Артем Лунин - Башня Близнецов 1 (СИ)

— Душа мне твоя без надобности, — Хаар понял, к чему клонит девчонка. Что ж, он рассчитывал всё сделать немного иначе, но и так тоже сойдёт. — А вот немного послушания и понимания действительно пригодились бы.

— Я согласна, — сказала Кальви. — Слышишь, я согласна. Буду делать так, как ты скажешь. Но только на одном условии.

Хаар кивнул — валяй.

— Я хочу помнить себя, — девочка облизала губы. — Чтобы моя память осталась при мне.

Хаар прищурился, размышляя.

— Интересно… — пробормотал он себе под нос. — Память… стереть, создав условия для предельного угнетения личности… и тогда она станет лишь орудием. Но такой она будет не в состоянии как следует управиться с тем шедевром, который я намерен ей вручить. Нужно полное человеческое сознание. Его воля, разум… ненависть. Необходим именно полноценный имеющий память о прошлой жизни лич.

Девушка вздрогнула. Даже содрогнулась, хоть это и было трудно в таких оковах.

— Ты знаешь значение этого слова? — обратился к ней искусник.

— Живой мертвец, — прошептала Кальви. — Создание, оскверняющее мир. Мёртвый, в котором остался дух человека.

Хаар усмехнулся.

— Не совсем так, дитя. Узнаю однобокий подход твоего Дома. Лич — это то, в чём содержится душа.

Он сделал паузу. Пленница смотрела недоверчиво.

— И всё. Это может быть арт, автомат, реконструкт или аним, — магнус дёрнул подбородком в сторону Сапфира, — неважно. Это в Доме Вечной Жизни личи почти всегда являются реконструктами, созданными на биологическом материале носителя души… я понятно объясняю? — спохватился он.

Девушка собрала глаза в кучку, поразмыслила и решительно кивнула.

— Так мы договорились, о будущий лич? — спросил Хаар, дав ей переварить новости. Девушка подумала.

— Ещё одно условие, — произнесла робко.

— Чего?!. - возмутился магнус. Верно говорят, Ордену палец дай, руку по плечо отхватят!..

— Шедевр, — заторопилась девчонка. — Ты собираешься сотворить из меня что-то… уникальное. Боевое?

— О да, — Хаар улыбнулся.

— Значит, буду участвовать в войнах. Как этот парень, — девчонка покосилась на Сапфира.

— Очень даже может быть.

— Я хочу прежде всего биться против Ордена. Обещай, что ты дашь мне возможность отомстить… моему бывшему Дому!..

Последнее слово она как сплюнула. Как интересно, подумал Хаар.

— Без проблем, — сказал. — Мы договорились!..

— Клянись! — потребовала девчонка, искусник удивлённо вскинул брови. Совсем интересно!..

— Не боишься? Если маги дают друг другу клятву, они как бы меняются частичками своей Силы.

— А ты не боишься моей Силы? — нагло спросила Кальви.

— Да сколько там той Силы… единственное преимущество — что тёмная. Хорошо, я клянусь, что… — он замолчал, пошевелил бровями, что-то прикидывая. — Память — раз, два — месть. Надо ещё одно желание.

— Зачем? — удивилась девушка.

— Ну как же!.. во всех сказках — три брата, три пути, три желания. Чтобы для легенд подходило.

Кальви даже засмеялась.

— Думаешь, будут легенды? — поинтересовалась.

— О, я уверен. Ну так что?

Кальви думала недолго и озвучила своё желание.

— Что ж, я клянусь, что оставлю тебе память, дам возможность мстить твоему бывшему Дому и позволю и помогу как следует изучить то, что получится из тебя после обращения, — Хаар прищурился весело. Девушка поёжилась.

— Чем клянёшься? — поинтересовалась, пытаясь скрыть страх за бравадой. — В легендах человек называет три якоря.

Хаар подумал.

— Клянусь в том вершиной Башни, её основанием и нижней камерой подвалов Башни!.. — а так же заключённым там существом, мысленно закончил искусник. — Твоя очередь.

— Я клянусь… всемерно поспособствовать моему обращению в аниму согласно задумке магнуса Дома Искусников… — повторяя за искусником, сказала девушка, — …повиноваться приказам Дома и его магнуса, клянусь не пытаться покончить с собой!.. Клянусь в том своим сердцем, своей кровью, своим духом!..

Хаар невольно поморщился. Как нарочно, на редкость неудачные якоря, но слово сказано.

— А последнее зачем? — поинтересовалась девушка подозрительно.

— Подстраховка. Когда ты превратишься, твоё сознание останется человеческим. А тело будет… совсем другим. Иные слабые люди желают прекратить странную жизнь, едва став личами. Я не хочу, чтобы моя работа пропала даром.

— Самоубийство — грех, — сообщила Кальви, пожимая плечами.

— Рад, что ты так настроена. Потому что тебе придётся не раз напоминать себе об этом. Или не тебе… — Хаар запустил руку под плащ и достал пробирку с алой каплей. — Я не уверен, что ты, даже поддерживаемая ненавистью и своим только что проснувшимся даром, способна выдержать перерождение. Потому мы сделаем вот как…

— Что это? — настороженно спросила Кальви. — Похоже на кровь.

— Это и есть кровь.

— Чья? — голос её сорвался в сип.

— Сего тебе знать не обязательно.

Девчонка даже не ойкнула, когда острейший нож надрезал ей кожу на груди. Хаар перевернул пробирку, алая сияющая капля устремилась вниз и мгновенно растворилась в выступившей крови. Вода жизни убралась в разрез, и рассечённая кожа сошлась, не оставив шрама.

Девчонка моргала.

— Ты не знаешь, на что согласилась, — пробормотал искусник. — Не всякий сможет выдержать превращение… поэтому я подселю в тебя соседа.

— Как это? Какого ещё?.. — от изумления она начала заикаться.

— Душу другого человека. Он поможет.

— Кто он? — поинтересовалась Кальви.

— Представления не имею. Я задал довольно простые условия — это должен быть выходец из совсем неразвитого мира, имеющий очень слабый магический дар, который… ну, разве что позволит кружку воды вскипятить, или глаза отвести. Да, и ещё этот… сосед должен находиться при смерти, как и ты. Смерть притягивает смерть. К тому же он не будет в претензии, что его вытащили из его мира и его умирающего тела. Наоборот, он вцепится в это тело, — твоё тело.

И поможет тебе пройти перерождение.

— А потом? — спросила девчонка, судя по лицу, она пыталась понять, что происходит в её теле. — Как его… выселить?..

— Никак, — пожал плечами Хаар. — Вам придётся как-то уживаться в одном теле…

А мне даст возможность плотнее контролировать аниму, которую я создам. С дикарём из неразвитого мира куда легче сговориться, чем с этой строптивой девчонкой.

Судя по лицу Кальви, она прекрасно поняла несказанное.

— Другое дело, что это будет уже нечеловеческое тело… вот только хорошо это или плохо для тебя… для вас обоих?.. Не знаю, право.