Константин Дадов - Второе Я (СИ)

— любуешься?

Обернувшись в сторону прозвучавшего голоса, (полного ехидства и веселья), замираю статуей, глядя на крупную пятихвостую лисицу рыжего цвета, неспешно выходящую из-за одной из колонн.

— а кого ты ожидал увидеть в своем внутреннем мире? - Хихикнув, спросила лиса, а затем мгновенно превратилась в девушку лет пятнадцати, одетую в зеленое платье, с длинными волосами завязанными в тугую косу. - Еще раз назовешь меня "шизофрения", отпинаю, и не посмотрю на то, что ты "основа".

Только сейчас я догадался посмотреть на себя, и обнаружил, что нахожусь в мужском теле, да еще и в одежде, которую носил в прошлом мире.

— мы в твоем внутреннем мире, и здесь выглядим теми, кем себя считаем. Ты например, до сих пор относишься к себе как к мужчине в теле девочки, вот и принял более подходящий облик попав сюда.

— а ты...?

— я? Твое второе "я", разумеется. - Девушка пожала плечами, как будто сказала нечто очевидное. - Когда ты переместился в этот мир, я получила относительную самостоятельность... можешь считать меня чем-то, вроде второго потока сознания, считающего себя девушкой. И называй меня "Фокси".

— а меня тогда как будешь называть? - В голове образовался ураган из мыслей, которые нужно было обдумать... позже.

— "Фаер" разумеется. - Фокси обворожительно улыбнулась, (дернула правым ухом, вильнула хвостами), и предложила. - Хочешь я проведу тебе экскурсию?

Киваю, и подчинившись взмаху тонкой ручки, (украшенной аккуратными но острыми коготками), подхожу к собеседнице.

— обрати внимание на колонны: они являются отображением твоей силы. Пять золотых колонн, это пять хвостов... не обольщайся, внутри они полые, и не дают и десятой части той энергии, которую способны генерировать. Серебряная колонна, это отображение "сердца бога", но в ближайшие несколько лет, даже не мечтай пользоваться его силой, нам на это просто не хватит мастерства и контроля над манной. - Хлопнув в ладоши, девушка заставила подняться из пола два квадратных столба, на каждой стороне которых находились книжные полки. - Это, мой дорогой Фаер, хранилище наших знаний. Все что ты когда либо видел, слышал или читал, отображается на страницах этих книг. Для удобства доступа к информации, я создала библиотеку... довольно скромную, но ведь ты это исправишь?

— и это все? От своего внутреннего мира я ожидал чего-то большего. - Изображаю руками нечто неопределенное.

— видел бы ты, какой здесь был бардак, когда я только появилась, не жаловался бы на запустение. - Лисица обиженно насупилась. - Тем более, без твоего разрешения, никакие кардинальные изменения провести нельзя.

Внезапно, по пространству прошла рябь, (словно волны по воде).

— это что было?

— тебя будят. - Тяжело вздохнув объяснила Фокси. - Иди, потом поговорим подробнее.

Кивнув, задумываюсь над тем, как выйти из внутреннего мира. Решаю попробовать трюк с дверью, и после нескольких секунд стараний, прямо в воздухе появилась уже знакомая створка. Усилием воли дергаю дверь на себя, и меня вновь рывком затягивает в серую пелену.

ВЫХОД В СВЕТ.

Грязно белая карета остановилась, дверца расположенная в правой стенке распахнулась, и на обочину дороги выпрыгнул почтенный маг в зеленом балахоне, и с сумкой в руках. Тут же раздался щелчок кнута, запряженные кони всхрапнули, и повозка рванула вперед, стремительно набирая скорость.

Валин усмехнулся, провожая взглядом случайного попутчика, который хотел навязать великому магу одного из своих бездарных родственников, в качестве ученика.

"как будто мне больше заняться нечем, как только помогать одному аристократу, самоутвердиться в глазах другого".

Сплюнув на землю, целитель бодро зашагал по тропинке, ведущей к двухэтажному дому. Тот факт, что строение все еще находилось на прежнем месте, (и даже не дымилось), не мог не радовать хозяина этого жилища.

С тех пор как воспитанница научилась видеть магию, прошло почти четыре года, которые стали настоящим испытанием для Валина как для учителя, и как воспитателя. Не проходило и дня, что бы пятихвостая лисица, не попыталась осуществить какой ни будь рискованный эксперимент, (один раз, устраняя последствия очередного взрыва, старик не стерпел, и от души выпорол девчонку, а затем целую декаду ждал мести от этого непредсказуемого существа).

Вспомнив, с каким подозрением несколько дней смотрел на еду, в приготовлении которой не участвовал сам, целитель самодовольно вздернул голову и расправил плечи. Что бы он не думал о таланте воспитанницы, (способной из простейшего плетения "светляка", сделать нечто взрывоопасное), в зельях Фокси проявляла настоящий талант. Если она все же не сможет стать полноценным магом, то после некоторой практики, войдет в первую сотню лучших зельеваров континента.

Погрузившись в свои мысли, старик дошел до дома, оставил у входа обувь, и босяком вошел в гостиную, где замер в шоке.

На небольшом мягком диванчике, (стоящим спинкой к входу), обхватив руками колени сидела рыжеволосая девушка с лисьими ушами, время от времени всхлипывая и хлюпая носом. На обеденном столе, (именно туда был направлен ее взгляд), стоял артефакт, позволяющий просматривать трехмерные иллюзии, записанные на специальные кристаллы.

В данный момент, над мраморной плиткой, покрытой сотнями магических рун, разворачивалась сцена прощания двух влюбленных, (по крайней мере, Валин именно так понял набор слезливых фраз, мало связанных друг с другом). Вставленный в специальное гнездо, шестигранный кристалл, уже почти погас, (что говорило о скором завершении иллюзии).

Громко откашлявшись, чародей привлек внимание ученицы. Лисица повернула к старику заплаканное лицо, и одарила опекуна таким взглядом, что на секунду захотелось еще немного погулять по городу...

— и что здесь происходит? - Валин постарался добавить в голос суровости.

— хлюп... ненавижу женскую психику и физиологию... хнык... мне хочется обнять весь мир, и при этом сжечь его, что бы всякие старики не мешали досматривать трогательную историю.

Ответ заставил целителя застыть с открытым ртом. Долгие десять секунд он соображал, что же могло случиться с вечно непоседливой и полной сил ученицей... а затем вспомнил, что совсем недавно наступила весна.

"проклятье, и как я только мог забыть? Нужно срочно приготовить зелья, иначе в ближайшие пять дней, о спокойной жизни можно будет забыть".

Как целитель, Валин прекрасно знал, почему у женщин разных рас, раз в месяц портится настроение. В этот период, мужчинам лучше стараться не привлекать к себе внимания, (целее будут нервы). В свое оправдание, старик мог сказать только то, что у молодой лисицы подобное происходило лишь дважды в год, (весной и осенью), но последствия каждого подобного "события", в разы превосходили то, что могли устроить самые несносные аристократки.