Максим Субботин - Ключ к искуплению

У Сергея руки чесались зарядить Рынде так, чтобы тот подавился собственными зубами. Однако и смену готовят себе Золотые башни. Ничего не скажешь.

От погоста к деревне почти бежали. Сгущающиеся тени гнали в спину, напирали с боков, норовя уцепиться за одежду, остановить.

Холод отступил.

Первым делом направились к часовне волхва. Ни у границ деревни, ни на ее улицах людей не заметили, но зато свет горит почти в каждом доме. Похоже, местные жители предпочитали пережидать ночь в кругу семьи. Что ж, оно и правильно. Нечего шататься по улице, когда совсем рядом завелась такая гадость, как только что уничтоженный черный исполин.

Внутри часовня оказалась донельзя тесной. В зале, если его так можно назвать, одновременно, не мешая друг другу, могло поместиться человек десять, не больше. Но очень чисто. Доски под ногами буквально блестят в свете немногочисленных, но больших свечей. Свечи установлены в кованых подсвечниках весьма изящной работы. В воздухе пахнет ладаном. Со стен на гостей смотрят образа, насколько понял Сергей, тех самых предков, на помощь которых и надеялся Мешко. В отличие от изображения святых на иконах, привычных Сергею, предков изображали скорее в их натуральном виде, без излишней утонченности в чертах и покорности во взгляде. С небольших расписных дощечек взирали мужчины с окладистыми бородами. Большей частью — воины. Но встречались и представители вполне мирных профессий — таких как, кузнец. Людей старались изображать в деле, за привычным им ремеслом, будто выдергивали кадр из жизни.

— Кладите его сюда, — волхв кивнул на Сборщика, затем указал в центр зала, где на полу лежала грубая циновка. — А теперь — идите с добром. Идите, не стойте над душой. Я попрошу за него перед предками. Чужое присутствие ни к чему. Да, — с этими словами он настойчиво выпроводил всех на улицу и следом захлопнул дверь. — Не входить. Я сам позову, ежели понадобится помощь, — прокричал уже из-за двери. — Идите, поешьте…

Помощники Драгана Эйча переглянулись.

— Все равно придется ответ держать, — проговорил Курбат. — Идем к наставнику.

Рында колебался.

— Ладно, пойдем. Только ты не говори, что меня несли. Хорошо? И извини за то, что… там…

— Не скажу. Идем.

— Как его зовут? — нарушил тишину Сергей, когда помощники скрылись в вечерней полумгле.

— Кого? — не поняла Дарина.

— Сборщика.

— Сборщик. У них нет имен.

— Почему?

— Не знаю. Так повелось. Сборщики теряют имя, как только вступают в братство. Считается, с этого времени они исчезают из мира смертных и переносятся в мир теней. В мир мертвых, где имена не имеют значения.

— Неудобно же общаться. Как обращаться, если их несколько?

— Не задумывалась об этом, — пожала плечами девушка. — Пока никто не жаловался. Да и не общаются с ними почти.

— Как деревенским удалось донести до них послание?

— Вот этого не знаю. Вполне возможно, что братство Сборщиков имеет более сложную структуру, чем думает большинство. Вполне возможно, что у них есть что-то вроде представительств или людей вне братства, выполняющих работу связных или информаторов.

— Интересные вы, — Сергей прислонился к стене часовни. — Чего ни спросишь — кругом недоговоренность, двойное дно или ложь. Как вы с этим живете?

— Мы? — удивилась Дарина.

— Ну да. И я тоже… А ведь что мы гадаем? Проще всего найти того посыльного, кто относил письма. Он же местный?

— Должно быть… А зачем тебе?

— На будущее. Вдруг пригодится.

— А я бы не стала лезть в секреты Сборщиков глубже, чем мы уже в них залезли.

— Не так уж и глубоко. Как думаешь, почему нашего друга долбануло сильнее всех? Мне показалось, что та дрянь больше воздействует на неподготовленное сознание.

— У Сборщиков сильно обострено восприятие. Они чувствуют смерть. Что, если именно эта особенность делает их уязвимыми к тому вою?

— Как вариант звучит довольно правдоподобно, — Сергей отлепился от стены. — Пойдем, что ли, тоже поедим. Я устал как собака. Здесь все равно делать нечего.

— А Драган Эйч?

— Шел бы он… Если бы действительно хотел говорить и разбираться — не сбежал бы впереди всех. Тем более ты же слышала: я универсальный маг, — Сергей усмехнулся. — Что мне какой-то практикующий наставник?

— Надеюсь, ты шутишь.

— Шучу-шучу, но есть хочу и голодать не собираюсь. Идем.

Дарина бросила взгляд на плотно закрытую дверь в часовню.

— Хорошо, пойдем. Надеюсь, отцу Мешко будет сопутствовать удача.

Ночь все больше брала свое. Небо еще светлело, но деревенская улица утопала в полумраке.

— Почему ты помог Рынде? — спросила Дарина.

— Я помог Курбату.

— Пусть Курбату. Зачем?

— А почему нет? Была возможность — и помог.

— Они никто для тебя.

— Почему ты поехала со Сборщиком? Кто для тебя все эти люди? А в желтоглазых тварей ты и вовсе не веришь.

— Меня кормят ноги. Больше узнаю — больше шансов заработать. Хотя бы на информации.

— Понятно. Выгода прежде всего?

— Да, — Дарина уставилась на Сергея, будто ожидала от него продолжения темы. Но он решил не лезть не в свое дело. В конце концов, не ему решать, как ей жить.

— Скажи, а что с этими двумя будет, если они не пройдут практики?

— Ничего страшного, не беспокойся. Просто не станут полноправными адептами Золотых башен, но это не лишит их сил. Обычно таких, как они, отправляют в небольшие города и селения. Там всегда нужна помощь мага. Защитить от лесного зверя, помочь с огнем или избавить поле от засухи. Мало ли дел? Их не будет в Большом Собрании, и это крест на дальнейшей службе. Дождаться повышения смогут единицы.

— Почему?

— Жизнь такая, — Сергею показалось, что девушка улыбнулась. — Болезни, мелкие стычки в кабаках. Участие в набегах на соседей.

— На своих же?

— Конечно. Почему нет? Увести стадо коров или смазливую девку.

— А что вообще дает членство в Малом Собрании?

— Власть, деньги, уважение. Члены Малого Собрания управляют Золотыми башнями и распределяют самые дорогостоящие заказы. Они почти не занимаются прикладной магической практикой. В основном — теорией, какими-то тонкими изысканиями.

— Большое Собрание — это все остальные маги?

— Все, кто успешно прошел обучение и сдал выпускные испытания. Члены Большого Собрания имеют право селиться непосредственно на территории Золотых башен или получают наделы земли рядом с ними. Ежегодно каждый из них часть заработанных средств жертвует в пользу Золотых башен, но и работу они получают тоже от них. Некоторых отряжают наблюдать за жизнью тех, кто не сдал испытания. Были случаи, когда они (то ли от обиды, то ли от нехватки денег) присоединялись к разному отребью. А это пятно на репутации всех адептов. Такие пятна обычно стираются. Очень быстро.