Патриция Бриггз - Скрещенные костями

- Нет. Твое имя никогда не соскальзывало с их губ, как только ты ушел. - Это была правда, но я видела, что его рот напрягся. Ему это не понравилось. Не любил, когда его домашние животные не оказывали ему внимание. Это был первый признак слабости, который я видела. Я не уверена, будет это полезно или нет. Но я запоминала все, что удавалось узнать.

Знай своего врага.

- Я имею дело с боеприпасами … специальными, - сказал он, глядя на меня прищуренными глазами. - Большинство из них совершенно секретные материалы правительства. Я, например, очень успешно разрабатываю различные боеприпасы, предназначенные для убийства оборотней. У меня, между прочим, есть серебряная версия старого Черного Когтя. Серебро - паршивый металл для патронов; оно не расширяется. Вместо этого, быстро распространяется, единственное, что раскрывается, как цветок.

Он развел руки и стал похож на морскую звезду.

- И потом, есть такие очень интересные дротики с транквилизатором дизайна Джерри Уоллеса. Теперь это стало сюрпризом. Я бы никогда не подумал использовать ДМСО как систему доставки серебра - или пистолет с транквилизатором, как систему доставки. Но в свое время его отец был ветеринаром. Поэтому средства могут оказаться полезными.

- Ты знал Джерри Уоллеса? - спросила я, потому что ничего не могла поделать. Я откусила, как будто мой живот не был стиснут, так он не подумает, что ответ имеет слишком большое значение.

- Сначала он приехал ко мне, - сказал Блэквуд. - Но меня не устроило, сделать так, как он просил… Маррок был немного крупнее, чем цель, которой я хотел заниматься. - Он виновато улыбнулся. - Я, по сути, ленивое существо, как говорил мой создатель. Я послал Джерри в путь с идеей разработки супер-оружия против оборотней в некоторой замысловатой схеме, обреченной на неудачу, и заставил забыть, что он был у меня вообще. Представь мое удивление, когда мальчик действительно придумал что-то интересное. - Он мягко улыбнулся мне.

- Ты должен быть бдителен - Бран близко, - сказала я ему. Я схватила кувшин с водой и вылила ее. - Он более проницателен, что позволяет той всеведущей штуке, лучше работать на него. Если бы ты рассказывал нам все, что знаешь, они не задавались бы вопросом о вещах, которых ты им не говоришь. Бран… - я пожала плечами. - Ты просто знай, что он знает, о чем ты думаешь.

- Эмбер, - сказал вампир. - Убедись, чтобы твой муж и мальчик, который не является его сыном съели свой обед, поняла?

- Конечно.

Чад положил холодную руку на мое колено и сжал.

- Ты говоришь так, будто это открытие.

Выдохнув, я продолжила: - Ты также должен работать над своими словесными боеприпасами. Корбан всегда знал, что Чад не его биологический сын. А для него это не имеет значения. Чад - его сын.

Ножка бокала, который держал вампир, сломалась. Он тщательно сложил осколки на пустую тарелку. - Ты не достаточно боишься меня, - сказал он, очень тщательно произнося каждое слово. - Возможно, пора проинструктировать тебя.

- Прекрасно, - ответила я. - Спасибо за еду, Эмбер. Позаботься о себе, Корбане и Чаде.

Я встала и подняла вопросительно бровь.

Он думал, что это была глупость, что я не боялась его. Но если ты дрожишь в страхе в стае оборотней, вот это действительно глупо. Если ты боишься долгое время, то даже у волка с хорошим контролем начнутся проблемы. Скажем так, я очень хорошо научилась скрывать свой страх.

Злить Блэквуда было глупо. Если бы он убил меня в первый раз, ну, по крайней мере, это была бы быстрая смерть. Но чем дольше он позволял этому продолжаться, тем больше я понимала, что он нуждается во мне. Я не могла себе представить для чего, но я была ему нужна живой.

Мое несчастье он воспринимал, как вызов. Мне стало интересно, что он подумал, что пугал меня больше, чем Эмбер, прежде чем я поймала себя на том, что с трудом держусь за мысль. Не было никакого будущего, просто вампир, и я стою у стола.

- Идем, - сказал он и пошел вниз по лестнице.

- Как ты можешь жить при свете дня? - спросила я его. - Я никогда не слышала, о вампире, который мог ходить в течение дня.

- Ты - то, что ты ешь, - сказал он неясно. - Мой создатель так говорила. Человек, что такое человек. Она не позволяла мне питаться от пьяниц или людей, которые употребляли табак. - Он засмеялся, я не позволяю себе думать о нем, так зловещее. - Эмбер напоминает мне немного ее …, что касается питания. Ни одна из них не была неправа. Но мой создатель не осознавало все последствия того, что она говорила. - Он засмеялся снова. - Пока я не поглотил ее.

Дверь в комнату, в которой я проснулась, была открыта. Он остановился и выключил свет, когда мы проходили мимо.

- Ненужно тратить впустую электричество.

И тогда он открыл еще одну дверь, в гораздо большую комнату. Комнату с клетками. Здесь витал запах канализации, болезни и смерти. Большинство клеток были пусты. Но в одной клетке был человек, голый, свернувшийся на полу.

- Ты видишь, Мерседес, - сказал он. - Ты не первое редкое существо, которое будет моим гостем. Это - оукмен. Он у меня уже … Сколько времени ты принадлежишь мне, Доннел Гринлеаф?

Фейри пошевелился и поднял лицо от пола. У него должно было быть крупное телосложение. Оукмены, я помнила из старой книги, которую я заимствовала, не были высоки, не выше четырех футов, но они были крепкими "как хороший дубовый стол". У этого были только кожа да кости.

Сухим голосом, как в разгар лета в Тройном Городе, он сказал, - Четыре десятка лет и дюжина и один. Два сезона и восемнадцать дней.

- Оукмен, - сказал Блэквуд, с нотками самодовольства, - названы в честь дубов, питаются только солнечным светом.

Ты - то, что ты ешь.

- Я никогда не пытался выяснить, возможно ли жить при свете дня, - сказал он. - Но он спасает меня от возгорания, не так ли, Доннел Гринлеаф?

- Мне выпала честь нести на себе это бремя, - сказал фейри, безнадежным голосом, смотря в пол.

- Так что получается, ты похитил меня, чтобы научится перевоплощаться в койота? - недоверчиво уточнила я.

Вампир улыбнулся и проводил меня к довольно большой клетке, с кроватью. Там также стояло ведро, из которого исходил запах канализации. Пахло все это Корбаном, Чадом и Эмбер.

- Я могу оставлять тебя в живых, долгое время, - сказал вампир. Он схватил меня сзади за шею и толкнул в сторону клетки, в то время как он стоял позади меня. - Может быть, даже дольше твоей естественной жизни. Что?

Нет умных комментариев?

Он не видел смутную фигуру, что стояла передо мной с прижатым ко рту пальцем. Она выглядела так, будто ей было от семидесяти до ста лет, когда она умерла, а при жизни будто была женой Санты, она была вся округлена и сладка.