Александр Хомяков - Весенние заморозки (СИ)

Я торжествующе обернулся к лизоблюду:

-Съел?

Судя по виду Арвинга, подавился.

-Хорошо, Вальд, - продолжил я. - Барон Валендинг погиб. Мы все так уверены. Кому переходит его власть?

-Старшему сыну барона Берейху. Он сейчас в Скейре, в дружине герцога.

-Должна ли передача власти быть соответствующим образом оформлена?

-Да. Церемонией передачи ритуального меча воеводой дружины барона.

Я ухмыльнулся и подмигнул Арвариху. Он склонил голову в ответ.

-Пока не проведена церемония, кто есть власть барона?

-Никто, - был ответ. - только воля покойного барона. Устная и письменная.

Регадец тоже съел. Я знаком отпустил Вальда и обернулся к обоим военачальникам и их сопровождению.

-Дальнейшие попытки отправить меня в отставку буду квалифицировать как мятеж, и карать соответственно. Ясно? Все свободны.

Юридические дрязги - моя слабость. В юности я даже кое-что зарабатывал как помощник юридического консультанта при эсталийском городском суде. Отец, член городского совета и вообще шишка в Эстале, жутко мной гордился и был огорчен, когда я избрал путь солдата удачи. Но не то чтобы очень. Нерберия - одна из немногих стран человеческого мира, где быть наемником - дело почетное. Ибо кто есть наемники, как не бродяги? А кем, как не бродягами, были и есть наши предки эйтории? Предков мы любим и чтим.

Оттого, видно, и бывают они в Нерберии редко. Не привыкли к любви и почитанию.

Весь этот цирк был только прелюдией. В тот же день остатки дружины барона моей волей превратились в стражей порядка в замке. После того, как они намяли бока регадскому военачальнику, пытавшемуся устроить самовольную вылазку с отрядом своих орлов, этот самый порядок нарушался редко. Арварих был варваром до мозга костей, приказы понимал буквально и исполнял с истинно солдафонским тупоумием и напористостью.

Самое интересное, однако, происходило за стенами замка. Через два дня после высадки к воротам замка Риммор вышел парламентер.

В то утро, едва успев позавтракать и раздать приказы, я в сопровождении Тирвали вскарабкался на верхний этаж донжона и начал строить планы обороны, заодно поглядывая, что поделывают враги.

Узкие бойницы были застеклены, и в комнате имелся камин, который мы тут же разожгли. И все равно было холодно. Стоявшая на прошлой неделе мягкая весенняя погода безнадежно испортилась. Небо затянуло подозрительного вида тучами, изредка проливавшимися мелкими и отвратительно мокрыми дождиками, море штормило, а шквальный ветер, от которого покосилась пика с головой последнего парламентера, проникал в комнату сквозь щели в окнах и неприятно ощупывал лицо и руки. Ноги я предусмотрительно поставил на каминную решетку, изображавшую битву латников с мечами, с одной стороны, и секирами, с другой. Красивая была решетка, старинной арденской ковки, и запечатлела события столь же, если не более, древние, а потому мне неизвестные.

Будь я простым наемником, я б эту решетку спер. Как комендант, я мог ей только любоваться.

Чудная тут страна, как на мой взгляд. Даже имени-то у нее нет. Каждая местность зовется по-своему: Сиккарта, Сатлонд... Эггор еще. А вот у всей страны - нет имени. Живут тут Старшие и Младшие бок о бок. Ардены служат миакрингам - так вот просто служат, не ропщут и не возмущаются. И никаких междоусобиц, феодальных разборок, крестьянских бунтов и тому подобного. Тихо-мирно. Даже в том, что завоеватели из Миакра почти ничего арденского не разрушили и не сломали, а берегут и пользуются - и то своя чудность проявляется. Где вы слышали о таких варварах? Я - нигде. А ведь варвары же! Насмотрелся я в замке на их миакоранские рожи, видел в Скейре и 'столичную' публику. Дикари-с. Типичнейшие-с. Грязные, неумытые, в обносках или диковатых одеяниях из меха. Ругаются хуже эсталийских портовых грузчиков. Так и хочется посочувствовать арденам: из трех Младших народов Арденави их завоевали самые неотесанные. Видел я алагоров, видел и дессалиев: первые мало чем моим сородичам-нерберийцам уступают, вторые менее цивилизованы, но хоть поопрятнее будут. Эти же - жуть.

Ан нет. Незачем арденам мое сочувствие. Вот извольте: стоит себе в камине решетка. И чего первый барон Валендинг триста лет назад не выломал ее и не велел перековать в кузнице на что-то более полезное? Или не продал, если хоть чего соображал в древней работе? Последнее, конечно, сомнительно.

Или вот: лежит себе на столе план укреплений замка. Из самой настоящей-взаправдашней-без балды бумаги. Бумаги... план... замка...

Зачем я здесь сижу? Размышлениям предаваться? С сожалением я дотянулся до плана и углубился в его изучение, пока Тирвали ходил по периметру комнаты, поочередно останавливаясь у каждой бойницы и вглядываясь вдаль.

План был простым, изящным и испещренным рунами арденов. Рун я, конечно, не знал, хотя в этой стране, как я понял, каждый варварский миакоранский ребенок с десяти лет умел говорить, читать и писать на языке Старших. Но не в этом была моя проблема. За свою долгую и богатую событиями историю мой народ осадил и взял штурмом одну-единственную крепость - замок Гисс в Гиссане, стране алагоров на юге Арденави. То, что я присутствовал и участвовал в этой осаде, утешало меня, но ничуть не помогало решить вставшую передо мной нешуточную проблему. Я ничего не понимал ни в осаде крепостей, ни в их защите. Прознай об этом Арварих, не спасли бы меня ни баронская воля, ни замшелый договор герцога как его там Илдинга с Кругом прорицателей.

Вот вляпался. И чего я раньше не подумал о такой очевидной вещи? Думал, что до осады не дойдет?

-Тирвали, - с угасающей надеждой в голосе спросил я. - ты что-нибудь понимаешь в осадном деле?

Тирвали покачал головой.

Парень вообще-то он умный. Старший сын моей сестры. Много плавал в детстве с ее мужем Тэлли, купцом второй гильдии. Потом Тэлли пристроил его ко мне, справедливо полагая, что парню воинская наука не помешает. Тем более что направлялся тогда я на гарнизонную службу в замок Риммор, место тихое и спокойное.

В случае чего я договорюсь с осаждающими, чтобы Тирвали в целости и сохранности доставили к моей сестре в Кайль. Наши ведь - поймут. Может, и за себя договорюсь. А пока что мне без него не обойтись. Парнишка в свои пятнадцать умен, начитан и любознателен. Если сначала предполагалось, что он будет мне оруженосцем, то после гибели барона и неожиданного падения на мои плечи огромного арденского замка со всей его дальнейшей судьбой я сделал Тирвали своим секретарем и последним советником.

Но вот с защитой замка надо было что-то делать. И срочно, пока его еще не взяли штурмом.