Королевства Войны (ЛП) - Смедман Лиза

Кемас удивлённо на него уставился:

- Я? Я же пленник!

- Уже темно и я раздобыл для тебя тунику и плащ как у легионеров. Ты должен умудриться улизнуть из лагеря и пробраться в храм.

- Но вы же умеете читать заклинания. У вас больше шансов. Почему бы вам это не сделать?

- Я нужен здесь. Армия аутарха, конечно, не элитные воины, но они выглядят довольно боеспособными, их больше, чем защитников храма, а ещё у них есть парочка некромантов, чтобы оказывать магическую поддержку. Я увеличу шансы на вашу победу, если проберусь в их ряды и атакую в правильный момент. Начну с того, что убью волшебников.

Кемас ещё раз осознал, что его компаньону было мало дела до собственной безопасности.

- Вы находите защиту нашего маленького храма настолько важной, что готовы на такой риск?

- Всё что может задержать отряды Сзасса Тэма хотя бы на мгновение уже достойно внимания. Пока ты спал, я положил на бумагу план аутарха. Ты готов взять пергамент и отправиться в путь?

Кемас проглотил ком.

- Нет.

Барерис нахмурился:

- Думаешь, я пытаюсь тебя одурачить?

- Нет, я верю тому, что вы рассказали мне. Просто… вы же слышали, что сказал обо мне аутарх? Я дезертир.

- И что с того?

- Я боюсь! Я хочу держаться подальше от опасности, а не бежать ей навстречу.

- И всё же храм что-то да значит для тебя, иначе ты бы не стал так долго терпеть пытку.

- Да, наверное.

- Сколько ты там прослужил?

- Почти что всю свою жизнь. Моя семья – муланцы, но у нас совсем не много земли и мы не богаты. К тому же я младший сын. Мой отец записал меня в Легион Огненного Дракона – орден тех, кто поклялся защищать храмы и реликвии Коссута. Он думал, что это будет хорошая жизнь.

- Он угадал?

- Да, у меня появились друзья, да и хозяева с учителями мне тоже нравились. – Он оскалился. – Мне даже нравились боевые тренировки и я думал, что становлюсь хорошим воином. Я думал, что доведись мне участвовать в настоящей битве, я бы хорошо себя показал.

- Но пока к вам не постучалась армия аутарха, тебе так и не довелось.

- Ага. Храм находится посреди населённой территории, да и стены у него как у настоящей крепости. В течении десятилетий никто и не пытался его атаковать. Гарнизон там был скорее традицией, нежели необходимостью.

- Расскажи, что случилось во время битвы?

- Я был на стене со своим луком. Я уже хотел начать стрелять, когда снизу прилетела стрела и попала Абриандо в грудь. Он стоял рядом со мной, а потом упал, начал извиваться и кричать, чтобы я ему помог. Но я же не целитель. Я ничего не мог поделать. Я просто смотрел на него, а потом… потом он перестал двигаться.

- После я просто хотел спрятаться за зубом стены, чтобы стрела и в меня не попала. Я всё-таки заставил себя несколько раз выстрелить. Затем к подножию стены побежали зомби с лестницами. Наши стрелы не могли их остановить.

- Да, не могли, - подтвердил Барерис. – Чтобы их остановить, надо их в клочья разорвать.

- Наши кинулись отталкивать лестницы, но некоторые зомби всё же забрались на стену. Они пахли гнилью и их жёлтые глаза светились. Они размахивали своими топорами и полегло ещё больше наших ребят. Кто-то кричал, кто-то был уже мёртв.

- Я бросил лук и вынул меч. Я правда хотел пойти и помочь. Но потом на стену вскарабкалось что-то даже более ужасное, чем зомби. Это тоже был мертвец, но его живот был вспорот и оттуда свисали кишки, которые извивались как змеи. У них даже были полные клыков пасти.

Барерис кивнул:

- Вайлвихт. Мерзкие создания.

- Я просто не мог заставить себя приблизиться к нему. Даже когда он поймал своими кишками моего друга Мэдивика. Он тоже кричал, чтобы я ему помог, но я стоял как вкопанный, пока яд от их укусов полностью не высосал его жизнь. Монстр повернулся ко мне и я был бы следующим, но один из жрецов сотворил вокруг него огненный взрыв. Я не думаю, что эта тварь погибла, но взрыв сбросил её со стены.

- Это было последней каплей. Я побежал вниз и спрятался в конюшне до тех пор, пока аутарх не прервал атаку. После, я выбрался через боковую дверь.

Барерис кивнул:

- Это была твоя первая настоящая битва и страх взял над тобой верх. Такое случается с многими незакалёнными в битвах воинами, особенно если они сталкиваются с такими мерзкими противниками, как мертвецы. В следующий раз ты справишься лучше.

- Не хочу, чтобы был следующий раз.

- Где-то в глубине себя ты этого хочешь. Ты будешь горевать, если твоих товарищей не станет, а твой храм сравняют с землёй. Это сквозит в каждом твоём слове.

- Вы не понимаете. Когда я убежал, я нарушил клятву. Даже если мне удастся снова пробраться внутрь храма, другие Огненные Драконы сами меня убьют.

- А может и нет. Если ты считаешь их друзьями, то вероятнее всего ты им тоже нравишься. Может быть даже настолько, что они решат проявить милосердие. И в особенности учитывая то, что ты добыл им важную информацию. Ну а если нет, то, во всяком случае, ты будешь знать, что умер, восстановив свою честь.

- Это всё что вас интересует, верно? Вам всё равно, останетесь ли вы живы, но мне то нет!

Барерис помедлил, затем сказал:

- Ты ошибаешься, но я не стану с тобой спорить по этому вопросу. Однако, я, в свою очередь, тоже получил представление о том, что ты за человек. Могу тебе сказать, что если ты сейчас струсишь, то до конца жизни тебя не оставит чувство стыда. Неважно, какова будет твоя дальнейшая судьба, но в своих собственных глазах ты навсегда останешься трусом и клятвопреступником. Но всё не обязательно должно быть так, потому что у тебя есть то, чего у меня никогда не будет, а именно второй шанс. Шанс всё исправить.

Кемас сделал глубокий вдох:

- Хорошо, попытаюсь.

- Вот и чудно, - сказал Барерис вскочив со стула. Он взял парочку сложенных одеяний и бросил их мальчику. – Вот, надень. У меня и меч для тебя найдётся.

Когда Кемас надел свою маскировку, засунул послание Барериса за тунику и перекинул через плечо новую перевязь, он и шпион подошли к выходу из палатки. Барерис выглянул и сказал:

- Ну, пошёл.

Кемас хотел было откинуть полог, но заколебался.

- Я могу спеть песню, чтобы подстегнуть твою отвагу, - сказал Барерис. – Если тебе это нужно, я так и сделаю. Я просто боюсь, что после этого ты будешь думать, что ты действовал храбро просто потому, что находился под воздействием магии.

- Я в порядке, - сказал Кемас. Стараясь не думать, не чувствовать, а просто двигаться, он заставил себя выйти наружу.

Поблизости никого не было. Кемас направился на север, мимо палаток офицеров и сотрясаемых храпом кучек, которыми были полевые постели обычных солдат. Он старательно отводил взгляд от догорающих костров, чтобы они не притупляли его ночного зрения и боролся с желанием двигаться на цыпочках, словно пантомимный воришка. Лучше было двигаться так, будто ему было нечего бояться и надеяться, что его украденная одежда достаточно его защитит.

Из тьмы выросла фигура. Солдат посмотрел на Кемаса и мальчик затаил дыхание. Наконец легионер поднял руку в знак обычного приветствия и когда Кемас помахал в ответ, он отвернулся и пошёл восвояси.

Ещё двадцать шагов доставили Кемаса к границе лагеря. Теперь было самое время ползти, чтобы часовые не заметили, что он пытается улизнуть. Даже если допустить, что они клюнули на его костюм и приняли его за своего, то увидев, что он пытается ускользнуть из лагеря, чтобы провернуть какую-нибудь затею, они всё равно попытаются его остановить.

С ртом пересохшим словно пустыня и бешено бухающим сердцем, он, пригнувшись, перебегал от тени к тени. Возможно, его тёмная мантия и тоненькая фигурка помогли ему скрыться, а может быть, усталые часовые были не шибко внимательны. Как бы там ни было, но никто его не заметил и оглянувшись назад он понял, что лагерь остался позади на расстоянии выстрела из длинного лука.

Теперь он мог направиться к храму и пока он не достигнет окружающих его укреплений, он мог уделять больше внимания скорости, а не скрытности. Если это, конечно, было тем, чего он хотел.