Виктория Иванова - Создательское

Приоткрыв один глаз, я сквозь скрещенные ресницы оглядела полянку. У кустов загибались от хохота Сорт с Виллисом. Причем активно так загибались, одной рукой держась друг за дружку, а второй зажимая рот. Из–за чего происходили всяческие всхрюкивания и прочие странные звуки.

Лучница живым воплощением Негодования стояла у костра, угрожающе воздев к небу большую деревянную ложку и явно собираясь использовать ее по прямому назначению, если глас рассудка в дарге не возобладает.

А переведя взгляд себе за спину я поняла причину истерики.

На одном из коротких, но довольно острых рожках дарга, зацепившись меховой опушкой висел мой тапок…

Упс…

Второй тапок тихо и мирно лежал рядом. Видимо, финишировав о дарга он решил не задерживаться у столь негостеприимного типа и предпочел мокрую траву. Откуда и был возвращен в семью. В смысле – утянут мной под одеяло и нацеплен на ногу.

Морни, немного придя в себя, резко столкнул меня на землю. Ну и ладно, я не гордая, я и тут поспать могу… нет, не могу. Холодно и мокро. Да еще и сопят над ухом, как злой носорог. Так что пришлось вставать, отчаянно зевая и потирая глаза.

– Выспалась? – Сорт, подойдя сзади, поставил меня на ноги. – Там за кустами ручеек есть, пойди, умойся…

И сунул мне в руки кусок полотна. Как я поняла, мыла тут не было. Упущение. Причем – мое. Надо поскорее придумать и подкинуть кому–то идейку для воплощения.

Поглядев на влажную после росы траву, я поджала одну ногу и попросила:

– Морни, верни тапок на родину, все равно не твой размер…

М–да, лучше бы я бросила бомбу… во всяком случае разрушений было бы меньше.

Сорт, направлявшийся за хворостом – споткнулся и головой вперед влетел в кусты. Бедный, надеюсь, он там не ушибся и не оцарапался?.. Виллис, в это время составлявший какое–то зелье, опрокинул все пузырьки на себя. Надеюсь, ничего там особо опасного не было? Или – красящего? А то будет его коричневатая мантия безобразно–перепелёсой. Дилона уронила в кашу соль и ложку, но на ногах все же удержалась. М–да… Не хватало в каше еще и ее. Блин, какой–то у меня с утра юмор… странный. Нет, ну и чего такого я сказала?..

Дарг зарычал. Низко, утробно, демонстрируя свои белоснежные клыки. Согнулся, выставил вперед руки и развернулся ко мне. Я же недоумевающе смотрела на него, часто моргая.

– Тебе что, плохо? – участливо спросила я. – Может, у Виллиса лекарства какого попросить? На вот, согрейся пока. А то дрожишь весь…

Искренне желая помочь, я стянула с плеч одеяло и протянула ему. Морни недоуменно мигнул, а потом мотнул головой так, что тапок взлетел выше деревьев. Дарг взвыл и прыжком скрылся куда подальше. А я стояла посреди поляны с протянутой рукой и зажатым в ней одеялом, как памятник погорельцам.

Плюх – в наступившей тишине четко сказала тапка, приземляясь у ног. Хорошо, хоть с собой не уволокли… А то красива бы я была – в одной тапке!

Сорт окончательно уполз в кусты и теперь оттуда торчал только изредка подергивающийся сапог. Да что с ними со всеми с самого утра творится?! Маг, отложив подальше сумку со своей стеклотарой, задумчиво покусывал травинку, пристально разглядывая низкие облака. Лучница сидела на траве, уткнувшись лицом в колени. Плечи ее время от времени сотрясались.

Я перевела недоумевающий взгляд на Виллиса. Тот как–то отстраненно посмотрел и кивнул в сторону кустов:

– Иди, умойся…

Ни–че–го не понимаю…

Умываясь из ручья, вполне тянущего на небольшую речку, я все пыталась разобраться в происходящем. Спать во сне – это как–то уж совсем… Нет, конечно, при большом воображении… Но вряд ли оно у меня настолько богатое, что я могла придумать, как мне плохо!

Да и вода в ручье… не то, что зубы – все тело ломит, хотя плеснула я только на лицо. А сон – так тот вообще. Смылся, словно его тут и не ночевало, всего от одной капли. Как бы не хотелось признавать – но это реальность. Или уж ОЧЕНЬ убедительная иллюзия. Такая, что и ударить сможет. Так что надо быть поосторожнее. А заодно, разобраться с этим… покусителем на мое, родное. И покусать его… родное. Чтоб знал!

Ну, и мне просто стало интересно. Не каждый же день попадаешь в собственный рассказ. А возможность посмотреть повествование «изнутри»… да просто – интересно мне! И вообще, перед кем это я тут оправдываюсь?!

Приведя себя в относительный порядок и завязав рубашку на животе узлом, я подхватила материю и отправилась назад, на поляну, с которой доносились упоительные ароматы. От которых мой желудок утробно забурчал и потребовал свою долю удовольствий.

И что, самое интересное – получил.

Немного пересоленная каша осталась на моей совести. Ведь если смотреть беспристрастно, то солонка улетела в котелок именно после моего высказывания. Но никто так и не пожаловался. Вернувшийся с утренней пробежки дарг сел как можно дальше от меня, наградив испепеляющим взглядом. Нет, ну вот я–то тут причем?! Если, конечно, отбросить тот факт, что являюсь Создателем…

Сорт и Дилона поели быстрее всех и отправились собирать вещи. Хотя там собирать было нечего. С вечера ничего не распаковывали кроме котелка и одеял. Виллис загремел склянками, косо поглядывая на меня. Морни ушел за лошадьми, а я, вспомнив прочитанные книги, стала проводить ревизию своих карманов.

Первейшее же дело, когда попадаешь в незнакомое место! А то обидно будет если весь поход герои будут стараться добыть какую–то фигулину, которая тихо и мирно почивала в кармане. Да и не только обидно – еще и опасно! Прибьют же, точно – прибьют!

Вообще–то, рубашку брата я носила не только из–за того, что она теплая. А еще из–за большого количества всевозможных карманов и кармашков. Как внешних, так и внутренних. И, после того, как я проверила их все, включая и брючные, выяснилось, что я являюсь обладательницей следующих сокровищ.

Карандаш простой, до половины сточенный, острый кончик грифеля обломан. Терка для карандаша, квадратная и белая. Когда–то была… штуки четыре белых листа формата А4, сложенные в несколько раз. Красная и черная геливые ручки. Не знаю, как они до сих пор целы остались… А так же разные сладости типа арахиса в шоколаде, печенья и жмени карамели, в разное время попавших в рубашку и надежно заплутавших в недрах ее карманов.

Хм, странный набор для путешествий, не находите?

И вот со всем этим… богатством мне и идти спасать мир… Ага, карандашом затыкаю, ручками зарисую, теркой – сотру нафиг! Короче – я вооружена и очень опасна… хи, разве что для психики.

А пока занималась столь важным делом, Морни привел лошадей. Целых четыре штуки… И высокие какие штуки! Да и морды у них больно подозрительные… Хорошо хоть рога не растут, а то с меня станется!