Странник - Альберт Джоуль

уверенно кивнула Моника. — А теперь устраивайся. Вернёшься на оба сервера. Канал связи с тобой... у нас теперь есть.

Взгляд Арбитра немного затуманился, он улыбнулся, и указал на девайс в ухе. Моника тоже ненадолго погрузилась в мир Игры... и рассмеялась.

— Чешир сейчас рядом. Волнуется за тебя, с ума сходит, пытается оживить.

— Так может из-за этого трудности? — я вспомнил о помехах, которые вносят в работу клиента чересчур горюющие по ушедшему близкие. Некоторым даже приходится посылать видения, чтобы успокоить, но на Чешира это не подействует: я и так возвращаюсь, а он слишком держится за образ стеснительного и погибающего от собственного дара дракона, чтобы принять новый.

— Нет, между вами почти нет связи. — покачал головой Арбитр. — Но когда вернёшься, готовься, фэйри будет искренне считать, что оживил тебя.

Я махнул рукой, и тоже рассмеялся. Да и пусть! Впереди ещё много дел, но в полном погружении они будут часто выглядеть такой же интересной... Игрой! Устроился поудобнее в мягком нутре капсулы. Меня снова накрыли покрывалом, а на лицо надели паутинную маску датчиков. Несколько минут на расслабление... с этой стороны загрузка тоже похожа на сон. До встречи, друзья, был очень рад повидаться, но пора возвращаться к работе!

Йол

— Лис... он жив! — удивлённый голос Акеллы стал первым звуком, который я услышал после возвращения на... сервер? Или всё-таки воскрес из мёртвых? Я пошевелился, и потянулся; очень некомфортно, как будто затекло всё тело сразу! И вместе с этим приятное понимание: я жив!

— УР-Р-РА-А-А!!! ЙОЛКА Я ТЕБЯ ОЖИВИЛ, У МЕНЯ ПОЛУЧИЛОСЬ!!! — взревел на всю комнату Чешир, прыгая, как сумасшедший. Акелла осторожно снял восторженного котофея, закончившего свой полёт приземлением ко мне на грудь, и на удивление тепло улыбнулся вернувшемуся к жизни члену своей «стаи». Я улыбнулся в ответ: может, негаторы и не дадут Арбитру узнать некоторые факты о себе, чтобы не сломать хрупкую легенду, но я был уверен на все сто: со мной друзья! Да и Семья тоже. Моника, вернее, Елисавета Патрикеевна, сделала вид, что удивлена, только отложила в сторону смартфон в зелёном корпусе. Весть о воскресшем друге разошлась, наверное, по всем участникам «Странствия».

— Ты как, живой? Мозгов пожевать ничьих не хочется после воскрешения? — Чешир в привычном для себя ключе пытался задать вопрос со смыслом «как ты себя чувствуешь?». Будем считать, у него это получилось.

— Чтобы добраться до ближайших мозгов, мне всё равно придётся вставать с кровати. — пробормотал я, хитро глядя поверх котофея.

— Так я же ря... Ах, ты! — до Чешира не сразу дошёл смысл ответа, но он ещё больше распушил хвост и рассмеялся, прыгнув на колени к главволку. — ну всё! Акелла, записывайте, пациент жив-здоров, раз юморит!

— Чешир, ты не мог бы не орать во всё горло, у меня очень хороший слух! — заметил оборотень, почесав пальцем в ухе. — Сделаем несколько тестов позже. Йол, скажи, пожалуйста, как ты себя чувствуешь? Можешь что-либо сказать о... своём опыте?

— Прекрасно себя чувствую! — честно сказал я, прислушиваясь к ощущениям; онемение спало, уступив место почти детскому восторгу. — А об «опыте» скажу, что никакой смерти на самом деле нет! Подробности потом, будет над чем порассуждать лабораторантам «Смородины».

— Ага-ага, так и скажи, что тебя от райских ворот развернули за трудовой книжкой! — продолжал распаляться котофей, всё ещё восторженный своим опытом моего «воскрешения». — Учти, ты мне теперь должен, раз я тебя спас! Поэтому, если ты вдруг не нашёл та ном свете способ вернуть мне мою чеширистость... не нашёл, не? Тогда просто пойдём веселиться, как в старые добрые времена! Я тебе ещё покажу, что жизнь надо жить, а не страдать подростковыми загонами!

— Чешир, ты опять перегибаешь палку. — заметил Акелла.

А у меня внутри ничего не шевельнулось на кошачью реплику. Просто хотелось стоять у окна, и смотреть, как красиво приходит будущее. Солнце успело закатиться, но небо всё ещё было окрашено нежным розовым заревом. Завтра будет новый день, новые дела... Институт переживёт смену директора, а полевую практическую работу сменит море работы околотеоретической: буду вспоминать прошлое и настоящее, и продвигать техномагию на Земле ещё дальше!

Но Чешир всё ещё ждал моего ответа, нетерпеливо размахивая пушистым хвостом.

— Знаете, а я согласен! Давайте действительно немного повеселимся, только все вместе, хорошо? А потом я обязательно расскажу, что мне... удалось запомнить. — сказал я, и снова развернулся к друзьям. Обаятельная рыжая красавица с традиционно-зелёными для лепреконов глазами, её облик мог меняться, но эти черты Моника решила сохранить за всеми своими аватарами. Суровый, но добрый «Шерлок Холмс» выглядел совсем иначе, чем в реальности, но его светло-карие глаза сияли той же мудростью и уверенностью, что и глаза Арбитра. Что касается Чешира, мне было не с кем сравнивать, фэйри тоже пребывал в капсуле полного погружения, а беспокойный полосатый мейн-кун вытаращился на меня, как на инопланетянина:

— Так, кто ты такой, и куда ты дел нашего стеснительного чебурашку? — хихикнул Чешир, — Но предложение огонь! Так... кидай общий сбор для «Странствия», сегодня празднуем внеочередной день рождения! Точно! Йолка, а сколько тебе вообще лет, а?

— Теперь сам не знаю! — я рассмеялся, ведь сегодня был, в какой-то степени, мой день рождения. То есть, я теперь, выходит, новорожденный? Эта забавная идея заставила меня рассмеяться, а потом мой смех подхватили и остальные, разгоняя последние клочки грустной атмосферы, клубившиеся по тёмным углам. Всего через пятнадцать минут, слегка злоупотребив служебным порталом, явятся Дуняша и Жека, Стёпка потащит за руку упирающегося Истена, и мы закажем у Дэна самый праздничный из всех банкетов прямо в центральном зале лаборатории «Буратино»! Надеюсь, Виктор Карлович оценит фирменный кофейный сет Диониса, и составит нам компанию.

Все серьёзные разговоры начнутся только завтра, но уже сегодня весь НИИ «Аркаим» был словно в предвкушении самого светлого будущего. Ведь где, как не здесь оно наступит в первую очередь?

Февраль — май 2024 года