Лин Картер - Черный легион Каллисто

Ознакомительный фрагмент

Потом посмотрел на маленького кривоногого солдата. Во взгляде его была насмешка. Я ясно читал его мысли: посмотрим, станешь ли ты шутить над Блуто, думал он. Я расправил плечи. Взялся за гуж, не говори, что не дюж.

— Значит, хочешь в город, — прорычал Блуто. Он рукой толщиной в окорок потер заросший щетиной подбородок. Огромный человек, хотя я подозревал, что в его размерах есть какая-то ненормальность. Я видел удлиненную нижнюю челюсть, бугристые плечи, грудь бочкой, толстые ноги — признаки нарушения нормальной деятельности желез.

— Верно, — подтвердил я. — Ну и что? Если может войти целая толпа крестьян, кто остановит опытного и хорошо обученного воина?

Блуто отвратительно улыбнулся, глаза его сверкнули. Я понял, что передо мной задира и хулиган. У рослых крупных людей обычно мягкий характер; как будто большой рос и вес налагают на них определенные обязательства перед людьми меньшего размера. Не то Блуто, как я догадывался. Ему нравится сокрушать меньших ростом людей.

— Опытный воин? — хрипло усмехнулся он. Обошел меня, разглядывая с насмешливым восхищением. Потом раздраженно огляделся. Его тяжелый юмор был бы более уместен, если бы я оказался низкорослым слабаком, но я высок и месяцы приключений и действий в полных опасностей джунглях сделали мою мускулатуру совершенной.

— В этом городе нет воинов, кроме воинов Чак Юл, — проворчал он. Я дружелюбно кивнул.

— Я так и понял. Именно поэтому я здесь — хочу вступить в Черный Легион, — сказал я.

Он хрипло рассмеялся.

— Черный Легион! Значит, ты считаешь себя достойным сражаться рядом с нами? Такой малыш, как ты?

Его люди смеялись, но принужденным смехом. По правде говоря, им, с их малым ростом, я должен был казаться более приемлемым, чем гигант Блуто.

Он хлопнул в ладоши и ударил себя в грудь.

— Ты считаешь, что такие люди, как я, нуждаются в твоей помощи? — спросил он, явно стараясь разгорячить и рассердить себя. Несомненно, доказывать свою силу перед другими воинами стало удовольствием для бедняги.

— Я, может быть, не так высок, как ты, — спокойно и холодно ответил я, — но руки у меня длинные, — и я коснулся висевшей у меня на боку рапиры.

— Покажи ему, комад, — усмехнулся кривоногий стражник. — Покажи, как мечники Чак Юл расправляются с хвастунами!

Блуто теперь дышал тяжело, его смуглое лицо побагровело, лоб наморщился.

— Хочешь сразиться с Блуто? Понять, каким должен быть воин Черного Легиона?

— Я предпочел бы сражаться с врагами Чак Юл, — ответил я. — К кому обратиться за назначением? — И я сделал шаг, собираясь пройти мимо него. Он испустил бычий рев, схватил меня за руку и развернул, так что я снова стоял лицом к нему.

— Стой на месте, малыш, когда Блуто с тобой говорит… уф!

Возглас, которым закончился его рев, легко объясним. Не люблю, когда меня хватают за руку. Я вырвался приемом карате, отчего у него должна была онеметь рука до самого плеча.

С нечленораздельным воплем он ударил меня по лицу!

Я пошатнулся — больше от удивления, чем от силы его неуклюжего удара.

Нога моя поскользнулась, и я упал на одно колено.

Мертвая тишина нависла над собравшимися стражниками.

Я чувствовал, как сердце у меня упало. Этот шумливый хвастун меня не тревожил, я понимал, что лучше, чем неуклюжий задира, владею мечом. Но я надеялся попасть в Шондакор, не привлекая к себе внимания. Однако ничто не могло больше привлечь ко мне внимание руководителей Черного Легиона, чем демонстрация искусства владения мечом у самых городских ворот. Ведь я выдаю себя за простого наемника!

Теперь эта надежда исчезла: маловероятно, что я смогу миновать Блуто без драки.

Проклиная свой рок, я снова встал и стряхнул пыль с одежды. Я лихорадочно думал, пытаясь найти выход.

3. Я ВЫИГРЫВАЮ СХВАТКУ И ПРИОБРЕТАЮ ДРУГА

Избежать схватки теперь невозможно: нанесен удар и произнесены оскорбительные слова.

Блуто стоял передо мной, расставив ноги; одна его рука лежала на рукояти меча. Он тяжело дышал, лицо его побагровело, маленькие свиные глазки яростно блестели.

— Извлекай свою сталь, парень, — прорычал он. — Блуто посмотрит, что ты за человек и из чего сделаны твои внутренности.

Я не касался меча; с большим усилием сохранил спокойную улыбку.

Блуто все более возбуждался. Я думаю, он решил, что перед ним трус, и задира в нем возрадовался этой мысли. Но для меня это тоже не выход: труса вряд ли будут приветствовать в рядах Черного Легиона.

Неожиданно мне пришла в голову мысль. Я расслабился, спокойно дыша. Есть вид схватки, в которой я могу проявить превосходство, не вызывая подозрений у высших офицеров.

— Ну? Чего ты ждешь, хореб? — рявкнул он.

Я продолжал спокойно улыбаться.

— Я думаю, даже у таких разбойников, как ты, есть представление о чести. Человек, которого ударили по лицу, имеет право защищаться, не боясь обвинений в измене, восстании или вторжении, — заметил я.

Блуто кивнул.

— Доставай сталь, — прорычал он. — Тебе никто ничего не скажет. Это касается только нас двоих.

— Хорошо, — ровно ответил я. — Дело касается нас двоих, значит это дуэль, и она подчиняется особым правилам. Поскольку меня вызвали, я имею право выбрать оружие. И так как я не хочу пачкать оружие грязной кровью хулигана и труса, я выбираю бой… на кулаках!

Размахнувшись, я ударил его кулаком в живот — ударил всей силой руки, плеча и спины. Он не ожидал удара, мышцы его живота были расслаблены. Мой кулак ударил с глухим шумом, словно молоток мясника о тушу. И углубился на два дюйма.

Рот Блуто расслабился, лицо пожелтело; он покачнулся, тяжелый меч выпал у него из руки и со звоном ударился о камень. Его маленькие свиные глазки с удивлением уставились на меня.

Я нанес удар по челюсти, который, должно быть, сломал один-два зуба. Удар на несколько дюймов подбросил Блуто в воздух; он упал на спину с грохотом, подняв столб пыли. И не вставал. Потерял сознание.

Искусство боя на кулаках почти неизвестно на Танаторе. Дело не в том, что кулачный бой презирается как неджентльменский. Его просто не изобрели. Человек, который знает, как использовать свои кулаки, никогда не остается безоружным в этом мире.

Поэтому моя победа над этим задирой должна была показаться солдатам чуть ли не колдовством. Они с изумлением смотрели, как я отряхнулся, переступил через лежащего Блуто и провел своего таптора в ворота города.

Ни один человек не возразил. Так я наконец вошел в город своей принцессы.

Когда я миновал ворота, со мной заговорил высокий молодой человек, джентльмен по виду.

— Прекрасно сделано, незнакомец, — улыбнулся он. — Мне кажется, я слышал, что ты хочешь присоединиться к Чак Юл. Если это правда, позволь проводить тебя к человеку, с которым ты должен поговорить. По моему мнению, в Черном Легионе всегда найдется место для человека, который голыми руками справился с Блуто.