Ольга Ильина - Особенные. Элька-2

Крис взяла рыбу за хвост и опустила в графин с водой, что стоял на прикроватном столике. А он… она только и могла закрывать и открывать рот.

— Ладно. Мне, и правда, пора. Береги себя, Эля. Да, и рыбу недоделку я пока заберу.

— Крис, пожалуйста, не забирай его.

— Прости, Эль, но здесь я нарушить приказ не могу. Да не парься, ничего с ним не случится. Пару деньков посидит, подумает о своем поведении, правильно, рыба? Эй, скажи что-нибудь?

Крис постучала пальцем по графину с моим бедным хранителем.

— Молчишь? Вот и молчи. Эль, но тебе следует подготовиться к новому хранителю. Они там не все такие как я, и даже как этот… с некоторыми трудно. Но, думаю, ты справишься. Все, мне пора. И… до встречи в МЭСИ.

— Постой, ты тоже там учишься?

— Ага. Я уже свой экзамен прошла. И тебе желаю того же.

С этими словами Кристина испарилась вместе с моим хранителем. А я несколько минут оторопело глядела туда, где еще секунду назад стояла девушка, а потом услышала, как открывается дверь и входит Диреев, с кружкой чая в руках. Осунувшийся, небритый, но такой родной. Он увидел мои открытые глаза в темноте. Застыл на мгновение, а потом повернулся и закрыл дверь на ключ.

— Убивать будешь? — хрипло шепнула я.

— Лежачих не бьют, — тихо ответил он и подошел к кровати. Лег, сгрудил меня в объятия и выдохнул, прижимая еще сильнее. А мне стало так хорошо, так спокойно. Все тревоги незаметно отошли на второй план. Куда-то далеко-далеко. И пусть неудобно лежать так, но шевелиться совсем не хочется. И говорить не хочется. Пусть хотя бы сегодня, в этот миг мы побудем одни и просто помолчим вместе.

А утром на своей груди я пригрела змею. Причем в самом прямом смысле этого слова. Открыла глаза, повернулась к пустой соседней подушке, подивилась, что Крыс избрал местом ночлега мою бедную грудь, а потом вспомнила, что его Кристина забрала. Тогда кто же это. Скосила глаза и заорала. Никакой это не Крыс. Змея. Огромная, шипящая, мать моя женщина! Она в очках.

— Ну, зачем же так орать, — прошипело это, поправило хвостом очки, и вперило в меня внимательные глаза с вертикальный зрачком.

— Вы… вы. кто?

— Агнесса. Твой новый хранитель, сейви, — ответила метровая кобра, или анаконда, гадюка? Черт! Ну, почему я не разбираюсь в змеях. — Высокий совет определил меня быть твоим хранителем на все последующие этапы обучения. Я уже успела пролистать программу ваших уроков и заметила недопустимые пробелы в теории.

— Что?

— В твоем расписании слишком много практики. Поэтому я сочла нужным убрать утренние пробежки и вечерние практические занятия из расписания.

И прежде чем я собралась возражать она продолжила:

— С твоим… кхм… репетитором я уже все обговорила. И да, я считаю недопустимым, что учитель позволяет себе такие вольности, по отношению к ученице.

— А вам не кажется, что это не ваше дело? — завелась я.

Не, ну что за дела? Появляется тут какая-то змея подколодная и начинает мне морали читать.

— С сегодняшнего дня это мое дело, Эльвира. И не советую вам со мной спорить.

— Да?! И что вы мне сделаете? — запальчиво хмыкнула я.

Оказалось, с этой змейкой лучше дружить. Потому что она умеет такое… такое. Жуткие вещи. Например, воли лишать. Ты встать хочешь, а не можешь, хочешь сказать одно, а говоришь совсем другое. Да мой Крыс, ангел небесный по сравнению с этой. Жуть. Даром, что хранитель. С подобными силами, да не в тех руках таких дел наворотить можно. Никому мало не покажется.

Следующие недели я усиленно тренировалась. Пока на облаке лежала, успела поправиться и полностью восстановиться. Оказалось, лежала я почти неделю, а мне показалось, всего несколько часов. Теперь понимаю, почему Диреев не стал меня ругать. За такой срок вся злость перегорит. И я узнала, что за туман странный ко мне приходил. Это Омар, точнее его сила.

Я не сомневалась, что спасу его, а вот настоящей неожиданностью стало то, что мое вмешательство запустило в его организме какой-то спящий процесс. В общем, теперь Олеф не нужно волноваться о том, что подумают другие о ее связи с человеком, о клане, о чести семьи. Потому что Омар больше не человек. Он искра, или искр. Не знаю, как правильно. Теперь у него на руке красуется охранная татуировка и все жаждут с ним познакомиться. А еще, как предупреждала Реджина, мой временный дар предвидения нашел, наконец, своего реального хозяина. Думаю, в Омаре было это еще до того, как появилась я. Ведь недаром он рисовал Олеф, даже не представляя, почему рисует. Я ведь тоже рисовала, еще до того, как стала искрой. Но, я вряд ли буду скучать по такой своей силе. Все это слишком болезненно. А Омар сильный. Он справится. Я уверена.

Что касается Г енри, то он в тюрьме, и боюсь, не скоро оттуда выйдет. Множественное покушение в его случае на не хилый срок тянет, правда, Омар с Олеф свои заявления подавать отказались, за меня бабушка подала. Я — несовершеннолетняя. А вот Катя благородством не отличилась. Хорошо, что ее родители все еще в Праге. Поэтому папа от ее имени и под ее же диктовку написал заявление на трех языках. Русском, чешском и английском, для надежности.

В общем, есть у него призрачные шансы выйти, если адвокат ушлый попадется. Лично мне все равно. Пусть хоть трижды ушлый будет.

Корбэки выехали из моего нового дома, а бабуля с превеликой радостью передала его Еве. Оказывается, ее присутствие в моем сне вовсе сном не было. Она приехала. Ради меня. И бабушка позволила ей это. Уж и не знаю, кем больше восхищаться.

Знакомство с Агнессой заставило безумно скучать по моему, пусть немного легкомысленному, но понимающему, Крысу. Где он сейчас? Как он? В порядке ли? Эта тиранша замучила всех, не только меня. Дирееву путь в мою комнату закрыт. На разговоры с друзьями у меня банально нет времени. Гестаповка загрузила теорией. В общем, стоит хоть кому-то приблизиться ко мне или моей комнате, выползает она. И мучает, мучает, мучает замечаниями. Радует одно, это ненадолго. Всего-то до загадочного экзамена в МЭСИ. Когда, где и как он пройдет, не знает никто, даже бабуля. Или делает вид. Не знаю. Мне не докладывают.

Пару раз змея Агнесса позволяла нам с Евой посещать наш новый славный домик, правда только в ее сопровождении. И домик преобразился. Еву он не очень слушает, но тоже признал, как родственницу хозяйки дома. Бред, тьфу, Нортроп усиленно взялся за хозяйство, но хотя бы больше не появляется среди ночи с желанием пообщаться. Один раз все же было. Наступил на Агнессу спросонья, чуть ноги не лишился, а наш особняк сотряс душераздирающий вой всех троих. Меня, дворецкого и змеи-хранительницы. Не знала, что змеи так верещать умеют. Такое чувство у нас сложилось, что дворецкий как минимум покушался на ее честь.