Ольга Табоякова - Дела государственные

-- Правители, - подхватил демон.

-- Я даже не знаю, тот ли сидит на троне, который действительно он.

-- Что? - не поняла Майя.

-- Она хочет сказать, что думает, что кто-то может заменить правителя или взять его под контроль, - пояснил Нат своей жене.

-- А!

-- Насколько я знаю, Вельяна занимается в организации поиском союзников? - уточнил Шоушах.

-- Да, - девушка смотрела прямо в глаза.

-- И как успехи?

-- У нас союзники есть, но силы не равны. Большинство предпочитает жить также как и наши жители.

-- Политическая ситуация и в Фентахе сложная. Там я знаю, есть порядка двадцати раздробленных групп, которые на что-то претендуют. Все воюют со всеми. Правильно?

-- Примерно, - согласилась с Дауоном Бель.

-- Периодически у одной из групп появляется новое мощное оружие. Она уничтожает одну из групп, на смену, которой приходит новая.

-- Да, - Бель опять согласилась с оценкой Дауона.

-- А как же там можно жить? - ужаснулась Сева.

-- Быть диким зверем, - последовал неожиданный ответ со стороны демона.

Отец никак не прокомментировал ответ демона, а продолжил объяснения.

-- Что странно в Фентахе, так это то, что разногласия не прекращаются. Ни одна из группировок не может договориться с другой.

-- Это уже похоже на внутренний контроль, - мрачно пояснил Нат.

-- Да, мы почти уверены, но мы не смогли разрушить эту цепочку. Мы ее даже не смогли определить, - объяснила Бель.

-- За столько лет не смогли? - не поверил доктор Шалом.

-- Даже за столько лет не смогли, - Бель вся сжалась.

-- Прости, девочка, - извинился доктор. - Это все не просто понять, - пояснил он.

-- Я знаю. Мы сами ничего не понимаем даже за столько лет.

-- Какой ужас! - ахнула Юща. - Разве такое может быть?

-- Может быть абсолютно все, - в один голос ответили Шоушах и Дауон.

Они переглянулись друг с другом. Дауон продолжил:

-- А теперь самый главный вопрос Бель, зачем ты здесь?

Их вопрос ошеломил меня. Я не мог сказать про действия брата. Но с другой стороны, действительно, зачем она здесь?

-- Мне нужна помощь, - ответила Бель, и я впервые почувствовал, что она соврала. Хотя, наверное, не соврала, а не договорила.

-- Я не позволю своему сыну вмешиваться в это, - заявил Дауон.

-- Ты кого имеешь в виду? - я попытался прояснить его заявление.

-- Обоих, - отец смотрел на меня так, как когда-то смотрел дед. Сломить его волю было практически не возможно.

-- И как ты это сделаешь? - послышался недовольный голос брата.

-- Повешу щит, - любезно ответил отец.

-- Что? - нашему возмущению не было предела.

-- Что такое "повешу щит"? - послышался из угла голос демона.

-- Ты видел, как гуляют собачек на поводочках? Так вот он может навесить на нас подобные поводки. Мы не сможем даже из дома выйти без его разрешения, - пришлось пояснить Васеньке.

-- Прекратите, - рявкнул доктор Шалом. - Бель еще не сказала, что хочет, а ты уже...

-- А ты будто не знаешь, чего она хочет? - Отец кипятился все больше и больше. - Я ей не позволю. Что сможем мы сделаем, эта беда стучит и в наши ворота. Но это нет!

Два жестких взгляда пересеклись в комнате: Бель и Дауон. Мне показалось, что зазвенели клинки, и посыпались магические удары.

-- И даже не пытайся, - пригрозил он девушке.

"Первая часть разговора дошла до меня с трудом, слишком много не ясных пятен. Но вторую я не понял совсем. Что происходит?". С таким настроением я забрался наверх, позвал кодров и уселся рядом с ними. Они терпеливо сносили почесывание.

***

Мой брат настойчиво пытался связать мой "сон - не сон" с моим талантом. Выходило плохо.

-- Треш, если ты перенесся, то значит, ты владеешь мгновенными переходами, - радовался Васенька.

-- Да? А кровь?

-- Она же говорила, что ты в крови был, тшах. А очнул.. , прости, проснулся все нормально?

-- Хочешь осмотри меня, - я предложил без задних мыслей, но брат кинулся меня осматривать.

-- Прекрати, а?

-- Может у тебя двойной талант, - выдвинул еще одну версию Васенька.

-- Может, а не может. Тогда скажи, к чему относится то, что я "их смел"?

-- Тшах, - это Васенька не обдумывал, поэтому уселся рядом в растерянности. - Треш, а может у тебя тройной талант?

-- Не может этого быть... - я не закончил фразу, вспомнив обычный ответ Шоушаха на это мое возражение. - Васенька, дай подумать, пожалуйста.

-- Есть идеи?

-- Одна, но слабая, - признался я.

-- Расскажи, - загорелся мой брат.

-- Васенька!

-- Ладно, Треш, я подожду, - покорно согласился мой брат, но глаза у него были обиженные.

-- Ты понял о чем говорил отец?

-- Треш, ты почувствуй, он повесил на нас эти щиты.

-- Подожди, - я закрыл глаза, расслабился. - Точно висят.

-- Он не шутил, Треш. Он очень боится. Я уже с ним ругался, пока ты тут сидишь. Знаешь, что он сказал?

-- Догадываюсь, Васенька. Он сказал, что-то типа: "Пусть мои дети со мной и не говорят, зато будут живы". Правильно?

-- Примерно, - ответил он.

-- Отец никогда не угрожал. Я сразу понял, что если сказал, то сделает.

-- А ты прав, - сила, казалось, оставила его.

***

Разрываясь между семьей и работой и еще одной работой, я выкроил время на свидание и пригласил Бель сходить в "Лиловый листок". Совместно с Майей Бель подправила внешность - никто ее теперь не узнает.

Не знаю, что там было - во время "сна - не сна", - но Бель изменилась по отношению ко мне. У нее не осталось сдержанности, она говорила о себе. Я понял, что вся ее жизнь борьба, ей надо сражаться. Всякую другую жизнь она считает бесполезной тратой времени.

На обратной прогулке к дому по разговору меня ждало еще одно открытие. Я понял, что Бель ассоциирует меня и себя, как нас. В ее представлении я должен стать борцом с Тьмой и Злом. Мне не осталось никакого выбора, только потому, что я несколько раз ей помог. Она ни разу не спросила меня о моей семье, как о людях. Ее интересовала только их полезность в той борьбе, которую ведет она. Жаркий поцелуй у ворот дома стал для меня горьким. Один ужин и свобода собеседника лишили меня иллюзий по отношению к Бель.

Перед сном Васенька меня спросил:

- Треш, что у тебя случилось? Ты прости, что я лезу, но ты пришел такой совсем не такой. Скажи, пожалуйста, что такое?

Васенька сел рядом, стал гладить меня по руке и с такой щемящей жалостью смотреть на меня, что мне захотелось плакать.

- Расскажи мне про Раду, - попросил я.

Васенька кивнул, как будто моя просьба, была ответом на его вопрос, и стал рассказывать про Раду. Я задремал под его рассказ.

- Ты тоже найдешь свою Раду, - полушепотом закончил Васенька свой рассказ, думая, что это я не услышу.