Александр Матюхин - Ведьмина хижина

— Настоящие ведьмы, — говорила Челма Сытконош, не поворачивая головы, — никогда не устают. Задавай вопросы, пока дела не взяли нас в оборот.

Но поток вопросов тоже как-то незаметно иссяк. Видимо, дело было в усталости.

Вскоре показался Пайтог — портовый городок, где пересекалось двенадцать морских путей самых разнообразных государств Светземелья. О городке рассказывали в школе на уроках. Большинство жителей Ликкиной деревни ездили в Пайтог торговать продуктами и живностью, а заодно прикупить самую вкусную на побережье рыбу-треуха. Пак Триног посещал Пайтог раз в две недели и каждый раз грозился взять Ликку с собой, да все забывал то ли по рассеянности, то ли из-за суматохи, которая обычно сопровождала всю поездку. Пак Триног торговал проросшими желудями, которые были в большом ходу на Воздушных Пастбищах. Там выращивали воздушных поросят (которые вырастали в воздушных свиней, а у них было самое воздушное мясо в мире).

Город встретил путников криками взволнованных чаек, которые закрывали собой небо, блестящими окнами больших каменных зданий, широкими дорогами и равнодушными прохожими. Пахло рыбой, кофе, табаком, дымом, пряностями, женскими духами и мужским потом — и еще сотнями разнообразных запахов, которые щекотали Ликке нос и заставляли ее беззвучно чихать в кулачок. А соленый морской воздух пропитал город насквозь.

Удивлению Ликки снова не было предела. Это чувство, видимо, собиралось стать единственным главным чувством для юной девушки в ближайшее время. Ликка вертела головой по сторонам, рискуя свернуть себе шею. А Челма Сытконош с невозмутимым ведьминым спокойствием шагала сквозь нескончаемый людской поток по вымощенному серым булыжником тротуару. Метла же (не вызывавшая, кстати, особого удивления у прохожих) ловко лавировала между человеческих ног, умудряясь каким-то непостижимым образом никого не зацепить.

Встречались в людском потоке люди разнообразные и невероятные. Несколько раз мимо Ликки проходили самые настоящие пираты, от которых пахло морским ветром, и на плечах которых сидели зеленые попугаи. Нет, конечно, родители Ликки тоже когда-то были пиратами — но это было так давно, что ничего удивительного в них Ликка не видела. Да и как можно серьезно, по-настоящему верить родителям, когда они с утра не занимались поиском сокровищ, не кричали 'на абордаж' и не готовили корабль к отплытию, а пекли пирожки, курили трубку (трубку курил, конечно, только отец) и возились с рыболовными снастями? А здесь… от пиратов так и веяло ощущением предстоящих приключений, морских сражений, борьбой со штормом и пьянками в далеких экзотических странах.

А еще вокруг ходили, погруженные в суету обыденной жизни: чародеи в темных плащах и капюшонах, скрывающих лица, коротколапые мамелюки, покрытые рыжей шерстью с ног до головы, усатые донжуаны с надменной улыбкой и светящимся взглядом, загадочные гадалки и экзотические танцовщицы, грозные рыцари и обнаженные по пояс бродяги. Воздух был наполнен звуками, самыми разнообразными и невероятными. Воздух был вязок и насыщен. Растеряться и потеряться в огромном портовом городе казалось легче легкого. Когда один раз Ликка остановилась возле сверкающей витрины, за стеклом которой кружились разноцветные свечи, складывающиеся с яркие узоры, Челма Сытконош крепко взяла ее под локоть и шепнула на ухо, не склонив головы: 'Настоящие ведьмы не стоят возле витрин, открыв рот. Потеряешься, дорогая моя, я тебя искать не буду'.

После этого Ликка старалась все время держать Челму Сытконош в поле зрения, не забывая, однако, время от времени смотреть по сторонам и удивляться.

Неожиданно, ведьма остановилась возле входа в небольшой магазинчик, вывеска над которым гласила: 'Лучшие ведьмины украшения!' Вход обрамляли бархатные занавески, дрожащие от ветра.

— Мы зайдем туда? — Живо поинтересовалась Ликка.

— Тебе еще рано. Вход только для настоящих ведьм. Постой здесь минутку, я сейчас.

И Челма Сытконош исчезла за занавесками вместе с метлой и вороном.

Ликке ничего не оставалось, как удивленно озираться по сторонам. Пару раз мимо нее протопали странные люди с абсолютно черной кожей, с кольцами в ушах и тюбетейками на головах. Таких людей Ликка даже на картинках в книжках не видела. А они, вот, оказывается, есть. И наверняка в свою очередь удивляются таким вот маленьким девочкам, как Ликка. Думают — как же это можно ходить без тюбетейки и без серьги в ухе? Ликке стало смешно и она тихо захихикала про себя, но осеклась, когда увидела, что к ее ногам подкралась длинная черная тень. Ликка подняла глаза и обнаружил в непосредственной близости от себя ту самую ведьму, с которой уже встречалась на выходе из деревни. Ведьма опиралась о клюку и поглядывала на Ликку прищуренным и полным подозрения взглядом. Рядом с ведьмой стояла девочка, которую Ликка хорошо знала. Девочку звали Шишилла Удавк. Ей сегодня как раз исполнилось шестнадцать и она училась в одном классе с Ликкой. Девочку задиристей еще надо было поискать. Шишилла обожала драться, кусаться, царапаться и пинаться. В этом она дала фору любому мальчику в деревне 9даже тем, кто уже давно закончил школу). Шишилла дралась по любому поводу, а иногда даже и без него. Кусалась и царапалась она вообще просто так, в перерывах между драками. Поговаривали, что Шишилла пошла в отца, который много-много лет назад был самым задиристым задирой среди всех мальчишек крохотной деревушки. Ликке тоже приходилось драться с Шишиллой по какому-то пустяковому поводу. Один раз Ликка разбила Шишилле бровь, в другой раз Шишилла оставила на плече Ликки шрам своими острыми ногтями. В общем, отношения у девочек были не самыми дружелюбными.

— И что же это ученица Челмы делает возле ведьминой палатки? — поинтересовалась пожилая ведьма (как же ее зовут, лихорадочно вспоминала Ликка) ощупывая взглядом каждый сантиметр Ликкиного лица.

— Жду. — Отозвалась Ликка. — Разве нельзя здесь находиться? Я же не внутри.

— Не смей хамить. — Предупредила Шишилла вкрадчиво. Ликка насторожилась. Еще не хватало подраться прямо здесь, на глазах у сотен людей. Вот зрелище-то будет — две девочки выдирают друг другу волосы.

— Я и не хамлю. Просто ответила.

— Какая невежливая девочка. — Сказал ведьма. — Хотя, о чем я говорю? Челма выбирает себе под стать. Она никогда не умела видеть дальше своего носа. Дай-ка пройти.

Ведьма надвинулась на Ликку, хотя места вокруг было достаточно. Ликка ощутила тяжелое дыхание и поспешила отодвинуться в сторону. Холодная ведьмина рука легла на ее руку.

— Желаю удачи в обучении. Хотя с Челмой ты вряд ли сможешь научиться чему-нибудь достойному.