Кейт Эллиот - Королевский дракон

— Я говорила вам, что две недели назад здесь проезжал отряд «драконов». Они очень спешили, и я только снабдила их едой, а кузнец проверил подковы и доспехи.

При этих словах Гизелы Лиат заметила, что племянница залилась краской и отвернулась, чтобы скрыть смущение. Гизела продолжала рассуждать, качая головой:

— Надеюсь, «драконы» прогонят этих эйка. Гент в трех днях пути отсюда, если дороги не размыло дождем. Муж сестры ездит как раз через Гент, а дальше по реке Везер спускается в северное море, плывет вдоль побережья Вендара, затем мимо Варре в Салию, где у них небольшой торговый пост. Если правда, что эйкийцы на нас нападут, тогда все. Как мы сможем торговать, если река будет в лапах дикарей? — Она всплеснула руками, но Лиат почему-то показалось, что Гизела несколько преувеличивает и свою значимость, и размеры грозящей опасности.

— В самом деле, может быть беда. Ну да ладно. Благодарим за гостеприимство, госпожа, но нам пора. — Вулфер поднялся, и Гизела, и остальные встали вслед за ним.

— Иди сюда, милая, — приказала Гизела племяннице. Та, все еще с румянцем на щеках, протянула плащи Вулферу, который в свою очередь передал их Ханне и Лиат.

— Какая работа! — восхищенно проговорила Ханна.

— Спасибо, что оценила, — ворчливо сказала Гизела. — Стелесхейм славится своими ткачами и пряхами. Я оставляю работать у себя только тех женщин, кто действительно владеет мастерством, остальных нещадно отсылаю в поле. Ну и конечно, все мои воспитанницы, до тех пор пока не выйдут замуж, тоже при деле.

Лиат сдержанно улыбнулась, взглянув на толстый серый плащ. По краям он был оторочен пурпурно-красным орнаментом. На плечах золотом вышиты орлы. Пока Вулфер благодарил, она тихонько обратилась к племяннице Гизелы:

— Это ты сделала? — Та покраснела. — Очень красиво. Надевая его, всегда буду вспоминать тебя.

Девушка тоже улыбнулась и отвечала голосом столь тихим, что Лиат едва слышала:

— Ты увидишь «драконов»?

— Думаю, да.

— Может быть, спросишь о… — Она замолчала и помрачнела, затем договорила еще тише: — Нет, лучше не надо. Он уже забыл меня.

— О чем ты?

Но Лиат пришлось поторопиться, догоняя остальных. Мальчики из конюшни седлали лошадей. Быстрая и нетерпеливая, Хатуи сидела верхом.

— Я уже научилась езде, — говорила Ханна, — но боюсь, Лиат еще не поправилась. Ты же знаешь, это так. — Она бросила взгляд на подходившую Лиат.

— Со мной все в порядке. — Той страшно не хотелось оставаться в Стелесхейме, в то время как все едут в Гент. Хотелось увидеть «драконов», увидеть солдат, рука об руку с которыми тщетно когда-то мечтал служить Ивар. Хотелось увидеть сына отцовской кузины. Родственника!

И еще она не могла оставить Ханну и Вулфера. Только они защищали ее от Хью. Останься она на месте, этот страшный человек снова ее поймает. Узнает, где она, как : всегда узнавал.

— Девочка права, — мягко поддержал ее Вулфер. — Она пришла в себя быстрее, чем я ожидал. А теперь…

Он подошел к ним и бронзовой фибулой застегнул плащ сначала на плече у Ханны, затем у Лиат.

— Этот плащ всем говорит о том, что вы на королевской службе. — И он дал знак всем оседлать коней.

— Но у «орлов» же есть еще королевский герб на рукаве, — продолжила Ханна, как и ее мать, во всем любившая порядок.

— А вот этого вы еще не заслужили. — Он коснулся рукой медного значка, приколотого к кафтану. — Сначала надо выучить наш кодекс чести и дать клятву соблюдать его.

Он приостановился, глядя на Хатуи и Манфреда. Они носили такие же значки, и хотя оба были много моложе Вулфера, их значки не выглядели такими новенькими и блестящими, как униформа Лиат и Ханны.

В полях пели птицы. Ворота оставались открытыми, туда загоняли визжащее и хрюкающее стадо свиней, обреченных вскоре стать праздничным угощением. Хатуи устала ждать, пришпорила лошадь и направила ее прямо в гущу стада.

— И еще одно. Стать полноправным участником нашего братства может только тот, кто видел смерть товарища. Смерть всегда рядом с нами. И нашим можно стать только тогда, когда поймешь, какова цена службы королю.

Со времени отъезда из Стелесхейма прошло еще десять дней. Их небольшой отряд двигался по дороге в Гент через бескрайние, залитые водой поля. Навстречу им тянулись вереницы беженцев. Люди, телеги, ослы, коровы, ящики с цыплятами и гусями. Маленькие дети, мешки, корзины и кувшины… Все это шумным потоком текло подальше от города.

Вулфер остановил дворянина в добротном кафтане, верхом на лошади и сопровождаемого двумя фургонами, пятью слугами и пятью коровами. Отведя его в сторону, седовласый воин долго о чем-то с ним разговаривал и вернулся к своим очень мрачный.

— Это люди из Гента? — спросила Лиат. Людской поток не иссякал. Такого количества людей она никогда не видела. За время странствий с отцом больше всего им встречались купцы, везущие добро из города в город, странствующие священники и гонцы, развозившие послания.

Подумав о монахах, она вновь вспомнила Хью и закрыла глаза. Почувствовала слабость и едва удержалась, чтобы не оглянуться, не идет ли он за ними. Когда-нибудь он настигнет ее. Она предчувствовала это.

— Нет. Это крестьяне из окрестных деревень. Сам Гент имеет крепкие стены. — Звук голоса Вулфера укрепил ее мужество.

— Тогда почему они не укрылись в городе?

Вулфер покачал головой:

— Трудно сказать. По всей вероятности, дела там обстоят плохо.

Пока они ехали, люди, бредущие на запад, не раз окликали их.

— Какие вести от короля?

— Что графиня Хильдегарда? Говорят, она идет на выручку Генту?

— Когда уйдут эйка? Когда мы вернемся домой?

— Где король с его войском?

— А разве «драконы» не здесь? — обернулся Вулфер к последнему спрашивавшему.

— Их мало, а эйкийцев множество.

— Сколько их? — Но крестьянин, подхватив тачку, на которой вез испуганного ребенка, заспешил дальше.

После полудня беженцев стало меньше. Отставшие торопились вслед за диаконисой, похожей больше на простую крестьянку. Ее белая ряса была в дорожной грязи. Слуги вели двух мулов, на одном был привязан массивный серебряный Круг, когда-то венчавший церковный алтарь, на другом тюки, из которых выбивалась позолота, богослужебные предметы и одежды.

— Не ходите дальше, почтенные, — обратилась женщина к Вулферу. — Вернитесь, пока целы, и скажите королю, что Гент в осаде.

— Почему вы сами не в Генте?

— Они опустошили всю округу. — Лиат подивилась ее спокойствию перед лицом страшного бедствия. — Они везде, добрый человек. Город окружен. Я едва успела уговорить людей бежать. Что творится на востоке, сказать не могу. Оттуда уже двадцать дней подымаются дымы пожарищ.