Олена Шалена - Другой Киев

— Не сомневаюсь, Лекс, — ответила Полина, не отрываясь от экрана.

— А если серьезно, что такого важного тебе понадобилось, что ты даже лекцию прогуливаешь?

— Этику и эстетику, — усмехнулась Поля.

— С твоей гиперответственностью, Дашко, это все равно, что для меня не прийти на госэкзамен!

— Мне почему-то иногда кажется, что когда придет время, ты именно так и поступишь…

— Ну… я, конечно, считаю, чем меньше заморочек, тем лучше, но не до такой же степени! И все-таки, что ты здесь делаешь?

— Ищу ответы на свои вопросы, — ответила Полина.

— А чего голос такой недовольный?

— Потому что оказывается сети кроме рекламы найти что-то очень трудно, — пожаловалась Поля.

— Главное задать правильный набор слов, — пожал плечами парень.

— И вот что выходит! — вздохнула девушка, махнув рукой на экран.

Лекс нагнулся так, что почти положил ей подбородок на плечо.

— Ты заинтересовалась историей Франции?

— Да нет же! — сказала девушка нетерпеливо. — Своей семьи!

— Неужели ты настолько знаменита, что информацией о тебе и дядях-тетях будет завалено все он-лайн пространство?

Полина только вздохнула, но тут почувствовала, что ее друг как-то весь встрепенулся.

— Ладно, ненаглядная моя, у меня дела! — сказал он как-то спешно и прежде, чем Полина успела спросить: "У тебя?!?" — он удалился. Девушка проследила за парнем, который шел к выходу из компьютерного зала, как тут увидела Мира, который только что вошел. Лекс почти почтительно обошел его вместо того, чтобы толкнуть плечом, как обычно поступал с другими студентами, которым не посчастливилось оказаться на его пути. Девушка удивилась такому поведению своего приятеля, но решила, что ей всего лишь показалось. В конечном итоге, возможно Лекс просто образумился.

Полина решила, что она все равно не найдет ничего полезного во всемирной паутине, поэтому взяла свой рюкзак и решила переместиться в читальный зал. Нет худа без добра, по крайней мере, она может подготовиться к предстоящим семинарам. Неудавшаяся Интернет-искательница обогнула новенького точно так же, как это сделал Лекс накануне и пошла к соседней двери.

Взяв пару книг по экономической теории, она села за стол, достав конспект, как тут уловила рядом с собой тень. Подняв глаза, она даже открыла рот, после чего недружелюбно зашипела:

— У меня складывается впечатление, Суздальский, что ты за мной следишь!

— Ошибочное, — как ни в чем не бывало ответил парень. — Не занято?

— Занято, — ответила она нерадиво.

Вместо того, чтобы вежливо отойти, парень уселся на соседний стул, а девушка оторопела от такой наглости, тупо на него уставившись.

— Ты прогуливаешь, — сказал он наконец.

Стоило один-единственный раз не прийти на лекцию, как заметили все! Даже новенький, который у них учиться без году неделя! Да какая там неделя? Вчера явился! От злости хотелось клацать зубами. Полина твердо пообещала себе прогуливать почаще.

— А тебе не кажется, что это мое личное дело? — девушка себя не узнавала. Обычно она вела себя тихо, скромно и ни с кем не конфликтовала, даже с Лексом, который заслуживал этого как никто другой.

— Кажется, мы не с того начали, верно? — спросил он спокойно.

Он прав, не с того и она не знала причину, по которой так к нему относиться. Дело в его внешнем виде, угрюмости или неосторожных словах…

— Я тебя обидел на философии? — спросил он.

Полина прикусила нижнюю губку. Парень хочет перемирия, вопрос в другом — стоит ли ему подыграть в этом?

— Ничего, — сказала она, вдруг поняв, насколько нелепа ее обида. — Просто было неприятно, что сразу после знакомства мне сказали, что мое имя мне не подходит.

— Я был не прав, — сказал он, немного склонившись, от чего челка еще больше закрыла лицо. Просто почему-то я думал, что тебя зовут Дарья. Прости, что не смог вовремя переключиться. Апполинария — прекрасное имя. Происходит от Аполлона — бога Солнца, если учитывать цвет волос — очень хорошо подходит.

Полина смутилась, ведь по ее мнению она не обладала яркими волосами, как, например, Карина — платиновая блондинка. Цвет ее длинной косы был светло-русый, но приглушенный, и она никогда не отожествляла их с Солнцем. А потом ее заинтересовал другой факт:

— Ты разбираешься в значении имен? — удивилась она.

— Нет, просто знал одну Полину, — ответил он и на его лице появился легкий намек на улыбку. — Она и просветила.

— Понятно, — буркнула девушка, невольно размышляя о том, кто такая эта "просветительница", и какие у них с Миром отношения.

— И все же, что ты искала в Интернете?

Девушка не знала, что ответить. Рассказать ему о всем, что произошло вчера? С чего это, она совсем не знала этого парня, чтобы с ним откровенничать, тем более на абсолютно "бабские" темы. Она подумала еще раз, что может означать "Старый Порядок", как тут в сознании всплыло: "старый Новый Год".

— Черт! — воскликнула она, но вспомнив, что они находятся в библиотеке, добавила намного тише: — Мне нужно вернуться!

— Куда? — удивился парень.

— К компьютеру. Нужен Интернет.

Мир усмехнулся:

— Ну… это не проблема! — ответил он, открыв свой рюкзак, достал ноутбук.

— У него есть выход в сеть? — удивилась девушка.

— Двадцать первый век на дворе, — сказал Мир и забил пароль.

Девушка была под впечатлением, ведь модель была дорогая и работал компьютер очень быстро, не то что кандидат на свалку у нее дома, где вирусы один другого доедали.

— Прошу, — сказал парень, пододвинув к ней технику. — Что ищешь?

— Ну… старый календарь, — потянула она, думая, что вбить в поисковик.

— Тогда пиши Юлианский, — послышался голос Мира.

— Что? — удивилась девушка.

— Если ты про календарь до Григорианского, то это значит, введенный Юлием Цезарем, в честь него и названный. Пиши, — подтвердил он. — Не "юлинианский", а "юлианский". Да, правильно.

Девушка нагнулась вперед и возликовала. На одной из ссылок было написано "этот календарь еще называют старым стилем". Может Инесса оговорилась? Не "порядок", а "стиль"?

— Это получается, по нему и православный календарь, да? — спросила она больше себя.

— Смотря где, — послышался голос совсем рядом. — В России, к которой мы относились львиную долю истории — да. Там вообще переход на Григорианский календарь осуществлялся большевиками. Если бы не революция, — Полина глянула на него, а он опять легко усмехнулся и уточнил: — Октябрьская, а не Оранжевая, то мы бы, возможно, до сих пор по нему жили.

— И была бы монархия, — дополнила Поля. — Боже, и зачем столько календарей?