Творцы (СИ) - Штенье Робин

— Нам придется ее сжечь…

— Сжечь? — Ян удивленно посмотрел Миле в глаза. — Здесь? Самим?

— Да… Я не могу ее долго удерживать своей магией. Да и сжигать придется тебе. Не только потому, что это было бы правильно, но еще и потому, что у меня — магия воды. Я не смогу активировать нужные руны.

Мила ожидала, что Ян начнет возражать, попросит вызвать кого-нибудь или скажет, что ему нужно время, но он лишь кивнул и спросил:

— Покажешь мне, какие руны использовать?

«Бронежилет, — подумала Мила со странной смесью горечи и восхищения. — На тебе всегда этот чертов бронежилет».

Когда от Лизы остались только темное пятно сажи на простынях и разлетевшиеся по комнате хлопья пепла, Мила вытащила смартфон. Ян стоял, опершись о шкаф, и смотрел куда-то в пустоту. Что ему говорить, она не знала. Вряд ли ему нужны были ободрения или дежурные фразы, поэтому решила действовать по инструкции — позвонить Максу и доложить о случившемся.

Через несколько минут квартиру заполнили творцы. Мила увела Яна на кухню и усадила за стол, чтобы в спокойной обстановке рассказать, что будет дальше. Ян не сопротивлялся.

— Квартиру сейчас полностью проверят на предмет потайных рун, которые убийца мог оставить здесь в качестве ловушек. Также будут сделаны слепки, чтобы составить список подозреваемых. На все это уйдет какое-то время, поэтому у Ланы тебе придется пожить подольше. Да и вообще… Тебе сейчас где угодно лучше будет, чем здесь. Так будет лучше.

— Так будет лучше, — как-то отрешенно повторил он ее последнюю фразу, и Мила почувствовала, что каким бы крепким ни был его «бронежилет», урон все равно нанесен. Он будет бодриться, будет говорить, что с ним все в порядке — особенно Лане, чтобы ее не тревожить, — но он не железный и совсем не бесчувственный. Даже если с Лизой у них не было той самой «большой и чистой», она была с ним на протяжении долгого времени и оставила след. Никакие ссоры и ругань, никакие стертые файлы не смягчат удар от того, что Ян сегодня потерял кого-то, кто был ему небезразличен.

— Если хочешь, я попрошу, чтобы меня постоянно держали в курсе. И буду сообщать тебе все самое важное. Нехорошо получится, если по всем мелочам они сейчас станут дергать тебя.

— Ладно. Если тебя саму это устроит, то я не против.

— Конечно, — она села рядом и сжала его ладонь. — Ведь именно так и поступают друзья.

Глава 29. Хранитель

После переезда к Дэну сбитый ритм Ланы вовсе превратился в аритмию, и как бы она ни пыталась жить в чужом темпе, у нее не получалось. Засыпали они вместе, но просыпалась она намного раньше, потому что успевала выспаться, пока он работал или находился в Башне Творцов или в Шамбале. Вот и сегодня Лана открыла глаза, несколько минут любовалась спящим Дэном, потом, поцеловав его, встала и пошла в душ.

Ее ждали возвращенный ноутбук, заливка новых роликов на ютуб — зря что ли снимала? — и новые попытки систематизировать свои воспоминания. Их стало больше, они стали более детальными, но ключевого момента все еще не было. Что и почему случилось в их жизни, из-за чего Дэн ушел в Лабиринт Смерти? Что делать с его признанием собственной вины? Лана хотела, но боялась спросить напрямую.

«Еще немножко, — думала она, расчесывая волосы перед зеркалом. — Еще немного покоя и, если не вспомню сама, обязательно спрошу Дэна».

Сердце, как обычно, болезненно сжалось. Настоящее казалось слишком хорошим, а потому неправильным, и Лана ждала новых неприятностей, пряча свои страхи от окружающих. Не помог и разговор с матерью по душам, которая очень обрадовалась, что к Лане вернулась память. У мамы теперь была новая забота — Ян и новости, которые ему предстояло узнать, поэтому Лана решила оставить свои сомнения при себе. Яна и так все эти три года отодвигали на второй план, ставя ее проблемы превыше всего. Хватит. Оставшиеся она решит самостоятельно, и начнет с финансового вопроса, то есть займется каналом.

Она строго посмотрела на отражение в зеркале, настраиваясь на рабочий лад. На мгновение ей показалось, что зеркало пошло рябью. Лана моргнула, и наваждение исчезло. Примерещилось? Может. Послышался же тогда в шуме холодильника чей-то голос.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Чашечку кофе и вторую нервную систему, пожалуйста, — пробормотала она себе под нос и вышла в коридор.

Дэн разрешил ей работать в своем кабинете. Не в том, что был в центре квартиры и использовался для телепортации, а в соседнем с их комнатой, полным компьютеров и прочей техники. Впрочем, для работы ей кроме своего ноутбука ничего не требовалось, и, немного поколебавшись, Лана притащила ноут в комнату — рядом с Дэном ей было спокойнее. Потому, усевшись на пол напротив кровати, она зашла на ютуб и стала набирать текст-описание для обзора «Следа солнца».

— Лана? — позвал ее чей-то голос, тихий и почти неразличимый.

Она, не глядя неопределенно махнула рукой, решив, что это Чолита. Домработницу не покидало желание накормить «бедную девочку» — от ее деликатесов Лана скоро в джинсы не влезет!

Когда голос позвал во второй раз, девушка вспомнила, что Чолита взяла пару выходных и прежде, чем уехать, долго объясняла, что есть в холодильнике съедобного. Лана, в свою очередь, уверяла ее, что умеет готовить, иногда даже съедобно. Но если Чолиты нет дома, то кто ее сейчас звал? Она подняла голову и посмотрела на Дэна — он крепко спал, не сменив позы с тех пор, как она пришла в комнату. Да и привычки говорить во сне у него не было.

— Ладно. Об этих глюках стоит рассказать, когда Дэн проснется, — решила она и нажала кнопку публикации видео.

Теперь нужно было продублировать публикацию в инстаграме и вконтакте. Но стоило залезть в уютную вэкашечку, как голос позвал снова:

— Лана!

Перед глазами сам собой всплыл образ Шанкьяхти, но уже с синей кожей, как в день их первой встречи. Значит, она давно вернулась домой и больше не пила человеческую кровь. Лана задумалась, откуда ей известны подробности про кровь, но память не спешила подсказывать. Возможно, часть этих откровений хранилась в еще заблокированном куске воспоминаний.

— Ла-а-на-а! — на распев повторила Шанкьяхти и поманила пальцем. — Иди ко мне. Идем домой. Идем, твоя Искра хочет вернуться!

Лане не хотелось. Она тряхнула головой и зажмурилась, пытаясь прогнать назойливый образ, но Шанкьяхти не исчезала, продолжая звать. И глупое тело откликнулось на ее зов.

«Она же меня убьет! — закричали инстинкты. — В череде вероятностей я пошла за ней, и она меня убила, забрав Искру!»

— Ла-а-на-а! Идем.

Воздух в комнате пошел рябью, стеклянная дверь, ведущая на балкон, засияла, превратилась в арку, за которой виднелась каменная тропа, поросшая мхом и невысокой травой по краям.

— Идем, Лана.

Тело само поднялось и, пошатываясь, сделало шаг в сторону балконной двери. Лана попыталась закричать, чтобы разбудить Дэна, но словно бы онемела, не сумев разлепить даже губ.

«Это конец», — обреченно подумала она, не торопясь, однако, сдаваться.

И ее старания были вознаграждены — комната, перекрывая сияние портала в балконной двери, наполнилась золотым светом. Руки и тело Ланы оплели золотые нити и откинули на кровать, где ее поймал Дэн и прижал к себе. Не говоря ни слова, он принялся рисовать на коже вырывающейся из его объятий девушки сложные руны, и вскоре зов прекратился, а видение Шанкьяхти исчезло.

Лана, боясь, что синяя скоро вернется, вцепилась в руки Дэна. Ее била крупная дрожь, а мир перед глазами все еще плыл, но уже от слез.

— Все хорошо, — Дэн поцеловал ее в висок и, усадив к себе на колени, принялся укачивать, как маленького ребенка. — Все закончилось. Все хорошо.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Слепое пятно, — всхлипнула Лана.

— Только для творцов. У векш иная природа магии, поэтому у нас разные слепые зоны. Но я, честно, не ожидал, что Шанкьяхти дотянется до тебя так скоро.

Он замолчал, продолжая укачивать Лану, потом зло усмехнулся и потянулся к прикроватной тумбочке за телефоном. Несколько минут что-то набирал в нем, не давая ей заглянуть в экран. Впрочем, она не особо и пыталась, предпочитая прижаться к его груди и вслушиваться в собственные ощущения. И когда Дэн ее позвал, на секунду показалось, что Шанкьяхти вернулась.