Иван Галкин - По мостовой из звёзд

А Саша, сломленный усталостью и ранами, потерял сознание.

Страх

Он лежал в пещере. Скорее даже, это был грот. Один из тех, что образуются при таянии гор, когда подземные воды, капля за каплей, выплавляют огромные пространства. Капли, словно безумный шахтер, и сейчас продолжали бить по камням, эхом разносясь под сводами грота. И, конечно, вокруг была Тьма.

— Я умру? — Скиталец лежал на неровном полу, глядя на сталактиты, тянувшиеся к медленно уходящему от них основанию пещеры.

— Не в этот раз. Почему ты так решил? — голос звучал как капли, падавшие в темноте.

— Я… Я не знаю. Я испугался, что все закончится так глупо, ведь я только начал, — слова Саши не разносились эхом по каменным залам, вопреки законам привычного мира.

— Ты сильнее, чем думаешь, Скиталец, и ты еще это поймешь. А смерть… Тебе действительно не стоит ее бояться. Бояться надо, что ты не успеешь сделать то, что должен.

— Я думаю о том, что должен, но стоит подумать, что меня не станет… совсем… Я не могу не бояться этого, — мальчик непроизвольно поерзал на земле.

— А ты можешь узнать, что будет, если ты умрешь — исчезнешь ты или же станешь чем-то другим? — голос звучал где-то справа.

Обернувшись, Саша увидел побеленный временем скелет, застывший на каменном полу в немом желании вырваться из плена пещеры. Скиталец не отреагировал на образ созданный Вороном.

— Откуда? — спросил Саша.

— Тогда не гадай, — резкий порыв ветра пронесся из глубины пещеры.

Мелкие косточки разошлись в стороны, открывая старинную зажигалку, когда-то сжимаемую застывающими пальцами. Скиталец поднял ее — внутри еще оставался газ. Он чиркнул огнивом, и слабенький огонек вспыхнул на гладких стенах радужными разводами, а камни вокруг заиграли великолепными красками. А ворон снова заговорил.

— Если это случится — ты узнаешь о том, что будет тогда. Если этого не случится — пусть это будет тайной. Прекрасной тайной — это сделает тебя сильнее.

Дорога

Солнце уже взошло и теперь начинало припекать. Очнувшись, Саша прислушался к ощущениям. Тело болело, словно он упал с десяти метров на асфальт, ударившись грудью. Сильнее всего болели ребра. Ноги сильно затекли, и на языке застыл привкус крови. Ко всему прочему, Саша чувствовал, что ему жарко не оттого, что солнце сильно печет — у него начинался жар. Но хуже всего то, что уши уловили какую-то грызню неподалеку. Кто-то рычал и чавкал. Кого-то неподалеку жрали.

Пока он открывал глаза, его вдруг посетила нелепая мысль, что все это — сон и сейчас он очнется у себя в кровати. Люди любят мечтать о том, чтобы весь страх, печаль, боль или стыд, испытанные ими еще недавно, оказались дурным сном. Но он вспомнил разговор во Тьме, и малодушие уступило место реальности.

Открыв глаза, Саша увидел как два похожих на енота, но более крупных и без «масок» на лице, зверя пожирают тело крупного волка. Тела самки и ящера так и не разжавших смертельных объятий, лежали рядом. При свете дня стало видно, что шкура волков необычная, пятнистая. В целом светло — зеленая она была покрыта темно-зелеными пятнами, будто камуфляж. А наросты на мордах были иссиня-черными.

Саша решил, что первым делом надо убраться подальше от трупов. До входа в нору было рукой подать, надо было пройти всего шесть метров. Саша попытался встать — бок сразу пронзила резкая боль. Он закашлялся, сплюнул образовавшийся во рту сгусток крови. Очевидно, волк, ударив его, повредил пару ребер — хорошо, если не перелом. К тому же затекшие ноги плохо слушались.

— Тебе нужна пища, проверь нору. Я чувствую, что там кто-то живой, но он не опасен. И еще — с падальщиками будь аккуратнее, они не нападут, если ты не будешь приближаться.

— Да знаю я про нору. Просто я себя не очень хорошо чувствую.

— Я чувствую то же самое. Но тебе надо действовать быстрее. Здесь могут быть еще подобные звери, надо как можно быстрее выйти к людям.

— Я понял, еще немного и иду.

Саша посидел, разминая ноги, и снова попытался встать, помогая себе руками. На этот раз, с трудом, ему это удалось. «Еноты» сразу отскочили от трупа и зарычали. Рисковать, нападая на крупного по их меркам, хотя и ослабленного, двуногого они не собирались. Если тот не посягнет на их добычу. Но тот, пошатываясь, побрел к норе. И звери возобновили пир.

Саша ввалился в нору, на четвереньках добрел до стены и услышал странные щелкающие звуки. Обернувшись к источнику звуков, он увидел осколки скорлупы и маленького ящера. Ящер, длиной от головы до кончика хвоста, был примерно с Сашину руку, — от плеча до кончиков пальцев. Но почти половину этой длины составляла длина шеи и хвоста. Зверек ползал по полу, перебирая плохо слушавшимися лапами и отчетливо трещал, разевая маленькие челюсти. Звук был такой, будто в пещере завелся кузнечик-переросток.

Кроме ящера и скорлупы Саша к своему удивлению обнаружил не до конца переваренные куски мяса и необычные фрукты. Голод переборол брезгливость, Саша подполз поближе и протянул руку к одному из фруктов. Ящер протянул в его сторону тонкую шею и зашипел. Рука человека замерла на полпути, и он посмотрел на ящерку. Их глаза встретились, и снова Сашу захлестнуло чувство, будто он смотрит в глаза разумного существа. Только на этот раз — в глаза ребенка. Саша отогнал наваждение и схватил вожделенный фрукт. Ящер замолчал, наблюдая за человеком.

— Они разумны.

— Они? — Саша не сразу понял, о чем Ворон говорит — Ты имеешь в виду ящеров?

— Да. Не настолько насколько человек, но они разумны. Хотя этот еще детеныш, конечно.

— Я все равно не могу ему помочь.

— Это меня не волнует. Я сказал, чтобы ты имел это в виду. Но, видимо это волнует тебя. И ты должен думать о том, что от него, для дела, проблем будет больше чем пользы.

Фрукт был похож по вкусу на яблоко, на горькое лесное, с терпким и несколько необычным вкусом, но все-таки яблоко. Саша съел еще пару и привалился к стене. Он почувствовал, как силы возвращаются к нему. Звуки грызни снаружи затихли. Он встал, подошел к входу и выглянул наружу. Еноты куда-то скрылись. Больше никаких зверей видно не было. Только на трупах волков сидели неожиданно привычные глазу вороны. Они ничем не отличались от своих земных собратьев. И хотя занимались они тем, что пожирали падаль, вид этих птиц вызвал у Саши надежду на то, что все еще наладится.

— Как думаешь, здесь есть больницы? Ладно, не отвечай, и так понимаю.

Выбравшись наружу, он оглянулся и увидел, что ящерка идет следом за ним. Он осмотрел полянку перед норой и увидел вещь, которую он хотел увидеть уже давно. На краю поляны стоял камень, покрытый резьбой. А у подножия камня стояло несколько деревянных мисок и фрукты в них. Такие же, как и те, что он нашел в пещере.