Дмитрий Билик - Жестяная корона (СИ)

Иллиан хлебнул еще раз горького пойла и, икнув, шумно засопел — изрядно набравшийся и презираемый самим собой.

Квик

Иван сидел в небольшом летнем кафе, потягивая холодное пиво, или скорее пивной напиток: едва алкогольный, чтобы таким называться. На улице царило бабье лето, не слишком жаркое, но и не заставляющее укутываться в свитера и облачаться в куртки. По дороге, кусок которой открывался из парка, где и раскинулся летник, еле плелся автотранспорт. Волочились старенькие автобусы, блестящие своей чистотой иномарки, кашляющая гордость отечественного автопрома и даже редкие мотоциклисты, лавирующие между стоящими в пробке машинами, чем вызывали в свой адрес все те производные из трех лексических единиц, на которых строился великий и могучий русский мат.

В самом кафе, представлявшем собой семь красных пластиковых столиков с огромным навесом над ними, кроме Ивана никого не было. Ну еще бы, кто попрется пить пиво в парк во вторник в двенадцать дня? Только безработный психокинетик. Хотя самому Турову приставка «психо» не очень нравилась. Он всегда представлялся телекинетиком, причем, по сути только этими способностями и пользовался. Отец все детство твердил, что, если сын будет долго и тщательно заниматься, то обязательно добьется успехов во всяких криокинезах или мыслеграфиях. Но вот для чего? Практической пользы от этого никакой. Как говорится, мыслеграфию на хлеб не намажешь.

А родной телекинез вот он. Три месяца отработал, и даже в случае увольнения, если не нарушил норматив 139, государство тебя еще месяц содержит, в соответствии с прежней заработной платой. Система, конечно, не идеальна, но это для чинуш из Комитета и Отдела по Сверхспособностям, а вот Ивану было самое то — редко где он задерживался дольше трех месяцев. А потом Отдел сам подыскивал несколько вариантов, ему оставалось лишь выбрать один и трудиться дальше.

Конечно, вечно так продолжаться не будет. Иван это понимал. Когда-нибудь к нему приедут люди из Отдела, не дай бог, опустят ступень. В смысле по использованию, а не по способностям. Хотя и на последнее они, кажется, тоже способны. А как станет работать пятеркой или, чего доброго, четверкой, то и зарплата будет соответствующая. Хотя и двойками на полторы-две ставки люди концы с концами сводят. Но это уж совсем безрадостная перспектива.

Размышления Ивана прервала худая девица с всклокоченными черно-смоляными волосами, плюхнувшаяся на свободный стул рядом с ним.

— Привет, — кинула она.

— Привет, — машинально ответил мужчина, еще не успев возмутиться.

Девица ему сразу не понравилась. Конечно, на внешность очень даже ничего, но красота эта какая-то опасная, с огромной силой внутри, как изящество крадущейся пумы или крутой перевал огромной ледяной горы. На таких, почему-то, мужики гроздьями виснут. «Летят, как бабочки на огонь», — почему-то подумалось Ване.

Она была действительно хороша: курносая, с маленьким аккуратным ртом и раскосыми хитрыми глазами. «Лиса чернобурая», — снова выдал странную аналогию мозг мужчины.

— Мы знакомы? — спросил он.

— Лена, — протянула руку девушка.

— Ваня, — кивнул он и выжидающе посмотрел на собеседницу.

— Работа есть. Как раз по твоему профилю.

Туров невольно напрягся. Работа ему нужна не была — Отдел сам предложит, — тем более от человека, который «знает», какой у него профиль».

— Телепат? — сурово спросил он.

— Нет, просто наблюдательная, — усмехнулась Лена. — Сидишь, а сам ради забавы стакан глазами туда-сюда двигаешь. Слабая развлекуха для психокинетика.

— Ну допустим, — чуть расслабился Иван. — А почему сразу психо?

— Ну не телекинетик же, — рассмеялась она. — Ты себя в зеркало видел?

У Вани от такой наглости отвисла челюсть. Конечно, он не Орландо Блум, но уродом его никто никогда не называл. Причем, как его внешность вообще соотносится с телекинетизмом?

— А что не так со мной?

— Да ты расслабься, — девица вытащила тонкие сигареты и закурила. — Я просто к тому, что по внешности видно, что ты не телекинетик? Не качок, — она выпустила струю дыма и, заметив удивленный взгляд собеседника, продолжила. — Я уж не знаю, как это соотносится, но у телекинетиков, может, мозг так устроен. Они же тяжести в основном поднимают, ну этим местом, — постучала она пальцем по голове. — А мозг вроде обманывается и думает, что поднимает не он, а тело. Вот и здоровые все такие. Ты знал, что телекинетикам даже запрещено в соревнованиях по бодибилдингу участвовать?

— Нет, не знал.

— Ну вот, телекинетики, они прям амбалы. Их очень легко различить. А психо — крепкие, конечно, но не такие… Ну мы отвлеклись, так вот по поводу работы…

— Спасибо, не интересует, — отрезал Иван.

— Да у тебя и выбора то особого нет. Я, проще говоря, тебя подставила.

— Чего? — нахмурился мужчина.

— Вправо чуть обернись.

Иван последовал ее совету и обнаружил через два столика компанию из четырех мужчин. Ничего особенного, если не учитывать, что все были в одинаковых темных спортивных костюмах. Сборная олимпийского резерва, мать их. Сидят, пиво пьют и… молчат.

— Вон тот, что покрепче, психокинетик, причем сильный — шестерка или семерка, — вполголоса продолжала загадочная Лена. — Вторая справа, да, это женщина, просто стрижка короткая, — усмехнулась она, увидев обескураженный взгляд Вани, — ясновидец. Слава богу, слабенький. Тройка всего, я могу от нее по полдня скрываться. — С тупым выражением лица — телепат, а вот худой, как и я.

— Как и ты что?

— Квик, — в довершении своих слов девушка схватила бокал с пивом и тут же отпустила его. По крайней мере, Ивану так показалось. Перевернутый бокал стоял на поверхности стола, а внутри едва заметно бултыхался янтарный желтый напиток. И ведь ни одной пролитой капли.

Туров стал припоминать что-то вычитанное об американских исследованиях по ускорению метаболизма человека. Вроде, если катализировать процессы обмена веществ, то можно добиться ускоренной реакции самого организма. Конечно, там было все очень замудренно и научно, да еще половина с английскими терминами, но, вроде, смысл такой. Или нет?

— Ты как это сделала?

— Секрет фирмы.

— Ну а хочешь ты чего? — невольно заинтересовался Иван.

— Вот тут все написано, — протянула Лена ему свернутую бумажку. — Сказать не могу, этот, — неопределенно кивнула она в сторону компании, — сразу мысли твои прочитает. Развернешь, когда хвоста не будет. Ясновидец за тобой не пойдет. Телепат, может быть. Ему все равно рядом со мной быть необязательно.