Анастасия Рул - Мелодия тьмы

Пока я в шоке смотрела на иглы, застывшие в оболочке прямо перед моим носом, огневик уже кинулся к другому шару, быстро сообразив, что к чему. Он также застыл перед шаром Теона, заставив поменять направление оставшихся пяти ящериц, и через пару секунд шар хидо покрылся такими же иглами, что и мой.

Недовольные ящерицы, поняв, что израсходовали весь свой боевой запас, развернулись и, сердито сопя, поскакали обратно по кочкам. Азей облегченно перевел дыхание, но не тут-то было! В пылу своего бегства он не заметил фигуру в бледно-желтом тумане, которую привела в ярость находчивость огневика. Незнакомец выпустил своего прирра, а я испуганно вскрикнула, пиная ногой по растрескавшейся поверхности шара:

— Азей! Позади! Беги, дурак!

Мой друг обладал прекрасной реакцией, вместе с услышанным воплем он ловко отскочил назад и быстро поскакал по кочкам в обратную сторону. Преграда передо мной наконец-то с громким звоном разбилась, падая острыми осколками в болотную жижу, и я поспешно высвободила прирра из своей крови. Тот зарычал, привлекая внимание своего давнего соперника, который тут же забыл об огневике, увидев старого врага. Азей был спасен, а два черных прирра опять сцепились в драке.

Теон тоже времени зря не терял, ударами ног ускоряя процесс разрушения своего шара. Едва осколки шара очутились в мутной воде, как он кинулся на фигуру в тумане, на ходу доставая меч Света.

— Хозяйка, — подскочил ко мне Авис.

Я кивнула головой, без слов поняв духа меча. Ощутив черную рукоять в своей руке, я побежала на помощь Теону, перекидывая черное пламя с руки на лезвие клинка. Мы с ним не успели совсем чуть-чуть — фигура незнакомца скрылась в портале, забыв забрать своего прирра.

Я выругалась, поняв, что этот гад опять ушел, и развернулась к тому месту, где бились в драке два прирра. Но моя помощь не понадобилась: мой прирр ловко извернулся и достал-таки до шеи противника. Раздался вой, а я вдруг заорала:

— Нет! Прекрати! Остановись, прирр! Авис, я не могу слышать их крики! Как их высвободить?

Голос меча зазвучал в моей голове:

— Я не знаю.

Азей, который к тому времени вернулся назад и подошел ко мне, подергал за мой рукав со словами:

— Вась, а, Вась! Теона попроси. Его меч может легко разрубить связь между душами в прирре.

— Теон! — тут же позвала я парня, который хмуро смотрел на двух прирров. — Пожалуйста, сделай это! Разруби связь своим мечом между душами того, умирающего прирра!

Хидо колебался недолго. Прыгая по кочкам, он приблизился к двум приррам, один из которых рычал, а другой выл, поднял меч и быстрым движением вонзил клинок в прирра нашего врага. Черный зверь, пронзенный мечом, затих, из его тела вырвался столб света, и по воздуху закружился черный пепел — души, связанные и запертые на много лет, получили, наконец, свободу. Теон покосился на моего прирра, но не стал убивать его, а сухо сказал:

— Прирр, ты жив только потому, что я беспокоюсь за жизнь твоей хозяйки. Защищай ее, пока меня рядом не будет.

Он развернулся и направился ко мне, быстро перешагивая болотные впадины. Теон встал рядом, поднял мое лицо за подбородок, и, глядя прямо в глаза, сказал:

— Я люблю тебя. Помни, ты выбрана хидо, тем, кто никогда не проигрывает. И еще… Те ягоды чичи, что я дал тебе… Это просто сладкие ягоды, способные улучшать зрение, и ничего больше. Желание, что ты испытывала, вызвано не ими.

Он нежно прикоснулся к моим губам в поцелуе, потом быстро отошел от ошарашенной меня, и вызвал Камиллу из меча. Дух меча Света послушно вошла в его тело, и Теон, не оглядываясь назад, нырнул в сердце Спящего, кольца которого двигались ужасающе медленно. Его свернуло также, как и ребят до него, в позу материнского зародыша. Серая дымка свернулась в ледяные капельки, а сфера, получив новую силу из тела адепта Света, медленно начала ускорять движение колец.

Неожиданно для себя, я заплакала. Почему все так повернулось? Почему все стало в тысячу раз хуже, чем когда я просто пряталась от всего мира в Светлом Лесу?

— Вась, не плачь, — жалобно пробормотал рядом со мной Азей, сам зашмыгав носом. — А то я тоже начинаю плакать. У-у-у!

— Хозяйка! — внезапный окрик Ависа неприятно резанул по моим ушам. — Хозяйка, слева от вас! Портал!

Сквозь слезы на глазах я посмотрела влево: там открывалось окно портала. Авис сам, без моего приказа, влился в меч, который яростно сверкнул в моей руке черным камнем. А из портала вылезла фигура, окутанная бледно-желтым туманом. Наш враг и не думал уходить далеко, он уходил лишь на время.

Я напряглась, поднимая меч перед собой, Азей отступил за мою спину, и мы замерли, глядя на приближающую фигуру.

— Кто ты? Черт возьми, хватит прятаться! Покажи свое лицо! — прокричала я, не сводя глаз с капюшона.

Знакомый запах пота ударил в нос, и фигура, наконец, откинула свой капюшон. С тихим ужасом я смотрела на знакомые до боли черты того, чью смерть оплакивала недели две назад.

— Давно не виделись, внученька! Хи-хи-хи… — лицо Угрима растягивалось в знакомой до дрожжи улыбочке. — Вижу, ты рада меня видеть!

Туман пропал, стал виден горб на спине, и его железный протез вместо левой ноги. Глядя на мое ошалевшее лицо, старикашка довольно захихикал, хлопая себя по животу.

— Угрим! Почему ты?.. Как?… Почему?… — растерялась я.

— Не все сразу, внученька, — хихикнул мерзкий старикашка. — Для начала…

Он выкинул руку вперед, и я вскрикнула, чувствуя, как мое тело охватывает ледяной воздух. Стало трудно дышать, и я закашлялась. Позади меня надсадно закашлялся огневик, который тоже попал в непонятный ледяной пар. Воздуха в моих легких становилось все меньше и меньше, мои глаза сонно закрывались, а тело ослабло.

— Хозяйка! — услышала я испуганный крик Ависа, и рухнула в вонючую жижу болота, потеряв сознание.

Глава 16

Я открыла глаза. Небо. Хмурые тучи закрыли собой мягкий свет луны. Или солнца. Я не знала, какое сейчас время суток, и сколько я провела без сознания. Холодные капли дождя падали на мое лицо, безжалостно били по коже, а тело сотрясала дрожь от перепада температур. Мою спину грела теплая земля, а грудь остужал холод непогоды.

Я лежала, вслушиваясь в звуки мира, и пыталась вспомнить, как я оказалась здесь, под дождем. Мысли ворочались тяжело, не хотели выстраиваться в картинку, а память прикрылась глухим щитом. Я подняла руку и протерла виски, в которых кровь застучала с новой силой при попытке все вспомнить. Почему так болит голова?

— Очнулась, внученька? Хи-хи-хи… — раздалось слева от меня.

Обрадованная, что рядом кто-то есть, я медленно села на зеленую траву, и огляделась. Старые развалины каменного строения, почти заросшие высокой травой, сырыми остатками прошлого были разбросаны по большой поляне. Справа от того места, где я сидела, текла небольшая речушка, метров в пять в ширину, сквозь мутную воду которой виднелись валуны. Слева же от меня стоял старикашка весьма мерзкой наружности. Горбатый, носатый, с протезом вместо левой ноги, он вызывал знакомую дрожь омерзения.