиральной лестнице в скромную комнату, которая служила его покоями. Он переоделся в ливрею дворецкого, чтобы сразу же поговорить с Тамалоном – скверно сидевшие чёрные штаны, белую рубаху, фиолетово-чёрный дублет со шнуровкой – и молча прошёл по огромному дому, быть может, в последний раз.

После завтрашней ночи, с грустью подумал он, я могу больше никогда не войти сюда.

План нападения на отряд Ночных Ножей был дьявольски рискованным. Ему с Джаком нужна будет удача самой Тиморы, чтобы выбраться из этого живыми.

У меня нет выбора, напомнил себе он. Рассказанная Тамалону правда будет стоить ему всего. Филин перестанет ему доверять, а Тазиенна никогда не простит предательства. Конечно, он может сбежать – как сбежал из Западных Врат.

Но в Западных Вратах у него не было друзей, не было дома, не было привязанностей – ничего такого, что помешало бы бегству. А теперь у него была семья, друг и люди, которых он любил.

Хватит бегства, решил он. Собравшись с духом, он спустился вниз, чтобы отыскать лорда Ускеврена.

Он нашёл его среди заставленных книгами стен в библиотеке на первом этаже, где его господин часто проводил время ночами. Тамалон сидел в любимом кресле из аркенского ореха с высокой прямой спинкой – и размышлял над незаконченной партией в шахматы, расставленной на столике перед ним. На полу рядом с креслом стояла пара серебряных кубков и открытая бутыль Грозового Рубина, почти наполовину пустая. Мерцание пылающего в очаге пламени подчёркивало напряжённые черты лица Тамалона.

Кейл молча стоял в дверях, не желая тревожить господина. Заметив вино и партию в шахматы, он понял, что очередная партия между Тальботом и Тамалоном закончилась ссорой. Пожалуй, сейчас не лучшее время…

- Эревис! – Тамалон заметил его и устало улыбнулся. – Рад тебя видеть. Как прошла встреча с твоим кузеном?

Внутри Кейл содрогнулся. Несколько лет назад, когда он понял, что сведения о событиях в преступном мире Селгонта могут быть полезны Тамалону, он выдумал себе кузена, человека, который вращался в криминальных кругах, с которым Кейл якобы поддерживал неохотную связь. Хотя сведения, которые Кейл сообщал от лица этого кузена, раз за разом оказывались полезны Тамалону, помогая узнать о том или другом замысле соперничающего дома, такие разговоры лишь напоминали Кейлу, что его жизнь была ложью.

- Встреча прошла хорошо, милорд. Обстоятельства приняли неожиданный оборот, но всё в порядке. Или будет в порядке. Дело пока что не завершилось, и я должен попросить об услуге.

- Конечно, - Тамалон указал на кресло по другую сторону шахматного стола. – Присаживайся, дружище.

Кейл медленно пересёк деревянный пол и напряжённо уселся в кресло.

- Вина? – спросил Тамалон, наполнив собственный кубок.

- Нет, спасибо, милорд.

- Хочешь доиграть? – Тамалон указал на доску, и в уголках его рта начала проступать улыбка.

Кейл вымученно ответил на улыбку господина и принялся изучать нефритовые фигуры Тальбота. Тамалон всегда играл костью. Через несколько мгновений он покачал головой.

- Милорд хочет поймать меня в западню. Кость ставит шах и мат в четыре хода.

Громко рассмеявшись своим глубоким голосом, Тамалон поднял кубок в насмешливом тосте. Кейлу было приятно видеть, что настроение его хозяина улучшилось.

- Превосходно, Эревис, превосходно. Почему мы никогда с тобой не играли?

Кейл мягко улыбнулся.

- Потому что у меня нет желания бросать вызов умениям господина. Это было бы неразумно.

Тамалон отмахнулся от лести усталым жестом.

- Если бы это было так, дружище, пришлось бы заключить, что Селгонт полон глупцов, потому что мне бросают вызов на каждом шагу. Без твоей помощи…

Он умолк и устало опустил голову. Когда Тамалон поднял взгляд, он снова устало улыбался.

- Я отвлёкся. Ты говорил об услуге?

В это мгновение Кейл оказался на волоске от того, чтобы во всём признаться. Увидев, как его господин отказывается сгибаться под грузом разочаровавших его сыновей, холодной жены и постоянных заговоров враждебных домов, Кейл почувствовал, что восхищается этим человеком. Как он может хранить секреты от того, кто во всём ему доверяет?

Его прошлое подступило к горлу – история, которой не терпелось быть рассказанной. Было так просто…

Нет, подумал он. Даже Тамалон не сможет простить такую ложь.

Сознательным усилием воли он подавил искушение и вместо этого сказал:

- Да, господин. Простите мою дерзость, но мой кузен попал в небольшие неприятности. Не могу ли я покинуть поместье ещё на два дня, воспользовавшись одной из старых карет и квартирой на Люрвинской улице?

На это Тамалон сел прямо и пристально посмотрел на собеседника, задумчиво сведя вместе брови.

- Должно быть, дело серьёзное, раз ты об этом просишь, Эревис. Может быть, я смогу как-то помочь.

- Нет, господин, - быстро ответил Кейл, хотя прямо сейчас любил Тамалона за само предложение. – Я должен сделать это сам. Я не могу рисковать репутацией Ускевренов, связав её с делами моего родича. Это должно остаться между им и мной.

- Хмм, - Кейл видел проницательность во взгляде Тамалона и знал, что Филин подозревает, что история выдумана. Но господин уважал его частную жизнь и не стал расспрашивать дальше. За это Кейл любил его ещё сильнее.

- Хорошо, Эревис. Карета твоя, как и квартира.

- Спасибо, господин.

Высокая