Майя Перцулиани - Школа Мертвого искусства

— Добро пожаловать домой, милая, — тихо сказала она.

— Я очень соскучилась, — ответила я, оторвавшись от нее и посмотрев на заплаканное лицо.

— Ты изменилась, — она пригладила мои волосы, — Мы поговорим дома, хорошо?

Я кивнула.

Когда мы выехали на шоссе, где было уже нормальное, свободное движение, мама сказала:

— У всех твоих друзей тоже каникулы. Они будут рады тебя видеть.

Улыбнувшись, я ответила:

— Да, я тоже.

Кстати, о друзьях. Я достала из кармана давно забытый телефон и нажала кнопку включения. Когда приветствие закончилось, телефон стал разрываться от выстрелов, оповещая о том, что пришло сообщение. Давно не слышала этих звуков. Зажав пальцем динамик и переждав звуковую трехминутную войну, я посмотрела на экран. "У вас 98 новых сообщений". Сколько?! Ох ни фига себе!

— Вот зараза! — возмутилась я.

— Что случилось? — испугалась мама.

— Посмотри! — я показала ей телефон.

Она широко улыбнулась.

— Видимо, по тебе очень соскучились.

— Соскучились?! — чуть ли не задыхаясь от злости, выдавила я, — Да они меня вообще забыли. Гады. Мне в день ито больше приходит! Ну, погодите. Я вам еще припомню… — заворчала я.

Мама засмеялась.

— Как же я соскучилась по твоим вечным возмущениям.

— Думаю, я восполню все запасы за прошедшие полгода, еще и прибавлю сверху на год вперед.

— Нет, ты не изменилась, — констатировала она.

Подувшись еще пару минут, я принялась за чтение сообщений. В основном спрашивали как дела, куда пропала, почему не отвечаю. Тайлер написал что сломал ногу, неудачно приземлившись на скейте, Элиза жутко по мне соскучилась и ей не в терпеж меня увидеть, Катерина очередной раз поссорилась со своим молодым человеком, и подобных ее сообщений пришло несколько штук. Смотрю, не особо, что изменилось. Хотя Миша меня порадовал тем, что они продолжают нашу традицию и издеваются над преподавателем истории, так что его уже пинками загоняют к ним в кабинет. Весело проводят время, честно говоря, завидую даже. Но и у меня выдалось веселое время.

Когда я покончила с чтением сообщений, повернулась к сосредоточенной на дороге матери:

— Как папа?

— Он приедет сегодня вечером. Останется на две недели.

— Хорошо, давно его не видела, — улыбнулась я.

— Его совсем загоняли на этой работе, — обвиняющим тоном сказала она.

Это еще мягко сказано. Я его вижу раз в год, ито если повезет.

— И сколько он еще будет работать над этим проектом? — спросила я.

— Точно не знаю, — выдохнула мама, — но вроде уже заканчивают.

— Ясно, — пробубнила я и уставилась в окно.

Кондиционер нагнетал в машину холодный воздух. Мы ехали, через жилые кварталы. Улицы были пусты. Все на работе. Во дворах играли детишки. На ступеньках сидели мамаши; ни разу не видела, чтобы с детьми оставались отцы. Когда мы свернули на наш переулок, на меня нахлынула ностальгия при виде места, в котором выросла. Вот мистер Зигфрид, как всегда выгуливает своего пекинеса по кличке Рикки, но у меня, как и все остальные животные, он ассоциируется только с Бобиком.

Мы уже подъезжали к нашему дому, который ничуть не изменился за все это время. Заехав на подъездную дорожку перед гаражом, я вышла из машины, улыбаясь сама себе. Как же мне всего этого не хватало!

— Рада, что дома? — спросила мама.

— Ага, — кивнула я, вытащив с заднего сидения вещи.

— Твоя комната ждет тебя.

Мое сердце замерло при виде знакомых стен, мебели и домашнего запаха. Рывком, побежала по лестнице наверх, при этом ощущая детские эмоции счастья и радости вперемешку с волнением. Я дома! Распахнув дверь комнаты, зажмурилась от ударившего в глаза резкого света. Как всегда солнечно. Кровать, компьютер, музыкальный центр, белый ковер с длинным ворсом, стены, выкрашенные в красный и натяжной потолок, расписанный в виде звездного неба. Все это я словно вижу впервые. Бросив сумку на пол и прислонив скейт к стене, с разбегу приземлилась на кровать. После жестких условий в школе, она показалась непривычно мягкой. Уж очень. Почти то же самое, что перелечь с пола, на обычную кровать с двойным матрасом.

Провалявшись минут десять, я лениво скатилась со своей любимой кроватки и спустилась вниз. Мама разговаривала в кабинете отца по телефону, и я решила ей не мешать. Пройдя через кухню, взяла со стола красное яблоко, и вышла на задний двор, где меня поджидал не менее любимый, чем кровать, гамак. РОДНЕНЬКИЙ! Я со вздохом облегчения прошаркала к нему и улеглась в его твердые сети, ликуя от счастья. Меня не было всего полгода, а так соскучилась за всем этим, словно прошло не менее пяти лет. Здесь всегда во всю печет солнце, и стало жарко лежать на открытом пространстве. Дул легкий прохладный ветерок. Шелест деревьев приятно радовал слух. Почти то же самое, когда идешь по лесу к домику миссис Монтер; вот только изредка доносившиеся звуки машин с улицы, не давали возможности полностью углубиться в свою фантазию. Я услышала звонок, эхом прокатившийся по дому. Интересно, кто это может быть? Учитывая, что мать занята разговором по телефону, придется идти и открывать мне. Звонок повторился, и мне пришлось побежать, чтобы не заставлять гостя ждать.

— Да, иду я! — пробубнила себе под нос я и открыла дверь.

На пороге стояла моя подруга Элиза Стеллер. Кудрявая блондинка с тонкими чертами лица, голубыми глазами и фигуркой, которая покорила не мало мужских сердец. Она широко улыбнулась и, завизжав от счастья лицезреть меня любимую, повисла на моей шее прыгая как попрыгунчик.

— Задушишь ведь, — прохрипела я.

Она отпрянула от меня, все еще держа за плечи. Я искренне улыбнулась. Черт, как же рада ее видеть.

— Джес, неужто это ты! — воскликнула она, — Ты отрастила волосы. Но как? Так быстро!

— Давай по порядку. Притормози, — засмеялась я.

Она словно не услышала моих слов и снова повисла на моей шее.

— Я по тебе очень скучала!

— И я по тебе. Давай зайдем, а то уже люди странно на нас косятся.

Бросив взгляд на улицу, она забежала в дом, не выпуская мою руку из своей.

— Здравствуйте, миссис Кловер! — сказала Элиза, когда моя мама вышла из кабинета.

— Здравствуй, Элиза, — улыбнулась она, — Как ты?

— Все просто отлично!

— Так, — мама демонстративно сделалась серьезней, но все еще держа в глазах улыбку, — Когда вы по отдельности, — это происшествие, но когда вы вместе — это катастрофа! Так что не доводите до вызова пожарных и скорой помощи…

Мы с Элизой засмеялись.

— Постараемся, — усмехнулась я, и повела свою подругу на задний двор.