Свенельд Железнов - Скоморох

— Может, так… А может, уже все забыла. Внезапно Радим остановился.

— Что такое?

Впереди гати сужались и" расходились в две стороны. В центре перекрестка на замшелом островке стоял высокий камень. На нем угадывались какие-то знаки. Радим осторожно подошел к камню.

— Чудной валун. У него три грани. Каждая напротив тропы.

— И тут что-то варяжскими письменами написано. Ну-ка…

«Пойдешь — погибель найдешь».

— Ты смогла сие прочесть?

— Когда был жив отец, он нас учил.

— Тут про смерть писано? А еще что-нибудь есть? Чего нам грозит?

— Тут очень неразборчиво, — Умилка опасливо огляделась. — Не было тут раньше ни камня, ни развилки…

— Читай, что с той стороны написано.

— «Сюда пойдешь — в трясине сгинешь…»

— Ох, странно. Мы ж оттуда пришли.

— Радим, мне боязно…

— Мне тоже. Читай с последней стороны.

— «… дешь — голову потеряешь…»

— Вот занесла нелегкая. Что ж — куда ни отправься, всюду смерть ждет?

— Про смерть только и сказано…

— Сгинуть в трясине да голову потерять — не живота ли лишиться?

— Радим, прости… Такого тут раньше не водилось.

— Не виновата ты. Зачаровано болото, как пить дать, зачаровано. Однако делать нечего — надо идти. Не тут же селиться.

— В какую сторону?

— Туда, где головы лишают… Авось, не на погибель. Да и писано про одну голову. У нас же две. Кто-нибудь да выкарабкается.

Радим решительно шагнул на гати. Последнее время ему везло на смертельные приключения с благополучным исходом. Может, и в этот раз все образуется.

Глава 9

Болото закончилось неожиданно. Гати еще лежали, туман стелился, а по сторонам начался светлый березовый лесок. Впереди нарисовалась опушка. Там, где кончались деревья, виднелась заросшая кустарником делянка. Вероятно, когда-то тут было чистое поле, но за долгие годы оно одичало. О человеке напоминали немногочисленные трухлявые пни да слабо угадывающаяся тропинка.

— Вышли. Вот славно. Где деревенька-то?

— Не знаю… — растерянно сказала Умилка. — Тут вроде быть должна.

— Как так?

— Совсем в другое место вышли, чем я раньше ходила. Или тут все изменилось…

Рад им сел на завалинку и почесал затылок:

— И что же нам теперь делать? Умилка потупила взор.

— Не знаю… Пойдем обратно?

— Ярило к закату клонится. В болоте, что ли, ночевать? Надо здесь местечко найти. Только беда — огонька теперь нет. Да и в животе пустота.

— Я виновата…

— Нет, Умилка! Просто не повезло. Наверно, не те гати. Утро вечера мудренее. Посмотрим, где тут обосноваться можно.

Радим углубился в кустарник, прорубая дорогу мечом. Сначала он держался стародавней тропинки, но постепенно совсем потерял ее и пошел наобум. На вершине одного из холмов Радим остановился.

— Вот недурное место. Отсюда и опушку видать. Коли кто появится — сразу приметим.

— А тут гляди — дыра!

Умилка указала на широкий лаз, видневшийся на склоне холма.

— Нора?

— Какая большая!

— Заглянем?

— Очень хочется? Ну, разве что осторожно. Скоморох и девушка подошли к отверстию.

— Как тут все заросло. Похоже, заброшенная нора.

Радим несколькими ударами расчистил ход к дыре. Из нее приятно пахло чем-то сладким. Земляникой? Где ж это в серпень землянику сыскать! Радим подошел к отверстию поближе, вгляделся внутрь.

— Там светится что-то, — с опаской отстранился скоморох.

— Что?

— Ведовство какое-то… Свет бледный, будто лунный…

— Да, вижу… Сие стены светятся.

— Пойдем отсюда.

Но уйти им не дали. Радим обернулся и тут же приметил огромного бурого медведя. Тот неподвижно стоял в пяти шагах от него и не мигая смотрел на людей.

— Так… Умилка, осторожнее…

— Что случилось? Ах!…

— Тихо! Медленно уходим…

Только Радим собрался сделать шаг, как затрещали соседние кусты. Из них показалась морда еще более крупного медведя. Рядом терлись медвежата.

— Медведица… — Радим почувствовал, что теряет голову.

— Что делать, Радим?

Скоморох посмотрел на свой меч как на бесполезную игрушку. Сейчас хоть бы рогатину… А медведи тем временем заревели. Не торопясь они пошли на людей.

— Может, в дыру?

— Туда? Ну уж нет!

— Радим! Но надо что-то делать!

Это было и без слов понятно. А нора действительно могла послужить хорошим убежищем. Если медведи попробуют преследовать беглецов, им придется сперва сунуть морду в лаз. Тут меч и пригодится. Но, что дальше?

— Лезь! Я за тобой.

Умилка нехотя поползла на корточках в нору. Радим, пятясь, направился следом. Медведи не проявили беспокойства по поводу ускользающей добычи. Они так же медленно, как и раньше, приближались к людям.

Втиснувшись в нору на пяток шагов, Радим выставил перед собой клинок и остановился. Если звери сунутся — придется драться. Однако медведи не собирались идти дальше. Они улеглись у входа и стали ждать.

— Радим, что делать?

— Кабы я знал… Так они нас голодом уморят.

— Пойдем по ходу? Тут достаточно светло…

— Волшба…

— Ты боишься?

— Конечно, боюсь! Ничего хорошего от чародейства не жду. А тут аж стены светятся. Такого отродясь не видал.

— Светляки. Жучки такие. Я рассмотрела. Вот глянь, на ладони…

— Умилка! Осторожнее! Тут немудрено под заклятие какое попасть.

— Чего уж теперь бояться. Косолапые ход стерегут. Живыми не выпустят.

— Может, уйдут?

— Может… Будем ждать?

— Подождем.

Ночь укутала землю густой тьмой, а медведи так и не ушли.

— Ох, не люблю я такие вещи, — сказал Радим. — Но, пожалуй, пойдем ходом. Только чуть что опасное повстречаем — сразу назад. Договорились?

— Конечно, Радим!

Ход в глубине расширился. Беглецы смогли встать на ноги. Кроме того, стало явно светлее. То ли светляков прибавилось, то ли светить они стали ярче. Чуть позже под ногами появились каменные плиты.

— Ох, не нравится тут мне…

— А мне любопытно…

— Отважная ты, Умилка.

Скоморох был прав в своих предчувствиях. Ход начал ветвиться, постепенно превращаясь в лабиринт.

— Так… Мы, кажись, здесь уже проходили.

— Ты что, Радим! Мы все время вправо шли.

— Глянь на землю. Наши следы…

— Верно. Как тут все чудно…

— Пока не запутались, можно повернуть обратно.

— А куда? Смотри — наши следы и там, и там…

— Заплутали…

Радим тяжело вздохнул. Чего боялся, то и случилось. Как же он проворонил! Старался же дорогу примечать.

— Что теперь, Радим?

— Будем на плитах наш путь помечать. Вот так. Одним движением меча Радим процарапал плиту на полу.