Скотт Чинчин - Тантрас

– Если бы я мог, то убил бы их собственными руками прямо сейчас. Столько людей, многие из которых едва вышли из детского возраста, погибли, защищая свой город. И пока герои отдавали свои жизни, эти двое, словно насмехаясь, оскверняли их святыню!

– Я закончила, – произнесла Сторм, занимая свое место подле Морнгрима.

Прежде чем заговорить, Тербаль внимательно оглядел Рэймона:

– Видел ли ты сам лично, чтобы жрец со шрамом или эта женщина причинили Эльминстеру какой-нибудь вред?

– Мы лишились храма! Нам придется отстраивать заново…

– Отвечай на вопрос, – невозмутимо произнес Тербаль.

Рэймон затрясся от гнева:

– Я ничего не видел!

– Благодарю, – сказал Тербаль. – Можешь быть свободным.

Один из стражников взял Рэймона за руку и повел его прочь. Жрец вырвался и, обернувшись к помосту, прокричал:

– Я не видел, как вставало солнце сегодня утром. И что, разве мы сидим в темноте?!

– Достаточно! – решительно произнес Морнгрим, и тут же еще двое стражников подхватили Рэймона под руки.

Толпа пришла в неистовство. Пока Рэймона тащили прочь, он успел выкрикнуть:

– Они виновны и заслуживают смерти!

Проворные стражники выхватили из толпы еще нескольких ярых смутьянов и выдворили их из зала. Шум на улице неумолимо нарастал.

Кайрик присел на скамью и запустил пятерню в свою густую шевелюру. «И ради этого стада мы рисковали своими жизнями, – подумал вор. – Мы спасли их город – и все для того, чтобы нас же в нем и судили».

Затем внимание Кайрика привлек Адон. Жрец сидел, тупо глядя перед собой, и, казалось, совершенно не осознавал всю серьезность положения. Во рту у него не было кляпа, но он и не требовался, так как Адон продолжал молчать. «Ну скажи хоть что-нибудь, ты, жалкий болван! – думал Кайрик. – Если не ради себя, то хотя бы ради Миднайт!»

Но Адон продолжал хранить молчание, даже когда на допрос был вызван Лео. Перед судом предстал зеленоглазый рыжеволосый юноша с гордым лицом и поистине королевской осанкой. Он внимательно рассматривал Сторм Сильверхэнд.

– Я секретарь Эльминстера, – произнес Лео твердым голосом. – Когда Миднайт и Адон впервые появились у башни мудреца, то их сопровождал Хоксгард, временно назначенный главнокомандующим. – Лео взглядом обвел толпу. – Также с ними были Келемвар и Кайрик.

– Не припомнишь ли ты чего-нибудь необычного, происшедшего во время беседы Эльминстера с чародейкой? – спросила Сторм.

Лео с трудом проглотил комок, застрявший в горле:

– Эльминстер упомянул, что не впервые встречается с Миднайт. Он говорил что-то о Камнеземье.

– Там, где в небе, незадолго до прибытия этой четверки в Долину Теней, была замечена странная аномалия, – напомнила Сторм. – Тебе что-нибудь известно об этом?

Лео посмотрел на Миднайт и увидел в ее глазах настоящее отчаяние. Тотчас в его памяти всплыли воспоминания об Эльминстере, который неожиданно телепортировался из башни и вернулся уже после полуночи, бормоча что-то о Смертельном Заклятии Гериона.

– Ничего такого, что я мог бы припомнить, – произнес Лео, и Миднайт прикрыла глаза в знак благодарности. – И занесите, пожалуйста, в судебный протокол: я считаю, что Эльминстер до сих пор жив.

Из толпы послышались разгневанные крики.

– Всем собравшимся хорошо известно, насколько вы с мудрецом были близки, Лео, – сочувственно произнесла Сторм. – Думаю, не будет преувеличением сказать, что он был тебе словно отец. – Сторм заметила, как напрягся Лео. – Но не позволяй чувствам взять верх над разумом.

Женщина-бард наклонилась и подняла куски материи, оторванные от мантии Эльминстера, и страницы его древней магической книги.

– Это ведь принадлежало Эльминстеру, не так ли? – (Лео медленно кивнул.) – С трудом можно поверить, что твой хозяин расстался со столь бесценными книгами по собственной воле. И что важнее всего, невозможно поверить, что он позволил уничтожить храм Летандера. Если бы он был жив, то, безусловно, сдержал бы обещание, данное жрецам. – Прежде чем продолжить, Сторм выдержала паузу. – Какое дело было у Миднайт к Эльминстеру?

– Она сказала, что вместе с медальоном богини доставила последние слова Мистры.

– Значит, она не только убийца, но еще и еретичка! – воскликнула Сторм, и толпа вновь взорвалась криками.

– Хватит! – выкрикнул Морнгрим, и шум затих. – А ты, Сторм, держи себя в руках, или мне придется заменить тебя!

Толпа замерла.

– Тебя ведь не было в храме Летандера? – спросила Сторм, вновь повернувшись к секретарю.

– Нет, – тихо ответил Лео. – Эльминстер послал меня к Рыцарям Миф Драннора. Магическая связь с Востоком прервалась, и Эльминстер наложил на меня охранные заклинания, чтобы я мог передвигаться ночью и к утру добраться до места.

– Значит, ты покинул город в тот же день, когда прибыли незнакомцы? – уточнила Сторм.

– Да, верно.

– А может быть, Эльминстер не доверял незнакомцам и таким образом попросту пытался защитить тебя? – спросила Сторм.

Лео замешкался на мгновение, явно не ожидая такого вопроса.

– Не думаю, – медленно произнес он. – Нет, на него это совсем не похоже.

– Но ведь ты редко сопровождал Эльминстера во время его путешествий по Королевствам. Почему?

Глубоко вздохнув, Лео отвел взгляд от женщины-барда.

– Я не знаю, – тихо сказал он.

– У меня больше нет вопросов. – И Сторм отвернулась от секретаря.

Уже изрядно вспотевший Тербаль медленно поглаживал драконий череп на рукоятке своего посоха.

– Почему Эльминстер позволил Миднайт и Адону остаться в башне? – спросил Тербаль.

– Он доверял им и чувствовал, что они могут оказаться очень полезными в битве за Долину Теней, – ответил Лео.

– Эльминстер сам сказал тебе об этом?

– Да, и пока жрец исследовал древние рукописи, Миднайт помогала мудрецу творить некоторые из его заклинаний.

– Выглядел ли Эльминстер встревоженным и не относился ли он к Миднайт и Адону с подозрением? – осведомился Тербаль.

– Нет. Вовсе нет. Как раз наоборот.

С замиранием сердца Тербаль задал свой следующий вопрос:

– Богиня Мистра мертва?

Сторм вскочила, намереваясь опротестовать его вопрос, но Морнгрим вернул ее на место и попросил секретаря отвечать. Лео вздохнул и склонил голову:

– Мертва она или нет, я сказать не могу, но, если верить Эльминстеру, богиню постигла ужасная судьба.

– Когда Миднайт прибыла к мудрецу и заявила, что у нее есть послание от богини, Эльминстер не смеялся над ней и не прогнал ее прочь, – решительно произнес Тербаль. – Нет, он был абсолютно уверен в ее честности и преданности Королевствам.

И Тербаль, и Лео замолчали.