Кристоф Хардебуш - Гнев троллей

— Дела. Кроме того, я думаю, будет лучше, если мы побеседуем наедине.

Натиоле остановился и удивленно посмотрел на нее.

— Есть какие-то трудности?

— Нет, я имею в виду, без троллей. И без Саргана. И уж точно без любопытных ушей гвардейцев.

— Ах, о них Сарган уже предупредил. Но что с ним? Он же друг семьи. Если бы ты слышала отзывы отца, то подумала бы, что он практически входит в нее.

— Во Влахкисе, наверное, да. Но мы здесь, в Колхасе, — заметила Ана. — Сарган — важная птица, хотя любит делать вид, что он безобидный старик. Даже без официальной должности он знает, на кого надавить.

— Но он помог нам. Он — наш друг!

— Как минимум, у него самая лучшая сеть шпионов и доносчиков в стране между гор, это так. Он хорошо зарабатывает на торговле. Ни одно зернышко кофе не покидает этой страны без того, чтобы не принести Саргану доход с продажи.

Теперь Натиоле задумался. Молодой человек провел рукой по волосам и помолчал некоторое время.

Жители города обходили чужеземную пару, и Ане это было только на руку. Чужестранцы, да еще и вооруженные. Жители с любопытством рассматривали их, но сразу отводили глаза, стоило только Ане бросить вызывающий взгляд в ответ.

— Как дела у Ионниса? — спросила она.

Со вторым кузеном она виделась чаще. Благодаря тому что он долго пребывал в империи в качестве гостя в доме Саргана, их пути несколько раз пересекались. В отличие от Натиоле Ионнис был общителен и не настолько склонен к долгим раздумьям, поэтому они легко нашли общий язык. Если не принимать во внимание тренировочные бои, которые юноша через некоторое время стал прогуливать… Поэтому Ану опечалило известие о том, что принц ранен.

— Вчера я рассказал все, что знаю. Когда мы выезжали, он еще не очнулся. Но его раны обработаны и он в хороших руках. Надеюсь, что сейчас ему уже лучше.

— Я уверена, что твой отец пошлет тебе весточку, как только что-то изменится, — заверила она его. — Мне пришла в голову одна мысль: мои ребята и я тренируемся каждое утро. Если ты хочешь присоединиться…

— Тренироваться?

— Сражаться.

— Должен признаться, у меня остались не очень приятные воспоминания о дуэлях с тобой, — осторожно ответил Натиоле. — Отец всегда говорил, что ты в этих вещах, как тетя Флорес.

— Ой! Кто хочет выжить, тот должен уметь нападать. У тебя на боку меч. Ты должен постоянно тренироваться в обращении с ним. Клинок только тогда становится острым, когда им орудуют умело.

— А где вы тренируетесь? — попытался отвлечь ее кузен.

Она заметила, что ему стало неловко. Действительно, много лет назад у нее было несколько стычек с кузенами, и их дуэли стали притчей во языцех среди солдат крепости Ремис. Хотя Ана была младше и меньше ростом, она давала такой отпор обоим братьям, что часто покидала поле победительницей.

— Перед городом, в лагере. Нам разрешается входить в город только небольшими группами и без тяжелого оружия, поэтому наемники всегда строят себе палаточные городки. Собственно, там круглый год движение, так как здесь, в Колхасе нас традиционно ждут вербовщики. Или, по крайней мере, те вербовщики, у которых достаточно денег в сундуках.

— Я зайду, когда смогу. К сожалению, по утрам я сплю долго, так как почти всю ночь провожу на ногах.

— И находишься в вони троллей? Ты крепче, чем выглядишь, кузен!

— Ха! Хотелось бы, чтобы чиновники наконец сказали, когда мы получим аудиенцию. Или к кому мы там вообще должны обращаться… Тролли не очень… любят ждать. Особенно Врак, глубинные… еще опаснее. Я каждую ночь боюсь, что Керр потеряет контроль над этим громилой.

— Тогда лучше подумай, как можешь предотвратить это, — серьезно ответила Ана. — Империи на все требуется много времени. Вам придется ждать. Долго ждать. Очень долго…

35

Артайнис подняла руку, чтобы отодвинуть усики плюща, которые свисали с дерева у тропы. Опустились сумерки, становилось все сложнее искать силков, следы которых привели ее сюда из лавки Сайкоса.

Юная дирийка шла по узкой протоптанной тропе через густой лес, который стоял немного в стороне от главной дороги из города, следовавшей вдоль русла реки. Своего коня Артайнис привязала к дереву и оставила позади, после того как увидела, что силкский всадник спешился и исчез среди деревьев.

Она нашла дорожку, ведущую сквозь густой подлесок, и двинулась по ней, стараясь не думать обо всех тех историях, которые рассказывал ей Ионнис о влахакских лесах, о диких зверях и пожирающих людей зраикасах.

«У влахаков считается наказанием оставить человека одного в лесу», — с содроганием вспомнила она. Наказанием, которое довольно часто заканчивалось смертью. Даже Стен сал Дабран однажды в клетке был предан на милость леса, когда еще юношей возглавлял мятеж против марчега Цорпада. Но ни волки, ни медведи не напали на него, а нашли воеводу как раз тролли, когда впервые за много-много лет снова поднялись на поверхность.

«Ну, маловероятно, что мне сейчас встретятся тролли, — подумала Артайнис. — А даже если и так, думаю, с ними как-то можно разобраться в отличие от зраикасов».

Но потом дирийка сама себя назвала дурой. Она была не так далеко от Теремии, и, пусть силки и были непредсказуемыми варварами, все равно она не могла себе представить, чтобы они разбили свой лагерь посреди леса, кишащего кровожадными монстрами.

Постепенно протоптанная тропинка расширялась. Еще несколько осторожных шагов — и перед Артайнис показался небольшой просвет. Она остановилась, чтобы сориентироваться, прислушалась к приглушенным звукам лагеря, который должен был быть где-то перед ней.

Юная дирийка сошла с тропинки и укрылась в подлеске. Продвигаться в таких зарослях было трудно, у веток и сучьев, казалось, была только одна задача: цепляться за ее штаны и рубаху. Руками в перчатках она осторожно отводила ветки в сторону и постепенно пробиралась вперед, по направлению к крикам и смеху, которые теперь были отчетливо слышны.

Наконец перед ней открылась поляна, практически круглая площадка, на которой стояли четыре круглые палатки. Между ними сидели и стояли мужчины, по виду и по одежде силки, как и тот человек, который делал закупки в Теремии. По всей видимости, они чувствовали себя в абсолютной безопасности, так как громко переговаривались друг с другом и перебрасывались грубыми шутками. В центре между палатками было кострище, рядом с которым лежала гора покрывал, тюки с припасами и мехи с водой. Место для лагеря было выбрано отлично: силков не было видно с главной дороги, и недалеко протекал небольшой ручей, который, наверное, впадал ниже по течению в Маги.