Питтакус Лор - Падение Пятого

— Вместе со скелетом?

— Да. Ещё один утраченный кусочек воспоминаний… я понятия не имею, кому принадлежат те кости, — отец кидает на меня прищуренный взгляд. — Не переводи тему.

С одной стороны, я боюсь, что мама начнет умолять меня вернуться домой, а с другой, что, услышав её голос, я позабуду об этой войне и немедленно рвану домой. Я тяжело сглатываю.

— Уже за полночь. Может, отложим звонок на завтра?

Отец качает головой.

— Нет, Сэм. Откладывать нельзя. Кто знает, что случится завтра?

С этими словами он решительно набирает наш домашний номер, нервно прикладывает трубку к уху и ждёт. А ведь я ещё помню времена, когда мама с папой были вместе. Они были счастливы. Через что сейчас, должно быть, проходит отец, готовясь сообщить маме, что мы пока не едем домой. Наверное, чувствует себя ужасно виноватым, как и я.

— Автоответчик, — спустя несколько секунд говорит отец с некоторой долей облегчения. А потом накрывает микрофон ладонью. — Может, стоит…?

Он умолкает на полуслове, услышав писк автоответчика. Его губы беззвучно шевелятся, словно он пытается придумать, что сказать.

— Бэт, это… — запинается он, взъерошивая свободной рукой волосы. — Это Малкольм. Даже не знаю, с чего начать… автоответчик не лучший способ сообщить… но, в общем, я жив. Жив, и мне очень жаль, я безумно по тебе скучаю.

Отец бросает на меня полный слёз взгляд.

— Наш сын рядом со мной. С ним… Я обещаю, что с ним ничего не случится. И если ты когда-нибудь позволишь, я всё тебе объясню. Я тебя люблю…

Он протягивает мне трубку дрожащей рукой.

— Мам? — Не особо задумываясь, я тараторю первое, что приходит мне в голову. — Я, в общем… наконец-то нашел папу. Вернее, это он меня нашел. А, неважно! В общем, мам, ты не поверишь, но мы делаем кое-что, что поможет спасти мир, и это… э… совершенно безопасно, клянусь. Я тебя люблю. Мы вернемся домой очень скоро.

Вешаю трубку и несколько секунд гляжу на телефон, прежде чем снова посмотреть на отца. Его глаза все ещё подозрительно блестят. Он похлопывает меня по колену.

— Правильно сделали, что позвонили, — говорит он.

— Надеюсь, всё, что ты говорил — правда, — отвечаю я.

— Я тоже.

Глава 5

Я стою на крыше Центра Джона Хэнкока и наблюдаю, как первые лучи нового дня скользят между зданий, разгоняя прохладный ночной воздух и окрашивая небо Чикаго сначала в фиолетовые, а затем в розовые тона. Над озером Мичиган медленно восходит солнце.

Уже третью ночь подряд я поднимаюсь сюда, не в силах уснуть.

Мы перебрались в Чикаго всего несколько дней назад. Первую половину пути проделали на угнанном правительственном фургоне, вторую — в вагоне товарного поезда. Довольно легко незаметно пробираться через страну, когда один из твоих спутников умеет становиться невидимым, а другой — телепортироваться.

Гуляя по крыше, я поглядываю через край на оживающий Чикаго. Улицы, артерии города, быстро заполняются плотным, бампер к бамперу, потоком машин и жителями пригорода, суетливо спешащими по тротуарам. Глядя на них, я качаю головой.

— Им даже невдомёк, что грядёт.

Берни Косар неторопливо подбегает ко мне в форме бигля. Потягивается, зевает, а затем тыкается носом в ладонь.

Мне бы стоило радоваться тому, что я выжил. Мы сражались с Сетракусом Ра в Нью-Мексико и не понесли особых потерь. Все живые на данный момент Гвардейцы (за исключением до сих пор пропадающего где-то Номера Пять) находятся внизу, целые и невредимые, практически оклемавшиеся от своих ран. Сара тоже внизу. Я её спас.

Бросаю взгляд на свои руки. Там, в Нью-Мексико, они были сплошь покрыты кровью. Кровью Эллы и Сары.

— Миру, каким люди его знают, скоро придёт конец, а они даже об этом не подозревают.

Берни Косар превращается в воробья, улетает в просвет между Центром Джона Хэнкока и ближайшим зданием и, закончив облёт, садится мне на плечо.

Я смотрю на людей внизу, но мысли мои о Гвардейцах. С тех пор, как мы прибыли в навороченный пентхаус Девятого, все наши только и делают, что прохлаждаются. Разумеется, небольшой отдых и выздоровление были необходимы; но хочется верить, что никто не забыл, как мы были близки к полному поражению в Нью-Мексико, поскольку лично я ни о чём другом думать не могу.

Мы бы ни за что не выбрались оттуда, если бы не Элла, каким-то невообразимым образом ранившая Сетракуса, и не тот взрыв в другой части базы, отвлёкший оставшихся могов. А если бы ко мне не пришло Наследие Исцеления, Сара с Эллой погибли бы. Перед глазами до сих пор стоят их обожжённые лица.

Такая удача нам больше никогда не выпадет. Если в следующий раз мы столкнёмся с Сетракусом Ра такими же неподготовленными, то выживут далеко не все.

К тому времени, когда я спускаюсь с крыши, почти все уже проснулись.

Марина хозяйничает на кухне — с помощью телекинеза она взбивает в миске молоко с яйцами, попутно вытирая пятна с того, что когда-то было безупречной керамической столешницей. С тех пор, как мы всемером (включая Берни) поселились здесь, никто особо не заморачивался уборкой роскошного пентхауса Девятого.

Завидев меня, Марина машет рукой.

— Доброе утро! Омлетику?

— Доброе. А разве сегодня твоя очередь готовить? Ты же вчера делала ужин. Надо было кому-нибудь тебя сегодня сменить.

— Да мне не сложно, — отвечает Марина, с готовностью снимая с полки блэндер. — До сих пор не могу поверить в существование такого места. Даже немного завидно, до чего повезло Девятому — он так долго тут жил. А у меня ничего подобного не было. Думаешь, это ненормально, что я хочу здесь всё опробовать?

— Ничуть. — Я помогаю ей вытереть стол. — Но пока мы здесь, давай хотя бы готовить и убираться по очереди.

— Согласна, — кивает Марина, странно на меня поглядывая. — Разобраться с этим не помешает.

— Почему ты так смотришь?

— Ничего такого, разделять работу по дому — хорошая идея, — говорит Марина и тут же нервно отводит взгляд. У нее явно на уме что-то другое.

— Да ладно тебе, Марина. Колись, в чём дело?

— Понимаешь… — она хватает кухонное полотенце и начинает теребить его в руках. — Я так долго жила без руководства, слабо понимая, что именно должен из себя представлять Гвардеец. А потом Шестая отыскала меня в Испании и всё показала. Ну а затем мы встретились с тобой и Девятым, и ты сразу повёл нас на битву против самого злобного мога на свете. Это было как… «Ого! Эти трое точно знают, что делать. Они могут о себе позаботиться».

— Э-э, спасибо.

— Но как только всё устаканилось, у меня снова появилось то чувство. Как будто мы не знаем, что нам делать. Вот я и думаю: неужели у нас нет никаких планов, кроме как заниматься домашними хлопотами?