Валерий Иващенко - Танцующее пламя

Глава 9. План.

– Эй, вы ещё долго валяться будете? – раздался голос. Айне запросто вошла в спальню и плюхнулась прямо на кровать, благо места от этого почти не уменьшилось. До ног парочки, валяющейся в постели, пришлось бы ещё изрядно проползти по-пластунски.

– А в чём дело? – поинтересовалась Аэлирне. Она взбила одну из подушек себе под спину, и улеглась повыше, не обременяя себя мелочами вроде натянуть одеяло или простыню.

– Утро прекрасное, завтрак опять проспали, у дверей в лабораторию изнывает от нетерпения Джейн, а ванная комната тут, оказывается, аж на первом этаже. Ярл сладко потянулся и зарылся поглубже в простыни, прячась от нахальных солнечных лучей, нескромно заглядывающих в большие стрельчатые окна. – Да, утро действительно прекрасное. Завтрак никуда не убежит, Джейн тоже. Что касается ванной, в виде исключения можешь сходить в мою. – он показал пальцем,

– в углу. Когда строили, я распорядился. Хотя по правилам, благородные дамы и господа должны принимать водные процедуры раз в неделю, лично я предпочёл бы немного почаще.

– Умница, – Аэлирне наклонилась и чмокнула его в нос. – Пошли, дочь наша. Я тоже с удовольствием окунусь.

– А ещё кто-то обещал показать нам свои подвалы. А когда-то – и ещё один замок, который с цветочными эльфами.

– Цветочных эльфов не бывает, – авторитетно заявила Аэлирне, безуспешно пытаясь дотянуться до шлёпанцев, не слезая с кровати. Затем ей это надоело, и она Знаком подтянула к себе мохнатые тапочки с помпончиками. В это время на столике у кровати заморгал и мелодично зазвенел её хрустальный шар. – Дорогой, это тебя. Шеф-палач. – протянула ярлу. И, не озаботясь иной одеждой, кроме кулона с аметистом, прошествовала в ванну. Айне уже была там.

– Ярл Valle.

– Нас не подслушивают? – послышался из шара обеспокоенный голос Берковича.

– Всё в порядке.

– По поводу последнего нашего разговора. ДА. Ярл помолчал, и видно было, как остатки сна улетучились без следа.

– Это точно? Неопровержимые доказательства есть? Беркович помялся. – Точно. Но с той стороны тоже не дураки. Все концы обрублены. Мои сыскари хоть и не из последних, но накопали слишком мало, чтоб припереть мерзавца к стенке. Поскольку глава тайной службы не был обременён дворянской родословной, а за время работы обзавёлся кучей недругов, то жизнь и здоровье Императора означали то же самое и для него самого. Стоит Самому зашататься, как и от Берковича не останется даже воспоминания. А посему, он трудился не за страх, а на смерть.

– Припереть мало. Только эшафот. Даже пожизненное заключение не спасёт наши головы, – голос ярла был задумчивым. – Но ты уверен, что информация и выводы достоверны?

– Не учите меня жить, – буркнул Беркович. – Я на посту уже семь лет, а до того сами знаете – армейская контрразведка. Школа суровая.

– Да помню, помню, – с досадой ответил ярл. – Значит, так. Со своей стороны тоже зачисть концы. Убери свидетелей, бумаги. Ну, тебя учить не надо – сам всё знаешь.

– Сделаем. Только, – голос Берковича дрогнул, – Есть подозрения, что где-то в замке того есть ещё что-то, кроме ноготков. Добыли как-то.

– Значит, он не остановится. – нахмурился ярл. – Тогда убери всё, что возможно, и ещё вдвое против того. И… сходи к надёжному магу, пусть тебе немного память почистит. Скажем, за последние два дня.

– А…

– Не дёргайся, и забудь обо всём, – убедительно произнёс ярл, – Это лучший совет, который я могу тебе дать.

– Понял. До встречи, ваша светлость.

Маг в алом плаще зашёл в комнату в нижнем, тщательно охраняемом подвале, и запер за собой дверь. Хозяин уехал на охоту, а пока приказал приготовить все необходимые компоненты и наложить заклинание. Проверив всё ещё раз, маг достал из ларца что-то, положил в центре тщательно рассчитанной и трижды выверенной звезды. Раскрыл книгу, положил её на бюро между двух неярко горящих свечей – чтобы не отвлекаться на ерунду вроде магического светильника. Да, время самое подходящее. Звёзды благоприятствуют – Змея в доме Льва! Однако, едва он произнёс несколько фраз своим чуть дребезжащим голосом, как из-за заваленного свитками, склянками и тиглями стола к нему метнулась хищная тень. Арргх! Голова незадачливого колдуна улетела в угол, а тело нелепо загребло воздух руками и рухнуло на пол, разливая тёмную лужу. Тень принюхалась к предмету в центре гептаграммы, схватила её и исчезла.

Всадник на великолепном жеребце вырвался далеко вперёд своих спутников. Те мчались на звук охотничьего рога и крики загонщиков. А предводитель их, миновав узкую лощину, на несколько мигов скрывшую его от свиты, погнался за огромным, матёрым чёрным волком, невесть откуда вывернувшимся прямо под ноги коня. Глаза брата Императора горели – никогда ещё на его охотничьих землях не попадалась такая достойная добыча. Не иначе, как спугнули семью волков в буреломе, и самец теперь хотел увести погоню от самки с волчатами. Он буквально двумя движениями пасти искалечил двух великолепных гончих, и теперь за ним гнался только один человек. Вот наездник настиг волка, нанёс удар. Но стальной наконечник охотничьего копья только скользнул по вздыбившемуся загривку и с хрустом сломался о гранитный валун в каменистом распадке, куда охотник загнал свою добычу. Волчара мгновенно увернулся и, словно поняв, что отступать некуда, а всадник лишился своего оружия, бросился в безнадёжную последнюю атаку. Жеребец яростно, злобно захрапел и встал на дыбы, почуяв тяжкий удар в бок и треск своей шкуры, рвущейся под зубами хищника.

– Какой… – всадник уже выскочил из седла, демонстрируя изрядную выучку и опыт. В правой руке он уже сжимал длинный, в локоть, охотничий нож, а левой достал из ножен узкий кинжал. Чуть пригнувшись, пошёл на зверя. – Придётся немного попортить тебе шкуру, но всё равно, такой добычи в моей коллекции никогда не было, и наверно, равной уже не будет… Волчара тихо рыкнул, и, чуть прижавшись к щебню на берегу выбивавшегося из-под камней ручейка, приготовился к схватке. Миг – и тяжёлое косматое тело прыгнуло, поймав человека на неустойчивой позе во время шага, ударило лапами в грудь. Не обращая внимания на вонзившиеся в него лезвия, зверь нашёл горло и рванул его клыками. Жеребец, пошатываясь и роняя наземь почти чёрную струйку крови, всхрапнул и неуверенно заржал. Хищник же, послушав хрип и бульканье дёргающегося в агонии принца, задрал к ещё туманному небу окровавленную пасть и завыл. Тем самым протяжным и заунывным, вытягивающим душу воем, от которого путники, застигнутые в дороге, оглядываются, хватаются за оружие и быстрее нахлёстывают лошадей. Затем, подошёл к ручью, отхлебнул, прислушался, и бесшумно исчез в мешанине камней и поваленных деревьев на той стороне.