Джеффри Лорд - Приключение в Блоссом Хиллз

Не зная сам, зачем он это делает, и при этом чувствуя себя полным идиотом, Блейд снова опустился на кровать. Он уже понял, что попал в самую точку, туда, куда надо, — а именно в постель Дороти Далтон, белоснежного создания, которое он лицезрел в гостиной лорда Лейтона меньше суток назад. Правда, тогда ей было года четыре или пять, и любые ее шалости карались лишь притворно строгим взглядом доброго дедушки. Сейчас же стоящая у окна молодая женщина готовилась стать мировой преступницей, изменив ход истории; к тому же, судя по пистолету в ее руках, судьба самого Ричарда Блейда тоже была под вопросом.

Дороти совершенно не подходила под тот неаппетитный образ феминистки, который нарисовал себе разведчик, и это сбивало с толку. Всегда трудно иметь дело с противником, к которому испытываешь симпатию! Блейд даже засомневался на мгновение, не сказать ли ей откровенно: «Слушай, детка, положи пистолет и давай поговорим, обсудим эту затею с машиной времени. Может, и не надо трогать прошлое?» Однако по ее виду он понял, что девушка не расположена вести задушевные беседы.

Удивительно, что ни одна из стоявших сейчас перед ним проблем по-настоящему не трогала Блейда. Кто-то серьезный и настойчивый, запрятанный где-то глубоко внутри, пытался сосредоточиться, принять решение и действовать. «Действуй же, — говорил внутренний голос, — действуй! Ты здесь один, ты должен спасти мир! Ты прекрасно понимаешь, что природа, разделив людей на мужчин и женщин, все сделала правильно, дав каждому свои права и обязанности. Куда-то не туда занесло нашу цивилизацию, если женщины начинают заниматься не своим делом! Ты не должен ничего исправлять, ты просто поможешь истории идти своим путем… Но помни, что перед тобой -женщина. Не опустись до войны с ней. Не предавай себя!»

Одно из главных качеств хорошего разведчика — это умение расслабиться. Блейд несколько раз глубоко вздохнул, потянулся и, поудобнее устроился в постели, заметив, однако, как дрогнул пистолет в руке его прелестного противника.

— Наглец! Ты еще смеешь потягиваться в моей кровати! — Она, видно, запамятовала, что только что отдала приказ вести себя непринужденно. -Мерзавец! Именно таким я и представляла себе суперагента! Бесцеремонным и лживым! К сожалению, у тебя осталось не так уж много времени, чтобы понежиться в постели! И, боюсь, ты не получишь никакого удовольствия! Через двадцать минут я пристрелю тебя, и с огромной радостью! Во-первых, потому, что я скажу тебе, что я о вас всех думаю, а во-вторых, я спокойно сделаю свое дело, и единственный человек, который мог бы мне помешать, останется в моей комнате с аккуратной дыркой… Ну, мистер Ричард Блейд, где бы вы хотели иметь эту аккуратную дырку? Здесь? Или здесь?

Блейд не хотел рисковать ни лбом, ни грудью, которой она коснулась дулом пистолета. И ему чертовски нравилась эта девушка, которая собиралась его убить! Кстати говоря, он сам неплохо умел обращаться с оружием и, побывав не в одной переделке, с трудом мог себе представить, как можно выстрелить в лежащего человека, который не оказывает никакого сопротивления. «Неужели за эти двадцать — или сколько там? — лет я так успею ей насолить? Интересно, чем?» — подумал он и тут же решил, что перед ним телепатка, потому что Дороти вдруг прошипела:

— Ненавижу тебя… Ненавижу именно за то, что любила! Ты -пресытившийся искатель приключений, жалкий авантюрист, а вовсе не герой! Нас с Джеймсом с детства воспитывали на твоем примере! Ричард Блейд — один из тех, на ком держится наша безопасность! Трон Ее Величества стоит на плечах таких, как Ричард Блейд! Сколько я подобной чуши выслушала в детстве! Даже написала тебе слезливое письмо, романтическая дурочка! Интересно, что ты с ним сделал?

Блейд хотел сказать, что для ответа на сей вопрос его нужно, как минимум, оставить в живых и вернуть в прошлое, но не произнес ни звука,

— Конечно, молчишь! Ненавижу это ваше вечное молчание тогда, когда надо говорить, и ваши словесные потоки вонючей бурды, когда нужно помолчать! Вот ваш портрет: какой-нибудь полупьяный политик, который первую половину жизни был озабочен прыщами и картинками в порножурналах, а во вторую -вершит государственные дела и платит бешеные деньги своему психоаналитику, который лечит его от импотенции! Конечно, ты от этого далек. Ты — супермен, элита, с твоими данными и жизненным опытом! Наверно, ты гордишься собой, называя свои дурацкие похождения подвигами! Все играешь в секретность, как мальчишка, насмотревшийся боевиков… А ты сделал хоть одно нормальное, полезное дело? Не абстрактно полезное, во имя какой-то высокой, никому не видимой цели, а реальное — реальному человеку? Ты сделал счастливой хоть одну женщину? Да ты вообще знаешь, что такое счастливая женщина?

Наступила недолгая пауза. Блейд честно пытался вспомнить, говорили ему женщины о счастье или нет. Ну конечно, этот горячий шепот, переходящим в стон, эти быстрые тихие слова, срывающиеся с сухих от страсти губ… Да, конечно, он знал женщин, которые были счастливы с ним. Внезапно он вспомнил Зоэ, Зоэ Коривалл, ее серьезный вопрошающий взгляд, ее необычную, тревожно повисающую интонацию: «Дик! Когда я тебя увижу?» Тут Блейд моментально разозлился и на себя, и на эту голую девицу с пистолетом, и на всех женщин разом — с их вопросами, расспросами и неуемными амбициями. И, уже понимая, что делает глупость, вступая в спор, резко ответил:

— Я занимаюсь своим делом. А женским счастьем занимаются брачные агентства.

От ее смеха у него похолодели руки. Он вдруг понял, что она умна и очень опасна. Да, очень! И тут же без всякого перехода ему пришла в голову мысль, что с такой женщиной он мог бы обсудить проблему счастья и поподробней. Но, увы, у Дороти Далтон были другие планы. Смех растаял, не оставив на ее лице даже тени улыбки.

— Довольно разговоров! На прощание еще раз сыграем по правилам. Итак, у тебя есть последнее желание. Особо не зарывайся, я сама решу, выполнять его или нет.

Блейд устроился повыше на подушке и, изобразив одну да самых своих неотразимых улыбок, лениво протянул:

— Ну что ж, раз зарываться нельзя, то я бы, например, — взгляд его задержался на ее лице, но оно не дрогнуло, — посмотрел телевизор.

Во-первых, он выигрывал время, а во-вторых, кому же не хочется узнать, что творится в будущем? В конце концов, можно было бы напасть на нее сзади, когда она подойдет к нише… или швырнуть что-то тяжелое…

Но все планы провалились, потому что девушка не двинулась с места. С легкой гримасой неудовольствия она качнула головой и сказала:

— Много времени ты на этом не выиграешь, мой дорогой. Пульт на тумбочке, включай и смотри. Даю тебе пять минут. Достаточно?