Сьюзен Купер - Восход тьмы

— Подарок для Пола вполне нормальный, насколько я понимаю. Ну, более или менее. А твой подарок ты сможешь использовать только в будущем, в тот момент, когда сам посчитаешь это нужным.

— Двенадцатая ночь, — сказал Уилл. — Это сегодня? — Он взглянул в серое утреннее небо. — Мерримен, как тебе удалось сделать так, что семью не беспокоит мое исчезновение? Моя мама хорошо себя чувствует?

— Конечно, — ответил Мерримен, — а ты провел всю ночь в поместье, где глубоко спал… Это мелочи. Я знаю все твои вопросы. Ты на все получишь ответ, когда окажешься дома, а на самом деле ты уже сам знаешь все ответы. — Он повернул голову к Уиллу, его глаза властно смотрели на мальчика. — Давай, Носитель Света, — мягко сказал он, — вспомни все сам. Ты уже не маленький мальчик.

— Да, — согласился Уилл, — я знаю.

Мерримен продолжал:

— Но иногда ты будешь чувствовать, что жизнь была бы более понятной, если бы ты оставался просто мальчиком.

— Иногда, — повторил Уилл. Затем усмехнулся: — Но не всегда.

Он повернули и пошли вдоль проезда Охотничьей лощины к дому Стэнтонов.

Становилось все светлее, и лучи яркого света пронзили край неба прямо над ними, там, где вскоре должно было появиться солнце. Легкий туман висел над снегом по обе стороны дороги, обвиваясь вокруг голых деревьев и маленьких ручейков. Это утро обещало многое, безоблачное небо было подернуто легкой дымкой и слегка окрашено в голубой цвет — такого неба уже много дней не было над Охотничьей лощиной. Они шли как старые друзья, изредка перекидываясь фразами, разделяя друг с другом тишину, которая скорее была похожа на безмолвное общение. Их шаги по голой мокрой земле гулко разносились по деревне, и это был единственный звук во всей округе.

Вскоре стало слышно, как кто-то вдалеке копает землю. Голые деревья темнели с одной стороны от дороги, и Уилл понял, что они стоят на углу Рощи грачей. Он посмотрел наверх. Со стороны деревьев не доносилось ни звука, тихими были и огромные гнезда высоко в окутанных туманом ветках.

— Грачи что-то молчат, — заметил мальчик.

Мерримен сказал:

— Их там нет.

— Нет? Но почему? Где они?

Мерримен слегка улыбнулся, и улыбка его была мрачной.

— Когда Лающие гончие выходят на охоту в небо, ни одно животное, ни одна птица не могут оставаться вблизи и не взбеситься от ужаса. Во всем королевстве там, где проходит путь Хорна и Охоты, хозяева не найдут ни одного зверя, если тот потерялся прошлой ночью. Это было хорошо известно в старые времена. Сельские жители всегда запирали своих животных накануне Двенадцатой ночи на тот случай, если начнется Охота.

— Но что случилось? Они все убиты? — Уилл вдруг понял, что, несмотря на все то, что грачи сделали для Тьмы, он вовсе не хотел их гибели.

— О нет, — сказал Мерримен, — они разогнаны. Разбросаны по небу так далеко, как смогли унести их Гончие. Гончие Фатума не убивают живых существ и не поедают их… Грачи в конце концов вернутся. Один за другим, перепачканные, изнуренные, будут сожалеть обо всем. Более мудрые птицы, которые не имеют никаких дел с Тьмой, спрятались прошлой ночью под карнизами, навесами крыш, подальше от этого зрелища. И они все еще здесь, целые и невредимые. Но для наших грачей понадобится время, чтобы прийти в себя и восстановить силы. Я думаю, у тебя больше не будет проблем с ними, Уилл, хотя я бы на твоем месте им больше не доверял.

— Взгляните, — произнес Уилл, указывая кивком головы вперед, — вот двое, кому можно доверять. — Гордость прозвучала в его голосе, когда по дороге по направлению к ним стремительно понеслись две собаки Стэнтонов — Раг и Ки. Они лаяли и подвывали, лизали его руки, приветствуя его так горячо, как будто он отсутствовал целый месяц. Уилл нагнулся, чтобы поговорить с ними, но тут же оказался под огромными мокрыми лапами, теплыми запыхавшимися мордами и виляющими хвостами.

— Осторожнее, — закричал он радостно.

— Будьте поласковее, — мягко посоветовал Мерримен.

В одну секунду псы успокоились, продолжая, однако, с энтузиазмом вилять хвостами; оба повернулись к Мерримену и посмотрели ему в лицо, а затем смирно и тихо пошли вместе с ними. Показалась подъездная дорожка к дому Стэнтонов, и звук лопат стал громче. За углом они увидели мистера Стэнтона и Пола, тепло закутанных, вычищавших мокрый снег, листья и ветки из водостока.

— Так-так, — сказал мистер Стэнтон и выпрямился, опираясь на лопату.

— Привет, пап! — радостно закричал Уилл, подбежал и обнял его.

— Доброе утро, — поздоровался Мерримен.

— Старый Джордж сказал, что вы придете рано, — сообщил мистер Стэнтон, — но я не предполагал, что настолько рано. Как вам удалось разбудить его?

— Я сам проснулся, — улыбнулся Уилл. — Да. С Нового года я начал жизнь с чистого, нового листа.

— А мы вот все ворочаем старые листья, — проговорил Пол.

Все рассмеялись.

— Да, это так. Оттепель наступила неожиданно, земля не успевала оттаивать, и вода не могла просочиться сквозь нее. А сейчас и водостоки оттаяли, а потоки воды забили все вымытым отовсюду мусором. Как, например, это. — Пол показал пакет, с которого капала вода.

Уилл сказал:

— Я возьму лопату и помогу.

— Может, ты сначала позавтракаешь? — спросил Пол. — Здесь уйма старых листьев, хотя год только начался.

Уилл неожиданно понял, что прошло очень много времени с тех пор, как он ел в последний раз, и почувствовал страшный голод.

— Проходите и съешьте что-нибудь на завтрак, выпейте чашку чая или еще чего-нибудь, — предложил мистер Стэнтон Мерримену. — Ваша прогулка в это время суток была, очевидно, утомительной. Я действительно очень благодарен вам за то, что вы его доставили, не говоря уж о том, что проследили за ним вчера вечером и ночью.

Мерримен кивнул, улыбаясь, и поднял воротник своего пальто современного покроя, которое, как Уилл заметил, тем не менее очень напоминало длинный плащ.

— Благодарю вас. Но мне необходимо вернуться в поместье.

— Уилл! — закричал звонкий голос, и из дома вышла Мэри и побежала по дорожке. Уилл пошел ей навстречу, а она набросилась на него и толкнула в живот.

— Как было в поместье? Ты спал на кровати с балдахином?

— Не совсем, — ответил Уилл. — С тобой все в порядке?

— Конечно, в порядке. Я классно прокатилась на лошади Старого Джорджа, на тяжеловозе с фермы Доусонов. Он подобрал меня посреди проезда. Вскоре после того, как я ушла. Кажется, это было сто лет назад, а не прошлой ночью, — она посмотрела на Уилла довольно робко. — Я думаю, мне не следовало вот так уходить вслед за Максом, но все произошло так быстро, и я очень волновалась, что мама не получит помощи.