Ирина Сидоренко - нУндарун

Летия изумлённо молчала: теперь всё стало на свои места.

— Мизраэль, н'Ундарун — полуПустая! — прошептала она. — Именно поэтому её никто не может найти. Она ещё не осознала себя!

Мизраэль нахмурился. Возможно, Летия права. По крайней мере, это объясняет долгие безрезультатные поиски.

— Мизраэль, Вы ошиблись! — девушка опять перечитала отрывок. — Это очень интересная информация. Смотрите.

Она указала на второй и третий абзацы.

… По натуре чаще всего индифферентны. Существуют, однако, свидетельства, что их суть способна изменяться в зависимости от обстоятельств.

Несмотря на то, что только у этих магов есть возможность серьёзно повлиять на изменение времени, пространства или реальности, обычно Пустые не испытывают интереса к обыденной жизни, поэтому стараются сбежать от суеты. Однако, если Пустой одержим какой-либо идеей, ничто не может помешать ему в её осуществлении. В некоторых документах встречаются ссылки на то, что Пустые даже имели возможность воскрешать из мёртвых…

— Как Вы думаете, что это значит? — спросила она.

— Летия, кажется, Вы нашли ключ к пониманию сути Пустых, — Мизраэль не мог поверить собственным глазам. — А, значит, и ключ к знанию того, как победить его!

Столько времени было потрачено — и вот она, разгадка!

— Мне пора, — Мизраэль резко поднялся с места. — Благодарю Вас, Летия.

Он повернулся, чтобы уходить.

— Мизраэль, погодите! — Летия тоже поднялась со скамьи. — Я пойду с Вами.

Почему он согласился? Эта девушка заставляла его действовать против его же собственных правил! Он знаком с ней всего три дня — а уже рассказал ей больше, чем людям, с которыми знаком почти всю свою жизнь…

Они шли по длинному коридору, ведущему в самое дальнее крыло Пансиона. По обеим его сторонам располагались двери.

— Видите ли, весь фокус в том, что надзиратели допустили маленькую брешь в своей магической формуле, — пояснял Мизраэль. — Выбраться из Пансиона без специального разрешения возможно только одним способом: в определённое время суток нужно запустить небольшой боевой шар в самое слабое место магической защиты, в месте перехода между зданиями Пансиона…

— Боевой? — удивилась Летия. — Но ведь Вы же не Флагман! Как Вам удастся создать боевой шар?

— Летия, у меня был замечательный учитель — и ближайший друг… — грустно сказал Мизраэль. — Но сейчас это не важно. Таких возможностей за день представляется две: в полночь — и в полдень, когда наступает время перехода и магия старых чар на время ослабевает.

Он остановился перед самой обычной на вид каменной стеной. В ней не было ничего примечательного — даже висевшая на ней картина была всего лишь жалкой попыткой украсить пустынный коридор.

Мизраэль взял девушку за руку.

Большие часы вдалеке пробили полдень. В руках у юноши горел боевой шар.

Каменная кладка напротив начала подрагивать, словно воздух в знойный день. Шар стремительно полетел в самый центр стены. Как только он коснулся мерцающей поверхности, в ней образовался небольшой проём. Мизраэль с Летией быстро нырнули в него — и стена за ними сомкнулась.

Они стояли посреди пустой комнаты, погружённой в полумрак.

— Где мы? — спросила девушка, оглядываясь по сторонам.

Помещение было обито тёмной бордовой тканью с золотыми тиснениями. Посредине стояло тяжёлое глубокое кресло, а в нём сидел…

— Это мой личный предсказатель, Ломер, — Мизраэль представил Летии старца, дремлющего в глубине кресла. — Вернее, раньше он был нашим семейным предсказателем… пока существовала семья.

Старец открыл глаза.

— А, здравствуй, мой мальчик, — его голос был похож на скрип старой двери. — У тебя есть вопросы? Опять о том манускрипте? Сегодня ты привёл с собой эту девушку, о которой говорил мне вчера?

Вопросы сыпались один за другим — хотя Летии почудилось, что это были вовсе не вопросы. У Ломера была странная снисходительная манера говорить так, будто он знает всё.

— Ломер, это Летия Арсин, — Мизраэль коротко кивнул.

— Летия, — глаза старца на мгновение блеснули; он впервые показался удивлённым. — Теперь всё ясно. Мизраэль…

Юноша понял его без слов и склонился над Ломером так низко, что Летия не могла расслышать ни слова.

Мгновение — и Мизраэль выпрямился.

— Понятно. Спасибо тебе, Ломер.

Он оглянулся на девушку — и быстрым шагом вышел из комнаты. Она поспешила за ним.

— Что он сказал? — с нетерпеливым интересом спросила Летия.

Мизраэль стоял спиной к ней, разглядывая резные листья плюща. Летия сидела на своём обычном месте — на скамье перед фонтаном.

— «Продолжение существует».

— Продолжение? Чего? — в недоумении спросила Летия.

— Продолжение того манускрипта, который я Вам показывал. О Пустом.

Он обернулся. Его глаза горели.

— Мы пойдём искать его? — неуверенно предположила Летия.

— О, нет! — Мизраэль быстро приблизился к девушке. — Вы не можете пойти со мной. Это слишком опасно. Достать его будет чрезвычайно сложно.

— Однако Вам нужна моя помощь! И я хочу Вам помочь, — возразила девушка.

— Я не сомневаюсь в Ваших способностях и в Вашей решимости, — Мизраэль покачал головой. — Однако мне не хотелось бы, чтобы Вы пострадали. Поверьте, это будет вовсе не увеселительная прогулка.

— Мизраэль, расскажите мне, как Вам удалось достать первую часть рукописи, — Летия внимательно смотрела на Мизраэля.

Он молчал, будто не слышал её вопроса вовсе.

— Мизраэль, — позвала Летия. — Вы сказали, что она досталась Вам «с боем». Что это значит?

— Это значит, что мне пришлось применить магическую силу, чтобы достать её, — юноша недовольно нахмурился, однако продолжал рассказывать дальше. — В то время я ещё не знал и половину того, что знаю сейчас. Мне было известно одно — что н'Ундарун — Пустая. Поэтому я искал любые крупицы знаний — сведения, свидетельства, определения — что угодно. Однажды Ломер сказал мне, что я знаком с человеком, который обладает ценнейшей рукописью о Пустых… Этим человеком оказался мой близкий друг, с которым мы были дружны с детства. Он знал о том, что я ищу все сведения, касающиеся Пустых, однако умолчал об этом тексте. Это была его семейная реликвия — и его семейная тайна, и именно она стала причиной нашей… ссоры. Я добыл манускрипт, добыл в драке… но при этом потерял друга. Считая, что остальные страницы погибли в пламени, я не пытался их найти — и вот теперь понимаю, что ошибся. Он опять скрыл их от меня.

Мизраэль замолчал, погружённый в свои мысли.