Павел Кошовец - Три удара колокола

Но, вообще-то всё происходящее выглядело не совсем так, как представлял себе гоблин. Начать с того, что, судя по реакции, их тут ждали, а это противоречило утверждениям нанимателя Изила, этого драконьего выкормыша, представившегося хозяином трактира, и перед входом слинявшего на задний двор - якобы он с ними не знаком. А тёмные, по его плану, из-за суеты и внезапности предложения, утверждённому Худуком практически сразу, зайдя в кабачок промочить горло, должны затеять ссору с требуемыми людьми, и, выведя их на свежий воздух, пришибить. Элементарная задача. Вот только, кажется, этими "требуемыми" являются все теперешние посетители заведения, рожи которых по колоритности и безобразности запросто могли поспорить с физиономиями тёмных, тех же уруков или орков. А это значит... Сзади повторно хлопнула дверь и проскрежетал засов, запирающий её, и ещё один амбал увеличил количество "посетителей" до пяти. Такая себе мышеловка для тёмных. А люди, сидящие здесь, скорее всего, представители "ночного" братства, тройку членов которого совсем недавно тролль и гоблин лишили возможности дышать благословенным воздухом Веринии.

Худук почувствовал, что начинает злиться. Попасть в такую элементарную ловушку - стыдоба. Надо предупредить Рохлю, чтобы не рассказывал товарищам об этом грустном эпизоде, а то засмеют, особенно эльф. А ещё гоблин костерил Изила - подставилу, драного актёра, проведшего его, матёрого наёмника, вокруг пальца. Ну, он ещё доберётся до него!

Рохля, не заметивший тонкостей изменения их положения, тщательно проинструктированный, тяжело протопал к стойке, грохнул кулаком по ней - аж кружки подскочили, а некоторые из людей дёрнулись - и проревел:

- Хозяин, пива, жрать охота!

Заминка в удар сердца, потом один из-за ближайшего стола, угрюмый лысый дядька с рыжими бакенбардами и исполосованными татуировками с вполне кандальными сюжетами, голыми руками, бросив короткий взгляд в "невидимый" угол, поднялся, прошёл за стойку и спустя короткое время выставил две большие кружки с пенными шапками.

За это время помимо журчания наливаемого напитка было слышно лишь пролетающую муху. Худук прошёл к пустому столу, фактически окружённому недоброжелателями, сел и, независимо уставившись в потолок, забарабанил пальцами по столешнице.

Тролль, получив вожделенный напиток, не уходя далеко, одним глотком вдул литровую кружку. Крякнул, обтёр рукавом губы, улыбнулся "бармену" своей фирменной клыкастой улыбкой, и совсем уже "добрым" голосом пророкотал:

- Ещё давай пива-а, жрать охота. Маме нада-а ма-а-аленько большого, - ткнул когтём в полную кружку. - А мне многа-а ба-а-альшого. И жрать давай, жрать охота!

- Нет еды, - флегматично бросил "бармен", слегка напрягаясь при этом - близость здорового тролля его, не самого хилого из племени людей, явно тяготила.

- Ка-а-ак нет? - удивление было столь всеобъемлющим, обида такой по-детски большой, что Худук невольно пожалел своего воспитанника, и махнул рукой, подзывая. И тот, выпятив нижнюю губу с парочкой притягивающих взгляд клыков, притащил три кружки, грохнул их на стол, аккуратно пристроил зад на с виду крепкую, но жалобно затрещавшую скамью, в расстроенных чувствах ополовинил следующую ёмкость, и преданно уставился на гоблина.

Худук же лениво сдул пену со своей кружки, покрутил носом, впитывая запах, брезгливо скривился и сделал небольшой глоток. С потреблением он решил пока повременить, а то хмель имел неприятное свойство выбивать предохранитель у гоблина, после чего тот мог натворит дел, не очень приветствуемых на землях людей. Ему понадобится чистый разум. Это для Рохли, для его туши, пиво - тонизирующий напиток до бочки, на боевых качествах никак не скажется, может, злее будет. А ему надо погодить.

- Ну и что это за сборище недобитых тараканов мы тут наблюдаем? - бросил Худук в воздух, не дождавшись первого шага с противоположной стороны.

- Это ты недомерок зря сболтнул, - набычился бугаистый парень из-за левого столика, делая вид, что поднимается.

- А то что, - зло прищурился гоблин совсем не испуганно, - пузом своим задавишь? - у парня действительно при всех своих нешуточных размерах, это была самая внушительная часть тела. - Смотри, чтобы воды не отошли.

- Да я тебя!.. - побагровел тот, замахиваясь кулаком, скамья из-под него вылетела, и он бешеным носорогом попёр на них.

Худук только презрительно посмотрел на него и спокойно отвернулся. Можно было начинать тревожиться за потенциального самоубийцу, но, как выяснилось, не стоило. Тролль, чуть приподнявшись, просто выставил на пути спешащего кулак... и тот не смог его обойти.

Глухой звук, словно встретились запущенная кем-то огромная коровья лепёшка и скала. А потом амбал ссыпался вниз, к ним под стол, с таким обиженным выражением на лице, как и у Рохли недавно.

Тролль встал (казалось, кроме кулака, ничто в его организме не заметило этого мимолётного эпизода), недоверчиво заглянул в кружку (вначале одним глазом, потом другим), наклонил её и выставил язык, на который упала единственная капля. Покачал головой, что-то нечленораздельно бурча, и, подхватив пустую тару, переступив неподвижное тело, снова направился к стойке.

Худук восхищённо цокнул языком вслед ему, а татуированный мужик, что успел вернуться за стол, поспешно вскочил и чуть ли не бегом, врезавшись в косяк стойки примчался на "рабочее место".

Гоблин весело обвёл глазами зал - хмурые рожи струхнувших городских бандитов его только забавляли. Несмотря на то, что каждый из них в два, а то и в три раза был больше. Люди - такие предсказуемые и трусливые! Любого разумного можно, по идее, напугать. Но вот тёмные от "наезда" скорее разозлятся, светлые - упрутся, а люди... Естественно, это не всех касается - вон, Ройчи, например... М-да, неудачный пример - он скорее исключение из всех правил.

- Что ж, можно ещё посидеть, - бодро произнёс он. - Но предупреждаю: это до поры до времени, пока в кабаке есть пиво. Я не против - пусть малыш побалует себя. Но вот потом может быть худо, - и опустил свою зелёную физиономию с несходящей улыбкой в кружку.

- Эй, тёмный, ты ответишь за наших братьев... - начал кто-то, и Худук резко обернулся к говорившему.

- О чём это ты? - вопросительно вскинул брови, глядя на седого, всего в шрамах пятидесятилетнего мужчину, спокойно встретившего колючий взгляд тёмного. - Не помню никаких братьев, которые к тому же то ли немые, то ли вообще не умеют говорить, раз за них кто-то посторонний должен отвечать.

- Ты понял, зелёный, о чём я говорю, - уверенно бросил тот.

- Нет, это ты не понял, с кем разговариваешь! - процедил Худук, стирая с лица ухмылку, и влезая на табурет, чтобы лучше контролировать происходящее (главное, не подставиться под арбалет или иное метательное оружие). - Мне ваши разборки с королями до одного места, которое дракон хвостом подмахивает. Но на хамство любой тёмный отвечает ножом в пузо, даже если у тебя дядя - герцог, а тётя - королева нищих. Поэтому - да, признаю, пересеклись мы с вашей троицей: клоун и два шкафа, но повели они себя невежливо - на простые вопросы отвечали грубо и всё время пытались продемонстрировать ширину грудной клетки... - Худук залез на стол и сел на корточки. - В общем, не получилось у нас конструктивного диалога по их вине, - задумчиво поковырялся в зубах длинным когтём, сплюнул в сторону. - А потом, правда, всё наладилось, но так уж сложилось, что они немного... умерли...