Алексей Иванов - Знамя химеры

– Давай не будем об этом сейчас, – так же тихо попросил я, пригубив вино. – Хочу хоть ненадолго отвлечься.

Он понимающе качнул головой и, осушив свой бокал вина, сосредоточил внимание на зажаренном молочном поросенке с золотистой хрустящей корочкой. Есть он предпочитал руками, не отягощая себя правилами придворного этикета, за что удостоился недовольного взгляда жены. Несмотря на легкий налет цивилизации, орки так и остались воинственными дикарями, пренебрегающими ненужными условностями.

«Мы все – дети творца, но орки почему-то упорно отказываются взрослеть», – усмехнулся я про себя, вспомнив старую шутку. Мне нравился этот гордый и воинственный, а порой и жестокий народ. Кровная связь эльфа и орки-рабыни дала толчок к основанию Восточного королевства, и орки помнили о связывающем нас родстве.

Совместный обед, как и все хорошее, быстро подошел к концу, но я был рад вырвать у судьбы хотя бы этот час спокойной жизни и просто побыть самим собой, тем более что впереди меня ждал не слишком приятный королевский совет.

Королевский совет собрался в том самом кабинете, в котором несколькими месяцами ранее проходил похожий совет, возглавляемый моим дядей.

Первым прибыл герцог Рокнар Хэпланд, правитель южных земель. Воин он был никудышный, зато в его руках сосредоточились огромные богатства. Почти вся торговля проходила через его земли, а пошлины пока еще никто не отменял.

Сразу после него явился правитель Табаса герцог Гхан. Он находился в столице уже довольно давно и успел мне порядком надоесть.

Жирный боров, в доспехи-то едва влазит! Кого он хочет обмануть своими заверениями в вечной верности? Армия эльфов, вторгшаяся в его земли, беспрепятственно покинула их, как только до нее дошла весть о поражении Уриэля. У меня не было сил, чтобы их остановить, и они спокойно покинули королевство. За одно это его стоило бы лишить земель и титула!

Вслед за ним появился Сердрик и неизвестный мне барон, представляющий центральные провинции, в сопровождении нескольких графов из разных концов королевства – большинство из них я не знал.

Последним прибыл Сигурт, герцог Инарда, с ним меня связывали далеко не дружеские отношения. Одно время Ларгорита была увлечена им и вполне могла бы выскочить за него замуж, если бы не один случайно подслушанный мной разговор, который я пересказал сестре. Последовавший после этого разрыв больно ударил по самолюбию Сигурта и нарушил его планы. Ларгорита нужна была ему лишь как средство достижения власти, о которой младший брат прежнего герцога Инарда мог мечтать только во сне.

Судьба любит перекраивать наши жизни по своему усмотрению. В походе на драконов погиб предыдущий герцог и два его старших сына. Младший сын пытался сопротивляться армии эльфов и погиб в какой-то незначительной стычке от глупой случайной стрелы. Почему эта стрела прилетела откуда-то со спины, предпочитали не говорить. Теперь прямо напротив меня, словно в противовес, расположился хозяин обширных земель восточной части королевства, и взгляды, которыми мы с ним обменивались, были далеко не дружеские. Не знаю, каким образом, но он узнал, кто был причиной достопамятного разрыва. Наверное, он бы с удовольствием поднял против меня мятеж, если бы его земли не успели хорошенько потрепать эльфы и алчные соседи.

«Вылезли, крысы!» – мрачно подумал я, оглядывая собравшихся. Их было не больше двух десятков: все самые влиятельные дворяне королевства под предводительством трех герцогов, состоящих в очень далеком родстве с правящей королевской династией. Из всей этой своры я мог рассчитывать на поддержку графа Сердрика и представителя от баронов центральных провинций. Если подумать – это не так уж и мало. Подобный альянс потенциально сильнее любого из герцогств по отдельности, а вот все вместе они вполне могут потягаться силами со мной.

Сегодняшнее собрание преследовало только одну цель: мы должны были решить – продолжать войну с эльфами или нет. Момент был очень удачным: армии домов были заперты в Горном королевстве. Стоило Восточному королевству соединить силы, и удар для империи мог бы стать смертельным.

По правде сказать, я уже давно принял решение, и оно далось мне не слишком легко, но приличия требовали обсудить его с советом.

– Мои слова вам не понравятся, но все-таки я скажу, – заявил Сердрик с присущей ему прямотой. – Война не нужна. Мы можем проиграть ее.

Слова графа приграничья не слишком понравились герцогу Табаса:

– Империя сейчас слаба, как никогда, – с горячностью возразил он, на его обрюзгшем лице блестели капли пота. – В семи королевствах разгорается междоусобная война, гоблины все еще осаждают Горное королевство. Большая часть армий старших домов заперта в Горном королевстве, перевалы завалены снегом. Даже магам не под силу их освободить.

– У эльфов хватит воинов, чтобы встретить нас, – равнодушно пожал плечами Сердрик, прекрасно понимая, что основная тяжесть новой войны ляжет на орков. – Мы с трудом справились с одним старшим домом. Я настаиваю: нам нужно укрепить границы королевства. Война с империей в нашем положении – просто кровавая авантюра.

– Это слова труса!

– Труса?! Это ты смеешь называть меня трусом?! Пока вы прятали свои задницы в поместьях, приграничье истекало кровью.

Гхан зло выругался и схватился за рукоять меча, граф не остался в долгу. Еще пара мгновений – и вспыхнет потасовка. Появился соблазн не вмешиваться: за графа я не волновался – он прекрасный мечник, а вот эта жирная свинья успела мне порядком надоесть. С каким удовольствием я бы отправил его к творцу – да и не только его, – но нельзя! Нельзя! Нужно стиснуть зубы и терпеть, умиротворять, притворяться, что прощаю. Сейчас я слаб и нуждаюсь в их помощи, а потом… посмотрим. Многие из присутствующих лишатся если не своих жалких жизней, то своего влияния на жизнь королевства. Существовавшую с начала объединения вольницу пора прекратить. В этом королевстве будет только одна власть, один закон и один правитель.

Но это будет потом, а пока нужно в очередной раз наступить на горло собственной ярости.

– Первый, кто обнажит меч, будет ночевать в тюремных казематах! – Мое предостережение вернуло спорщиков к действительности.

– Граф Сердрик оскорбил меня! Я требую…

– Требуете?! – Пальцы до боли в суставах вцепились в подлокотники кресла, кажется, дерево слегка затрещало. В это мгновение я как никогда был близок к убийству этого двуличного ублюдка. Ярость, презрение и ненависть сплелись во мне, словно клубок ядовитых змей. У шлюх Старого города больше чести, чем у сборища этих продажных тварей!