Камилла Абдуллаева - Я - княгиня?!

— Интересно, а где тут можно искупаться?

— Если только в грязи…

Я, подпрыгнув от неожиданности, уставилась на женщину. Ей было лет тридцать, может даже и меньше, очень красива собой. Светлые, почти желтые карие глаза, которые смотрели в мою сторону. Мне сразу вспомнился образ Кармен, из оперы. Та с интересном разглядывала меня, а потом, безразлично улыбнувшись, показала мне пальцем в сторону лесов.

— Если не хочешь будить своих друзей, можем пойти вместе…

— Эмм, ну если вам не трудно, то, идем, — неразборчиво пролепетала я.

Женщина закрыла дом на засов, и мы двинулись к речке. Все-то время, пока мы шли, я молчала. Только ближе к концу нашего пути я, наконец, смогла выдавить из себя пару слов.

— А, как вас зовут? — пробурчала я басом.

— Татьяна. А тебя?

— Меня? Филарет…

— Довольно распространенное имя, — задумчиво проговорила женщина.

— А долго еще идти?

— Да нет! Вот, взгляни туда, — женщина показала пальцем в сторону небольшого озерка, таившегося под сворой деревьев.

— Слава богу! — радостно буркнула я.

Женщина посмотрела на меня. Безразличное выражение глаз, сменилось горящей страстью, которая меня смущала, и я, будто бы считая птичек, отвернулась от этих обжигающих глаз. Вскоре мы дошли до этого места. Я, осознав, в каком глупом положении оказалась, грустно присела на краешек озера, позволяя воде намочить ноги. Чтобы не смущать мою прекрасную спутницу, я отвернулась от нее и продолжала бултыхать ногами в воде. Тут, меня отвлекло прикосновение чьей-то руки, и я инстинктивно повернулась. Предо мной, совершенно голая Татьяна предстала во всей красе. В ее глазах застыл вопрос, и в то же время ожидание. Разумеется, я совершенно спокойно смотрела на нее. А что я должна была делать? Краснеть и отворачиваться? Какой смысл? Я этих прелестей уже насмотрелась! Своего добра хватает! Женщина продолжала смотреть на меня вопрошающими глазами, явно надеясь на то, что я хотя бы покраснею. Вскоре, не дождавшись от меня приятных глупостей, Татьяна зашла в воду, и, подплыв ко мне, как-то странно уставилась на меня. Чуть позже, не достигнув желаемого результата, женщина потянулась к моей рубашке, пытаясь ее расстегнуть. Я, наконец-то доехав до ее помыслов, чуть ли не с визгом шлепнула женщину по руке и вскочила на ноги.

— Что вы делаете?! — воскликнула я.

— Удивительно! Впервые встречаю мужчину, который безразлично наблюдает за голой женщиной! А больше того меня поражает то, что этот мужчина, отпрянул от меня, когда я позволила ему больше, чем можно было бы позволить! — сказала женщина, словно говоря кому-то.

— Но… тут есть некоторый подвох, — сказала я отводя в сторону глаза.

— И в чем же он состоит?

— Ну как бы я не мужчина. То есть вообще, не мужчина. То есть, конечно, я мужчина, но я не совсем такая! — начала я.

— Да? — женщина улыбнулась, и, поняв одну бровь, вопросительно взглянула на меня.

— Ну, то есть я, девушка, но мне приходиться быть мужчиной.

— Так бы сразу и сказала! — воскликнула Татьяна. — А я-то подумала: ну все, дорогая, совсем постарела!

— Да нет! Что вы! Вы прекрасно выглядите! Просто я на такие вещи не клюю. Вот если вы были Ваней, или Демьяном, к примеру, тут уже совсем другой разговор, — пролепетала я, и, поняв какую глупость, сморозила, покраснела.

Дальше все было весело. Я сняла с себя вещи Вани и плюхнулась в воду, радостно плескаясь, словно ребенок. У нас был разговор по душам, потом общее мытье своих вещей, а уж дальше мы пошли домой, в чем мама на свет родила. А что? Просто мы понадеялись, что сможем успеть до того, как проснется наш многоуважаемый мужчинка, с взрывным характером. Зря надеялись! Когда мы доползли, Ваня как раз вышел во двор и потянувшись взглянул по сторонам, в поисках моей особо важной особы. Я лишь обреченно вздохнула и поплелась в перед.

— Ты что, сдурела?! — яростно прошептала Таня и схватила меня за локоть. — Ты же, надеюсь, не нарываешься на то, на что я нарывалась?

— Чего?! — сказала я, широко открыв глаза.

— Да не будь дурой! В любой другой день я бы не стала препятствовать, но! Там же ребенок!

— Ты что, сума сошла!? — заголосила я, но женщина вовремя прикрыла мне рот, и продолжила словесный расстрел.

— Господи, ты что, думаешь, что я такая дурра? Понимаю, паренек еще тот мачо, но! Не могла бы ты притормозить свой пошленький ход мыслей! — не отставала Таня.

— Это ты, притормози свой пошленький ход мыслей! Мне нужно идти туда, потому что, если я не пойду, это чудо меня потеряет, и тревогу заголосит! Ты же не хочешь, чтобы на нас сбежалась посмотреть вся деревня?!

— Нет.

— Тогда отпусти меня! Тем более, мне нужно понять, нормальный ли он? А то я ведь его не знаю, вдруг наброситься на меня ночью! И начнется веселуха!

Женщина мечтательно возвела глаза к небесам.

— Ну, ты даешь! Пошлячка!

— А что я поделать могу? Я с мужчиной пять лет не была!

— Чего?!

— Да ладно тебе, ты же меня понимаешь! — сказала та, положив свою руку на мое плечо.

— С чего мне тебя понимать!? Мне всего шестнадцать!

— А… — сказала та краснея.

— Гавн… ой, извини. Ну ладно, я короче пошла!

Я, сделав грудь колесом, шагнула их кустов, и достигла желаемого результата. Ваня, сначала обрадовался, увидев мое лицо, а вот то, что он увидел далее, его совершенно смутило, и даже испугало! Я, гордо прошлепав в дом, переоделась и взяла вещи Тани. Я вышла из дома. Ваня все так же стоял в той самой позе, в которой замер несколько секунд назад. Я отнесла вещи Тане, и вернувшись к Ване, насмешливо промурлыкала.

— Чего стоим? Иль ты решил попробовать новую роль памятника?

— Я… эмм… почему ты… ну…

— Появилась из кустов, и к тому же совсем голая?

— Да.

— Ну, как тебе сказать… да блин купаться я ходила! Дурень!

— А, ну ладно.

Я закатила глаза и, склонив голову, увидела Катю, которая испуганно смотрела в сторону кустов. Я решила взглянуть на ее источник внимания и, испуганно попятилась назад. Ваня толкнул меня за свою спину. Таня, стояла не дыша, полностью подчиняясь какому-то мужчине, в черных доспехах. Забрало в виде решетки скрывало его лицо. Он держал нож, у ее горла сдавливая руки за спиной. Потом, знакомый голос, причем довольно таки спокойный начал говорить. Похоже, он не заметил меня стоящую за Ваниной спиной.

— Где Евгения?

— Я не понимаю о ком вы говорите!

— А я думаю понимаете. Она должна быть здесь. В основном, она ходит в мужской одежде и называет себя Филаретом. Некоторые источники, утверждали, что она приехала в эту деревню вчера вечером…