Дмитрий Щербинин - Обьект

Итак, Эван остался один на совсем небольшой по размерам каменной глыбе. Некоторое время он сидел на выступе, с тоской и печалью глядя на водный мир; затем решил получше рассмотреть свою новую обитель. Несколько часов потратил он на этот осмотр: ходил в разные стороны, заглядывал в разные труднодоступные места, которые находились и на этой глыбе. Наконец, его исследования были завершены. Итоги оказались не такими уж плохими. В одном месте Эван нашёл полянку, на которой мирно росла травка с кисловатыми, съедобными листьями. Также Эван отыскал небольшой ручеек, который выбивался из-под камня, и, пропетляв несколько метров, скрывался под другим камнем. Эван вдоволь напился холодной, чистой воды, затем разлёгся поблизости от поляны с травой, закрыл глаза, и почти сразу же заснул…

Вот Эван открыл глаза, но, как показалось ему — сон ещё продолжался. Уж очень необычным было то, что он увидел. Со стороны водного мира приближалась стая крупных, белых птиц. Таких птиц Эван прежде не видел. Но и это было не самым удивительным…

К каждой из птиц была привязана тонкая, но прочная верёвка. Все эти многочисленные верёвки тянулись к вместительной корзине, в которой сидел и, дёргая за верёвки, управлял птицами, старец с длинной, густой белой бородой, и с такими же белыми волосами на голове. Одет старец был в просторную хламиду светлых тонов. Чтобы убедиться, что это не сон, Эван посильнее ущипнул себя. Как и следовало ожидать — он почувствовал боль.

Тогда Эван крикнул:

— Куда вы летите?!

Старец на секунду освободил руку, и сделал ей жест — давая Эвану понять, что пока не слышит его. Затем он продолжил управлять птицами.

Послушные его воле птицы подлетали всё ближе к поверхности…

И снова закричал Эван:

— Осторожнее! Ведь вы разобьётесь!

Вот птицы развернулись, быстро расселись на окружавших Эвана камнях, ну а корзина не упала, а повисла, слегка покачиваясь, в метре над поверхностью. Эван во все глаза глядел на старца, а тот спокойно разглядывал юношу.

Заплетающимся языком Эван проговорил:

— Вы не разбились… но как… вы… вы что — волшебник?

— Нет — я отнюдь не волшебник. Скорее уж я — астроном, — приятным, умиротворённым голосом ответил старец. — Кстати, зовут меня Эльзаном.

— Очень приятно. Ну а я — Эван. Кстати, я хотел спросить, куда вы летите?

— Уже никуда не лечу. Я прилетел сюда, за тобой. И сейчас мы вместе полетим обратно.

— А куда? — живо спросил Эван.

Старец молча указал в сторону водного мира.

— Вот здорово! — искренне обрадовался Эван. — Я ж как раз хотел туда.

— Тебе действительно очень повезло. В пространстве раскидано много таких камешков, и, окажись ты на каком-нибудь другом из них, так я бы тебя мог и не заметить. Ну — залезай в корзину.

Глава 4

"Эльзар"

Корзина оказалась достаточно просторной, чтобы в ней свободно разместились и старец Эльзар и Эван…

Вот старец легонько взмахнул верёвками, издал щёлкающий и, вместе с тем, певучий звук. Тут же взвились птицы — потащили за собой корзину.

Недолгое время чувствовал Эван, как неведомая сила тянет его назад, к камням, но вот стало свободно и легко…

Старец, не оборачиваясь к Эвану, а глядя на медленно приближающийся, растущий в стороны водный мир, попросил своим приятным, вежливым голосом:

— Расскажи, откуда ты, и как попал сюда?

Эван начал рассказывать. Правда, говорил он торопливо, сбивчиво, так как ему и самому не терпелось расспросить Эльзара…

Старец слушал, кивал, иногда просил уточнить ту или иную деталь. Свою историю Эван закончил такими словами:

— И вот "Быстрый дракон" взорвался, а я попал на каменную глыбу.

— А я тебя увидел в телескоп, — задумчиво произнёс Эльзар.

— Во что увидели? — переспросил Эван.

— Скоро ты сам увидишь телескоп… Кстати, удивлён твоей проницательности… Та модель аэроцикла, на которой ты летел, действительно называлась "Быстрый дракон". Такое совпадение!

— А у вас там, найдётся ещё один такой аэротц… — Эван не смог выговорить незнакомое слово.

— Нет. Аэроциклов у меня нет. Ни старых, каким был "Быстрый дракон", ни более новых моделей, таких как "Неустрашимый сокол", «Вираж» или "Победитель".

— Так, значит, и ещё и новые делают? А где?!

— Ты слишком много вопросов задаёшь, Эван. Узнаешь обо всём в свое время.

— А, ну хорошо… — вздохнул Эван.

Белые птицы несли корзину с очень хорошей для птиц скоростью, но все же Эван привык к "Быстрому дракону", и ему казалось, что передвигаются они уж очень медленно. Так что Эван снова начал расспрашивать:

— А почему вы не разбились?! Повисли над камнями, словно волшебник?

— Потому что здесь, — старец указал на заднюю, закрытую часть корзины, — помещена ёмкость с горячим воздух. Этот воздух и не даёт разбиться…

— Хм-м, в общем, понятно…

— Не думаю, что тебе понятно. Ведь в твоём родном мире, Эван, так и не изобрели воздухоплавания. Даже на уровне простых воздушных шаров.

— Нет, не изобрели, — покачал головой Эван. — Такой уж у них характер. Поколения сменяются, а настоящих изменений нет. Как прадеды жили, так и правнуки будут жить, и даже на те же самые темы разговаривать…

И снова воцарилось молчание. Каждый вспоминал своё, думал о своём. Быстро рассекали воздух белые крылья, и водный мир приближался.

Видны уже были и волны, ходящие по его поверхности. И один островок приближался. Размерами островок этот схож был с каменной глыбой, по которой незадолго до этого топтался Эван. Только, в отличие от глыбы, островок был обжит. Имелся там и маленький, но уютный домик, и огород, в котором росли незнакомые Эвану, но явно съедобные злаки. Небольшая бухта была огорожена сеткой, и в этой бухте плескалась рыба.

И ещё — из темневшей в центре острова скалы торчала труба с огромным, стеклянным глазом.

Эльзар указал на трубу и проинёс:

— Вот это и есть телескоп. С его помощью я увидел тебя.

— Какой он большой, — произнёс Эван.

— Это — малый телескоп. А большой находится на противоположной стороне этого мира.

— На тёмной стороне, — произнёс Эван.

— Конечно, на тёмной. Именно оттуда я веду основные наблюдения, и то что вижу, заношу в специальный журнал, который занимает уже больше тридцати тысяч страниц.

— Увидеть бы всё это, — мечтательно вздохнул Эван.

— Увидишь, в своё время…

И вот, послушные старцу, птицы расселись на высоких камнях, а корзина развернулась, и осталась висеть, покачиваясь в метре над поверхностью.

Первым спрыгнул Эван, следом, не менее ловко спрыгнул старец.