Андрей Павлухин - Апофеоз синего будильника

Фрол решил докопаться до глубинного смысла послания свыше. Он запланировал посетить закусочную «Гурман». Ключ к разгадке, скорее всего, будет рядом.

Закончив мысли о священном Граале и своём предназначении, Фрол решил вернуть распутницу Люсю, ублажённую плотскими утехами до глубины души, в её нереспектабельное пристанище.

Виднело. Всё шло своим чередом. Прозаический пейзаж субботнего кладбища внешне практически не отличался от вчерашнего, лишь свежеперекопанная земля на могиле Люси напоминала о ночном беспределе.

Лаем голодного щенка взрывала утреннюю тишину Везучая.

Фрол отправился в райцентр за горькой правдой.

Начиналось соискание ответов на многие риторические вопросы.

Бригадир

Познав горькую правду жизни и почти заглянув в глаза смерти, начинающий поэт ББХБ продолжал своё обучение, просматривая один за другим последние хиты российского кинорынка: «Антикиллер», «Бумер», «Бригада».

Юный криминальный гений, восходящая звезда беспредела ББХБ быстро вошёл в роль Саши Белого. Хотя с покупкой кожаного плаща Колобок решил повременить потому, что он никак не ассоциировался с его имиджем.

Воспитанный улицей харизматический лидер быстро сколотил костяк банды своих единомышленников.

Очень скоро банда ББХБ начала контролировать основные точки райцентра и все прилегающие деревни. Криминагенность обстановки возрастала. Милицейские сводки пестрили упоминаниями о молодой и быстро развивающейся банде и её лидере.

Из милицейского отчёта:

Колобок, он же ББХБ, он же Круглый. Обладает незаурядными тактическими и стратегическими навыками, имеет ярко выраженную установку лидера. Мыслит нестандартно, действует чётко, со знанием дела. Характер стойкий, нордический, истинный ариец. В связях порочащих его достоинство замечен не был. Чрезвычайно авторитетен. Особо опасен. Особые приметы: рост намного ниже среднего, телосложение специфическое, по форме напоминающее футбольный мяч.

Офисом банды Круглого был ночной стриптиз-бар «Грустные ягодички», работающий под девизом: «Лучшие дойки и всё для попойки».

Заслышав про размах банды мучного деревенщины, областные авторитеты, в дальнейшем Б. и П. (имена в интересах следствия не оглашаются) решили пробить Who есть кто. Стрелку забили на 6 часов в субботу на местном кладбище — место спокойное и, если что, далеко ехать не надо.

Б. и П. приехали на 600-м «мерине», заметно контрастирующем с окружающей действительностью, позади них подкатил новый «бумер».

ББХБ подвёз Панкрат на произведении своих очумелых ручек.

В назначенный срок все были на месте. Начали тянуть базар.

Вы, черти гнездиловские, в натуре оборзели, — брызгая в сердцах по сторонам слюной начал Б. — кто дань платить будет? Давай капусту отслюнивай, это наша территория.

Априори, брат. Вопиющая наглость. — Уверенно держа базар, сказал Колобок.

Чё за априори? Где тебя учили такой фене, колхозан постсоветский? — наехал П.

Да, права статистика, что отмороженных в сто раз больше, чем ошпаренных. Поэтому меня и не удивляет ваша неспособность к интеграции тенденций парадоксальных эмоций от моих лексических новаций. Вам бы только пяткой бить в грудь и воротить телегу. — Констатировал ББХБ.

— Чё ты гонишь? Бабки давай!

После получасового разглагольствования базар иссяк. Опущенные ниже плинтуса своей несостоятельностью и раздавленные харизмой Круглого Б. и П. узрели в ББХБ зачатки будущего крупного авторитета и выделили ему 10 штук грина подъёмных и новенький «бумер» семёрку, Nokia SX1 для поддержания связи.

ББХБ назначил Панкрата своим водилой.

Через час они уже неслись по райцентру N к «Гурману» сливать кэш. Праздник удался и был ознаменован биением лиц и посуды на счастье.

Колобок вернулся в офис на подаренной тачке и на радостях приказал угостить за его счёт всех посетителей сэмом. Идея была принята на ура.

Воскресным утром в состоянии критического похмелья Круглый решал, куда вложить оставшееся лаве: укрепить банду или пожить красиво? Но в мыслях постоянно всплывала навязчивая идея подарить всё старым слепым морским свинкам. От столь сложной дилеммы трещала голова, а руки мысленно тянулись к стакану. Колобок пил ещё неделю, пока двери в офис не открылись, и на пороге не появился Мойдодыр.

Чудо техники

Захар не находил себе места — во ржи нашли остатки доярки Люси (её опознали по крашенным волосам на лобке), судя по всему, перееханной комбайном, а само оружие преступления пропало, и это в самый разгар битвы за урожай. Это был комбайн Василия, местного плейбоя.

Этот инцидент был самым чёрным пятном в свете последних событий: пропали в районе поля с кукурузой передовики колхоза и археологическая экспедиция, но речь сейчас не о ней.

Василий не раз был отмечен доской почёта за старания наполнить закрома родины. Свой комбайн он ласково называл «Малютка» и во всём обращался с ним как с женщиной. Малютка отвечала взаимностью, пробегая намеченные Госпланом гектары.

Страшными слухами о расчленёнке заинтересовались следователи области. Вскоре они были на месте и рассматривали «эксклюзивный фарш». Все подозрения падали на Василия — у него уже был срок условно (купался в фонтане на День десантника, а после мочился на двери военкомата в райцентре N). Тем более у него, как говорили односельчане, был мотив: он часто соблазнял Люсю сделать то, чем ему, как комбайнёру, приходиться заниматься зимой — (пояснение вырезано цензурой). Но Люся, высоко задрав нос, говорила: «Хм», — и брезгливо отворачивалась.

К полудню, приехавшие с утра следователи уже кололи дырки в погонах для новых звёздочек, обмывая своё гипотетическое повышение в гнездиловском баре. Чтобы обстоятельства дела выглядели более убедительно, следователи за литр сэма нашли двух свидетелей, которые видели всё своими глазами.

Хорошо отметив будущие погоны, следаки решили, что дело с расчленёнкой выглядит серовато на фоне областных криминальных шедевров. Поэтому решили сделать из Василия серийного психоделического убийцу, повесив на него пропавших передовиков, археологическую экспедицию и расписывание стен клуба нецензурными словами в состоянии сильного алкогольного и наркотического опьянения. По сему, выпили ещё литр сивухи с теми же свидетелями и убедили их в том, что они «на самом деле» видели.

За день до этого:

Василий после отмеченного в местном баре дня рождения никак не мог оправиться от похмелья. Голова выдавала лишь:

Ну, где ж волшебный эликсир —Рассол или хотя б кефир?

Ответа Василий не знал и поэтому, запив отрытый где-то анальгин остатками сэма, завалился среди ржи на боковую.